Росток (СИ)

— Вот так это и происходит, малыш, — оглянувшись, проговорил Том, потрепав его по макушке. — Мы так живём. На самом краю, поэтому привыкай. У нас, к сожалению, нехватка всего и воздуха, в том числе.
Птенец на это только кивнул, стараясь надышаться вдоволь, хотя и тут воздуха было небогато. Они с семьёй жили неплохо. Небогато, но и не нуждались сильно. Все основное у них было. Поэтому для него осознание, что люди могут нуждаться в воздухе, чтобы просто жить не могло уложиться в голове. Он даже не мог себе представить как он дальше будет жить. Стало себя очень жалко, но он сжал своего внутреннего нытика, как учил его отец, и отодвинул в сторону. Можно жалеть себя сколько угодно, но этим ты не добьешься ничего. Просто продолжай двигаться вперёд.
Они прошли ещё около семи таких мест пока их не окликнули
— Стоять! Кто такие?!
— Вечерний свет! — крикнул в ответ Жак.
— А, Жак! Наконец — то. Проходите скорее.
Где — то впереди зажёгся свет, освещая пост охраны.
— Как тут? — спросил Жак, протягивая руку низкому и сухопарому начальнику охраны.
— Спокойно. Разведчики вернулись. Начальник наш будет совет собирать. Вас только ждут. А это с вами кто?
— Новый член нашей общины, Птенчик, — представил мальчишку Жак.
— Ну, здравствуй, Птенчик, — протянул ему руку охранник. — Рад приветствовать тебя у нас. Надеюсь, ты обретёшь тут дом и станешь нам всем поддержкой и опорой.
Мальчик в ответ пожал сухую и шершавую ладонь охранника, отмечая, что люди тут другие какие — то. Открытые и дружелюбные. Полная противоположность тому, что он видел там, где жил раньше.
Затем они прошли дальше и вышли в достаточно большую пещеру. Воздуха и тут было маловато, но жить было можно.
В пещере расположилась деревня. На первый взгляд она напоминала упорядоченную кучу мусора, но при ближайшем рассмотрении оказалось, что это все хижины. Собраны они были из всякой всячины, но бережно. Листы металла, доски и многое другое. Все, что находили, шло в ход.
— Интересно? — спросил Жак, видя как мальчонка рассматривает жилища. — Они сделаны так, чтобы можно было их быстро собрать и перевезти. Ты не смотри, что на вид они громоздкие. Каждый хозяин прекрасно знает как по системе свой дом разобрать и собрать.
— А я где жить буду? — спросил его Птенчик.
— У меня будешь. Я один живу. Вместе веселее будет. У нас, вообще, есть место, где все ребята живут, но я думаю, что пока не стоит тебе туда. Я с советом поговорю. Мы сейчас как раз туда идём. Заодно тебя им представлю.
В поселке люди занимались разными делами. Носили воду на большую кухню, которая располагалась почти в самом центре поселения. Там женщины готовили что — то в больших кастрюлях. Ребята, что поменьше крутилась рядом, развлекая себя играми. Ребята постарше учились в небольшом домишке. Отлынивать им никто не давал, заставляя получать базовые знания о счёте, письме и других прикладных науках.
Их путь лежал в самый большой дом, к которому подтягивались мужчины и женщины в возрасте. Члены совета.
Птенчика оставили в пристройке, ожидать когда позовут, а сами удалились в другую комнату.
— Ну что, глава? Как поход? — спросила у него Кира, заведующая больницей поселка. — Достали все, что нужно?
— В этот раз сойдёт, — ответил ей Жак, с блаженством вытягивая ноги. — Но это ненадолго.
Он рассказал все о начавших возникать трудностях с посредниками, Том добавил от себя. Посидели, подумали.
— Я думаю, ещё раз надо дело провернуть, сбыть остатки и уходить, — высказал свое мнение Нэд — начальник шахтеров поселения. — Ещё раз и то идти рискованно, но запас надо сбывать. С ним переход делать слишком тяжело.
В целом, все сошлись на таком решении. Идти через две недели снова, а потом уходить.
— А что за мальчуган с тобой? — поинтересовалась Анита, ответственная за продукты и готовку на всю деревню.
