Право на честь (СИ)

  
Глава 1 Неожиданное задание
 
Пролог. За двести лет до…
Весь в белом, дитмарх быстро шёл по опустевшей обители. Губы его были гневно сжаты, а жирный живот колыхался при каждом шаге. Это выглядело довольно нелепо и даже, наверное, смешно, только вот смеяться в подземелье особо уже было и некому…
Добравшись до нужной двери, он толкнул её пухлой ладонью и остановился на пороге, внимательно смотря перед собой.
Небольшая комната была освещена двумя факелами, горевшими очень странным чёрно-алым пламенем. На каменном полу кто-то умело начертил пентаграмму призыва, в центр которой положил связанную беременную женщину. Та слабо дёргалась и что-то мычала. Впрочем, сил у неё уже почти не оставалось, а крики сквозь кляп до дитмарха не долетали.
— Господин! — откуда-то из тьмы к нему шагнул одноглазый горбун в длинном, заляпанном грязью и кровью балахоне. — Все готово…кхе-кхе-кхм…как вы просили! Кха-кха-кхем…
Горбун зашёлся лающем кашлем, но быстро зажал рот грязным рукавом, стоило лишь дитмарху прищуриться.
— Уж не заболел ли ты? — ласково спросил он.
— НЕТ! — жирное, покрытое чёрными угрями лицо горбуна побледнело. — Всё хорошо! Кха-кха-кхе-хррмм…
— Ступай уже, — дитмарх брезгливо скривился, а затем шагнул в комнату и прижался к стене, стараясь не коснуться горбуна. Ну, а тот, усердно отворачивая голову, прошмыгнул мимо. Кашлять при этом он не переставал.
Спустя пару ударов сердца дитмарх нагнулся над стоящим в углу сундуком и достал оттуда нож с костяной ручкой. Выглядел тот весьма неказисто: изрядно тронутое ржой лезвие, да пожелтевшая кость, не внушали ни малейшего почтения к этому оружию. 
Однако в комнате отчего-то вдруг потемнело и даже слегка похолодало. Дитмарх замер на несколько мгновений, чтобы отдышаться. Всё-таки быстрая ходьба по обители утомила его!
Переведя дыхание, он вытер широким рукавом пот со лба и медленно шагнул к женщине. Та уже не шевелилась, а лишь молча смотрела на дитмарха. Из её карих глаз катились слёзы.
Дитмарх медленно стал произносить СЛОВА. Очень старые и позабытые в большей части цивилизованного мира, они словно цеплялись друг за друга с шелестом, похожим на скрип змеиной кожи. Постепенно вся комната начала наполняться странными звуками, то вороньим карканьем, то любовными стонами, то хрипами умирающих, то вообще непонятно чем
— …Кабай! — вскрикнул мужчина переходя на общеимперский. — К тебе взываю я! ПРИДИ!
С неожиданной ловкостью дитмарх взрезал ножом живот пленницы. Та забилась в агонии, а чёрная кровь, толчками выливающаяся из глубокой раны, соприкоснулась с сверкающими на полу зелёными рунами. Раздался громкий треск, и в воздухе запахло серой и пеплом. Факелы мигнули алым огнём, и дитмарх отступил на два шага назад.
Снова что-то затрещало и прямо над телом женщины появился сгусток красно-чёрного пламени. Вначале он был размером с кулак, но быстро увеличивался и буквально за пару ударов сердца середину комнаты разделила стена чёрного пламени, которое поглотило тело несчастной.
— Ты звал меня…ЧЕЛОВЕК? — из пламени раздался низкий голос, услышав который дитмарх рухнул на колени.
— Да…Повелитель! — прошептал он.
— ЗАЧЕМ?
— Хворь….она погубила мою жену…а теперь заболела моя дочь! — хрипло произнёс дитмарх. — Она не должна умереть!
— Ахахахаха! — расхохотался тот, кто скрывался в пламени. — Сам Дитмарх Храма Белого Пламени обратился ко мне! Что же ты не молишься СВОЕМУ богу?
— Он меня не слышит… — совсем тихо прошептал дитмарх. Его жирное лицо покраснело. Не понятно, правда, от чего, то ли от стыда, то ли от жара сильного.
— Люди…орки…как же я вас всех…ненавижу! — медленно и с глубоким призрением произнёс голос из алого пламени.
— Господин! — по жирным щекам дитмарха покатились крупные слёзы. — Я сделаю ВСЁ…господин!
— Люди…все свои крупные города вы построили на руинах зиккуратов и поселений орков… — задумчиво сказало пламя. — Даже этот ваш…храм…стоит на их некрополе. А на самом нижнем ярусе есть кое-что…весьма интересное, да….
 
