Сержио (СИ)
Меня взяли в плен? Зачем? Или мы победили и меня везут свои? Ведь последнее, что я видел, это смерть одного из наемников. Надо как-то посмотреть, не привлекая к себе внимание. Однако сыграть в разведчика не получилось. На особенно большом ухабе фургон сильно тряхнуло, что отдалось болью во всем теле, и я непроизвольно застонал. Тут же надо мной нависло лицо нашего охотника.
— Ну что, очнулся? — заулыбался Красимир.
— Попить есть?
— Секунду! — засуетился охотник, доставая фляжку.
Я жадно приложился к спасительному сосуду, напился и снова откинулся на мешок, заменяющий мне подушку. Голова нещадно кружилась, как будто фургон был лодкой, попавшей в серьезный шторм. «Наверное сотрясение», — пришёл к очевидному выводу.
— Что случилось? Все наши живы? Девчонок спасли? — забросал вопросами Красимира.
— Все нормально. Девки рядом с фургоном верхом едут. А остальные за тобой в фургоне лежат… Живые! Не вскидывайся так. Ты сам, как один синяк сплошной. Если бы не твои доспехи, живым вряд ли бы остался.
— Кстати, насчет доспехов, — я тут же занервничал. — Мое оружие и доспехи собрали?
— Собрал я все, не волнуйся. И твое, и тех, кого ты убил. Да и все остальные трофеи.
— А сякэны? Ну, звездочки такие железные, которыми я махаратшца убил?
— Собрал все, что нашел. Двенадцать штук.
— Это все. Слава предкам! — я испытал искреннее облегчение. — Как Милош с сыновьями? Как все прошло?
— Как я уже говорил, живы все, — начал рассказ Красимир. — Я, как вам сигнал подал, в лес ушел. Но не убежал, а привязав лошадь так, чтобы с дороги не было видно, взял лук и пошел к дороге.
— Решил посмотреть, как дело пойдет, — неопределенно махнув рукой, продолжил охотник. — Ты, когда смуглого воина с коня сбил, то на себя остальных отвлек. Они фургон бросили и тебя убивать поскакали. Твой смуглый наемник побарахтался немного, пытался рану зажать и кровь остановить, но бесполезно. Так кровью и истек около фургона.
— Ну, а Милош с сыновьями, как ты им говорил, на остальных троих кинулись. Но их увидели, к сожалению, до того, как они успели ударить. Один варниец против тебя остался, а им навстречу двое бросились: конный и пеший. Конный убил коня под Предрагом. При падении конь подмял под себя седока и сломал ему ноги. Он из боя сразу выбыл.
— Милош со старшим сыном схлестнулся с конным наемником, который сбил Предрага. Но справиться не могли. Пока они рубились, подоспел пеший. Он уже приготовился топором в спину Братислава поразить, но Милош увидел это и метнул в него копье. Попал прямо в живот. Проткнул насквозь. Сразу насмерть. Но этим конный наемник воспользовался и достал Милоша, сильно ногу ему разрубил.
— Милош с коня упал и сразу начал поясом ногу перетягивать. Он опытный воин. Один у нас такой в деревне, ничего не скажешь. А кровь хлестала так, что, если бы промедлил, — смерть. Братислав один ничего не мог поделать со своим соперником. Милош хотел помочь, но смог только подняться на ноги, шагнул к ним и рухнул на землю без памяти. Сильно много крови ушло. Наемник же, что против Братислава остался, сбил его с коня и топором два раза в грудь достал.
— Тут увидел, что ты своего противника добил и сразу к тебе бросился… Ну, а я к нему. Вы вдвоем только на ногах остались. Немного не успел. Он раньше до тебя добрался, чем я до него. Хорошо, что ты его почувствовал и уклоняться стал еще когда спиной к нему стоял. Тебе по шлему вскользь досталось. А потом, еще успел наруч подставить под удар… Ну, а тут я уже подоспел. Башку ему прострелил.
— Да-а-а, повезло нам, — протянул я. — Ведь мы на них неожиданно напали. Все преимущество на нашей стороне было. А все равно, чуть не погибли все.
— А без везения никак. Хоть на охоте, хоть вот в бою.
— Точно. Спасибо тебе, Красимир, что не бросил нас. Помог.
— Ладно. Не будем об этом. Как получилось, так получилось, — закончил свой рассказ охотник. — Короче, как я твоему башку прострелил, сразу кинулся наших смотреть и помощь оказывать. Как могу, конечно. Девки, вон, помогали.