— Родители отдали. Заплатили хорошо, чтобы мы о нём позаботились, — объяснил всем Жак. — Мальчишку система не видит. Опасно его держать там.
— Как это не видит? — удивилась Кира. — Совсем что — ли?
 
— Совсем, — кивнул Жак и позвал, — Птенчик войди сюда.
 Глава 2 
Мальчишка приоткрыл скрипнувшую дверь и осторожно зашёл в комнату, представая перед внимательными взглядами собравшихся. Ему представили всех, кого он не знал.
— Тебя грамоте учили? — спросила Анита. Была она худощава и собрана, строга, но глаза лучились добротой.
— Учили родители, — кивнул Птенчик, — они подозревали, что у меня проблемы и учили.
Кира, будучи увлеченной медицинскими науками, с живейшим интересом знакомилась с мальчишкой, которого система не видит. Она решила тут же устроить маленький тест и задала ему парочку вопросов. Лёгких вопросов, на которые он тут же ответил. Следом она задала вопросы посложнее и получила ответ. Отец его гонял куда как серьезнее. Был он инженером и базовые предметы вообще за науку не считал.
— Вот тебе и раз, а неплохо его подготовили! — присвистнул Том, потерев руки. — и это без системы!
— Мы очень много играли в игры на память, — решил добавить важную, как ему казалось, информацию Птенчик.
Члены совета переглянулись. Ожидалось, что мальчишку придется обучать всему заново. Без системы это стало бы большой морокой, а тут такое. Родители думали о ребенке и отец заранее готовил его к тяжелой жизни на грани. Чему учить мальчишку, если в деревне кроме базового образования они ему больше ничего не могли дать?
— И что нам с тобой делать — то, Птенчик? — спросила его Анастасия, которая за образование как раз и отвечала. Женщина сидела на стуле, закинув ногу на ногу и наматывала прядь золотых волос на палец. Её глаза, казалось, прожигали насквозь и видели самые потаенные уголки души мальчика. От этого ему было неловко и потому Птенчик старался не пересекаться с этой дамой взглядом.
— А можно я к дяде Тому пойду помогать? — спросил он, пошаркав ботиночком по полу. — Мне хочется научиться у него делать всякие штуки интересные и светильники тоже.
— Я не против, — отозвался Том, потерев небритый подбородок, когда на нем скрестились взгляды. — Я, правда, пока не знаю как мне его обучать, но, думаю, мы сможем что — то придумать. Был бы он необразован, тогда возникли бы сложности, но я считаю, что Настя его все равно должна обучать.
— Чему? — скептически глянула на него женщина. — У меня даже материалов нет для него. Одни совсем для детей, другие наоборот такие, что он не поймет ничего.
— Придумай что-нибудь, — подмигнул ей Том, совершенно не обращая внимания на нахмуренный носик.
— Предлагаю, чтобы он жил у меня, — вклинился Жак, пресекая на корню перепалку, которая могла вот-вот разразиться. Том и Настя друг друга недолюбливали и никогда не упускали возможности поспорить. — Не думаю, что ему место в общем доме с остальными детьми.
— Тут ты прав, — задумчиво протянула Анастасия, которая не сводила взгляда с мальчишки. — Давайте посмотрим что из этого выйдет.
Домишко Жака с виду хоть и был неказист, но сделан добротно и надолго. Собирался он очень просто, складываясь внутрь. Как палатка, которые выдавали бездомным в городе. Это ему сам владелец по дороге объяснил, пока они шли к небольшому строению, похожему на все остальные дома деревни. Внутри он оказался разделен на маленькую комнату, в которой стояла кровать и тумбочка, угол со столом и стулом, означающим, кухню, и крохотную прихожую. Птенчик с грустью вспомнил довольно большой дом родителей, а по сравнению с тем, в чем ему предстояло жить, так и вовсе дворец. Мужчина достал матрас с одеялом и расстелил его в комнате.
— Пока так поспишь, а потом кровать тебе сделаем, — сообщил он мальчишке.
После заселения, Жак провел ему небольшую экскурсию по деревне. Он сводил мальчишку в мастерскую Тома, в общую столовую, где питалась вся деревня. Там их встретила Анита, вручившая Птенчику пару морковок. Они сходили в школу к Анастасии и в больницу к Кире. Та предложила мальчонке наведываться для помощи.