Росток (СИ)

Потом, когда к этим картинкам немного привык, пришла тоска. Тянущее чувство внутри разливалось, вызывая отторжение реальности, в которой мы все жили. Видения манили, но я понимал, что в том мире нам уже не жить никогда. Мы и дальше будут существовать как крысы, забившиеся в свои норы. Никчемные огрызки, просравшие свой мир и свою жизнь.
— Доделал, — я неохотно отвлекся от созерцания благостной картинки. — Завтра последний тест и буду Борису показывать. — Что — то ты хмурый какой — то, — Витька посмотрел на него испытующе, — все нормально?
Просыпалась в нем иногда какая — то сверх чувствительность. Вот и сейчас он моментально понял, что творилось у меня на душе..
Вдруг, очень захотелось рассказать все Витьке. Рвалось это все из так, что не удержать. Удержал, почти…
— Вить, как думаешь, каково это было жить в нормальном мире? — Нормальном это каком? — спросил тот, созерцая серую мглу, накрывшую деревню, когда отключили часть фонарей. — На поверхности, — уточнил я.. — Какой смысл об этом думать, дружище? — спросил его Витька, прищурившись. — Мы живём здесь и сейчас. — А вот если просто предположить? — не сдавался я, желая вытянуть из него ответ. — Если предположить, то хорошо, наверное. Лучше чем мы сейчас живём, — он вздохнул и поерзал на лавке. Витька был реалистом и говорить о всяких фантазиях не очень любил, — я в библиотеке читал про то, как там оно раньше было. На поверхности. Трава зелёная, растет все хорошо. звезда, забыл как ее называли, светит и греет. Занимательно, но даже представить себе это не могу. Я родился под землёй, вырос под землёй и умру здесь, — он тяжело вздохнул, — зачем думать о несбыточном? Только душу бередить. — А как не думать? Ты вот знаешь, что там сейчас на поверхности? Вдруг там жить уже можно, а мы сидим тут под землёй? — Думаешь, не проверяет никто как там? — флегматично спросил он в ответ. — Уж наверняка умники есть, которые так же как и ты интересовались, ходили. Было бы можно, уже жили бы там наверху. — До поверхности много километров. — я вздохнул, — я сильно сомневаюсь, что кто — то туда ходил. Дышать — то нечем. — Твоя правда, — кивнул Витька, зевая, — но тогда что это меняет? Ни — чё — го, — по слогам припечатал он, — не могут туда добраться, значит и узнать ничего мы не узнаем. — А если бы была возможность. Скажем, аппарат для дыхания сделать и пойти. Ты бы пошел?
Тот задумался на несколько мгновений, а потом отрицательно покачал головой: — Нет, не пошёл бы. У меня семья. Мне о младших заботиться надо и вообще. Пошли уже спать, — он встал с лавки, потягиваясь и протяжно зевая с поскуливающими нотками.
Вдруг вдалеке, где — то слева хрустнуло странно так с металлическим скрежетом, а потом один из домиков в центре деревни взорвался, превращаясь в огненный шар.
Отряд двигался уже третий день с перерывами на сон, бесшумным тенями скользя в бесконечных ходах и пещерах, соединяющих города. Прерывались только на сон и еду. Мико — командир отряда опустошителей, взглянул на часы и скомандовал короткий привал. Они были уже рядом с целью.
— Шинт, ко мне, — скрежетнул его голос сквозь решетку системы циркуляции воздуха.
Шинт, его заместитель, тут же оказался рядом. Его лицо было скрыто ужасающей маской, но поведение выдавало нетерпение и предвкушение.
— Действуем как обычно, — продолжил Мико. — Сортировку проведем после. Передай всем, чтобы были осторожны. Сказали, что у них есть оружие. — Так точно, — Шинт, ударил кулаком в бронированную грудь и отправился выполнять приказ.
Его отряд насчитывал пятнадцать человек. Пятнадцать отборных головорезов, взрощенных башней, не знающих ни страха, ни жалости.
— Выдвигаемся. Привал окончен, — прозвучала команда и они вновь устремились к целям.
Обнаружив нужную пещеру, отряд разделился на три группы, занимая нужные позиции.
— Командир, союзники докладывают, что они уже в городе, — доложил ему связист по внутренней связи. — Пусть действуют, а у нас своя задача. Руди, начинай.