Затем пламя рассмеялось тонким дребезжащим смехом, совсем неподобающем богу или высшему демону. Это оказалось так неожиданно и странно, что дитмарх аж поперхнулся.
— Что же мне делать, господин? — жалобно заскулил он.
— Слушай и запоминай! — жестко ответило пламя. — Это будет…ммм…забавно….
* * *
Рано утром, стоило только Витту выйти на круг и начать тренировочный бой, как его вызвали к командиру Стурму. Убрав меч в ножны, он пересёк тщательно выметенный двор и поднялся на второй этаж крепости.
В комнате рядом со столом, за которым сидел командир, Витт с удивлением обнаружил тщедушного человечка с каким-то крысиным, незапоминающимся лицом.
— Так это и есть ваш лучший воин? — с сомнением протянул одетый в тёмный, мятый камзол чужак, не дав даже воинскими приветствиями обменяться!
— Грм, — командир порубежной стражи, очевидно, не привыкший к такой манере общения, аж поперхнулся, но к большому удивлению Витта, не зарядил крысёнышу кулаком в наглую морду.
— Да, — коротко ответил Стурм, — Витт лучший мечник на всём Северном Рубеже. Как-то раз он в одиночку спустился в Урочище Тяжёлых Мечей и в поединке убил племенного вождя орков Пампу.
— Ну, на-а-адо же…. — протянул крысёныш.
— Командир, что происходит? — недоумённо спросил Витт.
Стурм заиграл желваками. На лице старого воина легко читалось желание разбить кому-то из здесь присутствующих череп.
— Витт, иди к интенданту и возьми припасов на три дня. Форма одежды походная. Затем сядешь на коня и поскачешь к Серому камню. Там ты поступишь в распоряжение… — командир угрюмо покосился на незваного гостя, — господина Гарта.
— Будет сделано, но…
— Имперский приказ, — Стурм приподнял со столешницы конверт с узнаваемой алой печатью, — не обсуждается.
— Разрешите идти?
— Ступай.
Выбравшись во двор, Витт сплюнул с досады на землю. И что тут, вообще, творится? Да хрен его знает!
Жирный интендант на удивление быстро выдал всё необходимое, даже не попытался обвесить или подсунуть какое-нибудь старьё. И это было весьма необычно.
Доскакав до Серого камня, здоровенной глыбы, исписанной неведомыми рунами, воин обнаружил прислонившегося к ней спиной Гарта. Рядом с имперским посланником неподвижно стоял чёрный жеребец.
Встретившись взглядом с Виттом, посланник сделал пригласительный жест рукой. Подойди, мол. Воин слез с кобылы и встал напротив Гарта.
«Я же на полторы головы его выше… — подумал Витт, — таких недомерков на имперскую службу что, специально набирают?»
— Через три дня мы должны быть здесь, — откуда-то из недр своего чёрного камзола коротышка достал карту и ткнул в неё пальцем. — Дорога хорошо известна. Времени достаточно.
— А что там? — задал резонный вопрос Вит.
— Пока секрет. Доедем, тогда узнаешь. По коням! — Гарт визгливо проорал последнюю фразу и, надо признать, довольно ловко вскочил на своего жеребца.
«Да чтоб тебя орки отодрали!» — мысленно пожелал ему Витт.
Однако, как служивый человек, он был вынужден подчиняться приказам, пускай и временного, но начальства. Тихо вздохнув, порубежник сел на свою кобылу.
За три следующих дня Витт услышал от недомерка лишь несколько фраз, типа «разожги костёр», «спроси у трактирщика, почём тут шлюхи», да «разберись с тем мужиком, которого я пивом облил». 
Определённо, их путешествие не сильно походило на захватывающее приключение, и Витт вздохнул с изрядным облегчением, когда они, наконец, подъехали к месту, указанному на карте.
Это оказалась арка высотой в два человеческих роста, сделанная из чёрного камня, напоминающего мрамор. Возвышалась она в голой осенней степи, произрастая, казалось, из самой земли и пожухлой травы. Ну, а возле арки стояли четверо. Двое с узкими и недовольными чем-то лицами были похожи на Гарта как близнецы-братья, такие же низкорослые и одетые в чёрное.