— К счастью, все живы оказались. Предрагу лубки наложил. Братислава с Милошем перевязал, чтобы кровью не истекли. Тебе на грудь тугую повязку сделал, у тебя, скорее всего, ребра треснуты. Ну, и ушибов сильных по всему телу много. Надо отлежаться хорошо.
— А как девчата?
— А что им, дурам, будет? Вон рядом с фургоном едут. Ревут.
— Что ты так на них накинулся, Красимир? Они-то чем виноваты?
— Чем виноваты?! А кто к этим гадам утром вышел? Кровь молодая заиграла. Вот и доигрались! Вот очнется Милош, я им не завидую. Выдаст им по первое число. А за мать их Снежану вообще молчу. Она их дома прибьет.
— Да, вот еще что хотел рассказать, — продолжил охотник. — Тела убитых наемников и лошадей я дальше в лес оттащил. Ну, по паре коней цеплял и волок. Чтобы с дороги не было видно. Там их зверье быстро раздерет так, что и костей не останется. А добычу всю собрал и разложил, как следует. Я ведь с пониманием. Мне Милош много, что рассказывал о своей жизни в наемниках. Так что, я знаю: что с бою взято, то свято.
— Получается, одного Милош убил, одного я и двух ты. Я их вещи по кучкам и разложил. Лошадей на три больше у нас стало. У нас было пять лошадей, а у наемников шесть. По одной верховой и две фургон тащат. Под Предрагом лошадь убили и у двоих наемников. Так что, теперь у нас лошадей — восемь штук. В фургоне ничего, кроме Брины и Эмы, не было. Ну, еще немного посуды. Остальное все с трупов снял. Тебе один конь положен, тот, что у смуглого был.
— Это махаратшец. Такие на Этерре только там живут, — улыбнулся я Красимиру.
— А-а-а, ясно. Далеко же он забрался. Так я продолжу? Из общих трофеев только фургон с двумя лошадьми получается и посуда ихняя. Милош очнется, решим, что с ними делать. Остальное — тем, кто убил. Тебе — конь махаратшца, ну да, я говорил уже. У второго своего соперника коня ты убил, извини.
— Да все нормально, я помню. Продолжай.
— Ага… Так значит: конь, два седла и сбруи, доспехи махаратшца с металлическим шлемом и одного варнийца с кожаным шлемом, их одежда…
— Ты и одежду снял?
— Конечно!..боевой топорик, сабля, кинжал, круглый щит и щит-баклер, композитный лук и тул со стрелами, копье и пять сулиц в специальном туле, аркан. В кошелях двух твоих наемников было девять сиклов серебром, три сикла и сорок два асса медью. Также с них снял две серебряные цепочки и два кольца, тоже серебряных, без камушков.
— Хорошо. Прими еще раз мою благодарность, Красимир. А теперь я немного посплю, что-то я себя чувствую не очень хорошо.
— Конечно, конечно. Отдыхай…
В следующий раз я очнулся от громкого разговора. Приподнявшись со своего ложа, увидел в проеме фургона обеих дочек хозяина харчевни. А сам Милош, еще серый от потери крови, ругал их почем зря. Предраг сидел, прислонившись спиной к борту фургона, а Братислав так и лежал на своей лежанке, замотанный окровавленными бинтами. Но было видно, что он в сознании. Красимир по-прежнему сидел на месте кучера.
— Привет всей честной компании! — поздоровался со всеми. — А здесь умирающих с голоду кормят?
Народ заулыбался, но Красимир ответил, что может дать только попить. Поесть было нечего. Я чувствовал себя гораздо лучше. По всей видимости, биофаги исправно трудились над моим организмом, пока я «отдыхал».
— Ты потерпи, Сержио, еще немного. Нам до деревни не больше двух часов пути осталось. Там у тебя в котомке немного еды было, но извини, мы ее подъели, — повинился охотник.
— Да правильно сделали. А сколько я в отключке был?
— Мы чуть в стороне от места боя на ночевку останавливались. Ты же помнишь, что дело уже к вечеру шло? Потом, сразу с рассветом домой отправились. Сейчас полдень уже минул. Самый разгар дня.
— Ясно, — у меня по-прежнему кружилась голова и ощущалась общая слабость. — Я тогда еще поваляюсь.