Один из солдат кивнул и поднялся, взваливая на плечо странную, громоздкую штуку, выглядящую как большая коробка с четырьмя направляющими, выходящими из нее. Пощелкав реле, он отчитался:
 
— Готов. — Выстрел
Штука загудела, набирая заряд, а потом выплюнула его. Домишко в центре деревни превратился в огненный всполох от такой мощи.
— Работаем.
Ещё один выстрел снес здание, похожее на казарму с плацем. Хватит. Мико дал команду и его Пумы побежали в деревню. От взрывов из домов начали выбегать люди и тут же падали, убитые короткими выстрелами. Отряд работал молниеносно, зачищая деревню от жителей. В живых оставались только дети.
Шинт открыл одну из дверей, пропуская внутрь подчиненного, но тот отлетел, получив заряд в грудь. Броня спасла, но приложило его неслабо. То тут, то там начали звучать ответные выстрелы, завязался бой.
— Привет, Мико, — рядом с командиром скользнула тень, поздоровавшаяся женским голосом. — Привет, Настя, — ответил ей командир, поежившись от внезапного появления. — Вон там, видишь, вход в пещеру? Пошли туда ребят. Там двое мальчишек. Их нужно взять живыми и здоровыми. Понял? — Выполняю, — отчеканил Мико и подал знак рукой стоящей рядом тройке. — В городе кто? — В городе Крокодилы. — Отлично. Значит, скоро все закончится.
Мы с Витькой добежали к пещере и спрятались в небольшой канаве, обозревая сумасшествие, которое сейчас происходило. Было понятно, что на нас напали, но кто и зачем? Городские, может быть?
— Черт, черт! Погнали в пещеру, Витек! — позвал я его и бросился перебежками к входу, краем глаз отмечая скользящие по деревне тени, убивающие всех.
Надо отдать Витьке должное, вопросов он не задавал, а молча бежал сзади, сжимая кулаки.
— Мы зачем бежим?! — спросил он, когда мы, наконец, заскочили в нашу мастерскую. — Надо возвращаться моим помогать! — За пушкой, Витька! Хватай батареи на столе!
Тот рванул к столу, собирая слегка светящиеся прямоугольники, которые я клепал последние несколько дней, на а я вытащил из тисков свое творение. Тяжелая бандура удобно легла в руки. Я нажал кнопку накопления заряда и оружие засветилось синими всполохами, пропуская через себя энергию.
— Не рванет?! — спросил друг, пока мы бежали назад.
— Не знаю! А у нас выбор есть?
У самого выхода мы почти столкнулись с тремя фигурами в плащах и масках с красными, светящимися глазищами. Они, увидев нас, быстро начали приближаться, ну а я, ая нажал на спуск. Со свистящим звуком пушка разрядилась, выбрасывая из ствола синий мерцающий снаряд. Он моментально пролетел разделяющее нас расстояние и ударил впереди бегущего в грудь, прожигая огромную дыру, а потом взорвавшись синей вспышкой. Мужчина с дырой в груди упал как подкошенный, а остальные выскочили из пещеры, опаленные взрывом. Они истошно орали от боли так, что нам с Витькой стало не по себе.
— Это что ещё такое?! — подскочил Мико, когда свод пещеры осветила синяя вспышка, затем последовал хлопок и его люди выбежали оттуда, крича от боли. — Отряд! Опасность у пещер. Срочно проверить! Внутрь не лезть! — затем он повернулся к Анастасии, злобно шипя. — Это что такое?! Откуда тут такое оружие?!
— Не ори, — махнула рукой та, — деревню зачистили уже? — и дождавшись медленного кивка продолжила. — Детей всех сюда пусть сгонят. Посмотрим, кто там у нас такой ретивый. Хотя, я догадываюсь.
Мы с Витькой засели в тоннеле и ждали нападающих, но их все не было. Только постреливали в сторону входа, не давая нам высунуться.
Время шло и Витек нервничал все сильнее. Его можно было понять, потому что бой в деревне стих и он сильно волновался за родных.
— Прорываться надо, — шепнул он мне, перехватывая ружье, которое захватил из мастерской.
— Давай попробуем, — я шумно выдохнул, как перед прыжком в воду, прекрасно понимая, что дальше сидеть нет никакого толка.
Высунувшись, я пальнул в сторону входа из своего оружия, а потом еще раз чуть подальше и мы побежали. Витька первый выкатился из пещеры и прыгнул в канаву рядом. Несколько очередей в него не попали только чудом. Я успел заметить откуда стреляли, пальнул туда и прыгнул следом.