Мой лучший друг - скелет (СИ)

— И все же. Спасибо, Оси.
— Пустяки. Ты или жестяная банка — не вижу особой разницы.
Так, привычно перешучиваясь, мы медленно погрузились в темноту.
  
Камень, покрытый кровью
 
Сырость, царящая в пещере, оседала тяжелой влагой на моей толстовке. Луч фонарика выхватывал поочередно то пол, то потолок, то стены. Гир не прекращал движения ни на секунду — он внимательнейшим образом рассматривал провода, что-то бормоча под нос и недовольно цокая.
— Ну как же так. Где защита? Они бы еще изолентой тут все замотали… — подобные комментарии он опускал, спеша все дальше, все глубже в темноту.
Мне пришлось прибавить шаг, но даже так его фонарик постепенно отдалялся, пока не стал маленькой точкой на черном полотне. Я попытался побежать, но не приблизился ни на сантиметр.
— Ну здравствуй, аномалия.
Я дернул головой и продолжил бег.
— Ты же знаешь, что это бесполезно. Просто притормози. И давай кое-что обсудим.
Энгус, невидимый до того, плавно показался в воздухе. Звериные глаза глядели непривычно мягко, но я из принципа пробежал еще немного. Энгус меня не торопил, прекрасно осознавая, что, в итоге, мне придется остановиться.
— Как дела? — спросил я будничным тоном.
— Нормально. Работаю, как видишь. Чего не скажешь о тебе, — в его тоне не было знакомого тона насмешки или угрозы. Просто констатация факта.
— Решил пробежаться на ночь глядя. Согреть старые кости, сам понимаешь.
— Зачем ты взял его с собой? — он, как обычно, переходил сразу к сути.
— Гира? Он сам попросил, — я пожал плечами, — А разве ж я хоть одному человеку отказал в помощи?
— И то верно, — Энгус кивнул, — Такое на моей памяти было всего раз. И то, после того случая ты не выходил из дома еще долгое время. Жалкое было зрелище, скажу я тебе.
— Ты о чем?
— Так ты еще не вспомнил? — Энгус взмахнул хвостом, — Тогда я пришел раньше времени. Какая жалость.
Он исчез сразу после этого, и прямо над моим черепом раздался истошный вопль Гира, светящего мне фонарем прямо в глазницы.
— Эй, прием, прием! База вызывает Оси, база вызывает Оси, прием!
— Оси на базе, — я отмахнулся от его попыток потрясти меня за плечи, — Просто меня отвлекли.
— Ну ты даешь. Я как заметил, что тебя нет, сразу побежал назад. А ты стоял, как вкопанный. Этих твоих светящихся зрачков нет, молчишь. Жутковатое зрелище, не делай так больше.
— Я и забыл, что они у меня светятся, — я осторожно притронулся к глазнице.
— Да, но совсем чуть-чуть. Как и то, что у тебя под толстовкой — но ткань все скрывает, — он почесал макушку, — Я, честно говоря, хотел молнию расстегнуть. Думал, может, заглох мотор или еще чего.
Видя его растерянное и смущенное лицо, я не смог удержаться от смеха.
— Ты вот смеешься, а я же расстегнул! А там черте-что. Какая-то штука светится, кости, тьфу. Может, я тебя пересоберу? Скажем, металлический скелет, м? Переместим твою штуку в какой-нибудь цилиндр, внутри костяка закрепить — и будешь щеголять, весь такой не убиваемый.
— Нет, спасибо. Пойдем уже.
Как оказалось, пещера была не такой глубокой, как мы себе представляли. Минут через двадцать мягкого спуска, мы обнаружили, что стоим перед толстой стальной дверью с пин-кодом вместо замка.
— Вот видишь? Сталь лучше, чем кости. Будь она из костей, мы бы…
— Точно также бы тут застряли. Моя бита, конечно, крепкая, но не настолько. А кувалда, которой мы забивали штыри для веревок, осталась наверху. Говорил же — давай сбросим вниз. Но нет, тебе жалко.
— Мне природные ландшафты жалко, а не кувалду, — огрызнулся Гир, раскрывая свой здоровенный рюкзак и доставая из него маленький чемоданчик, — Просто дай мне немного времени. И посвети фонариком.
Используя пару проводов, он подключился к замку через свой маленький компьютер, спрятанный в чемоданчике. Усевшись на рюкзак, он дал добро выключить освещение экономии ради. Периодически почесывая переносицу, Гир принялся что-то изучать, уставившись в экран.
— Я ошибся, — сказал он спустя некоторое время, — Можешь пока вздремнуть — мы здесь надолго.
 
Я последовал его примеру, за исключением того, что уселся прямо на камни, прислонившись спиной к стене. После встречи с Энгусом меня не покидало ощущение, что я вот-вот что-то вспомню. Образы, которые я раньше принял бы за обрывки снов, обретали смысл.
…Я много готовил раньше. Мне нравился сам процесс. Пончики, блинчики, пирожки — выпечка нравилась мне тем больше, чем слаще она была. Кажется, я выносил приготовленную еду на улицу. Но зачем?
…В одном из заброшенных домов на привязи жил пес. Хозяин оставил его, тихо скончавшись во сне. Я и мои товарищи, лиц которых вспомнить было уже невозможно, продолжали его подкармливать. Подойти же и освободить не получалось — пес рычал и гремел цепью. Кажется, только какая-то незнакомая девочка пересилила себя и отстегнула беднягу.
…Мы часто любили прыгать с тарзанки в местную речку. Однажды кто-то сорвался, но в тот день все обошлось парой царапиной.
Обрывочные воспоминания походили на подсказки для кроссворда. Я предпочитал их игнорировать. Почему-то мне не хотелось ничего вспоминать. Хотелось остаться тем Оси, что был здесь и сейчас. Но, похоже, у Энгуса были другие планы. "Ну и зачем он мне об этом сказал?" — я нащупал и пнул ближайший к ноге камушек. С гулким звуком, тот укатился в темноту. Гир и ухом не повел, весь погрузившись в процесс.
— Пойду еще осмотрюсь. Может, мы что-то пропустили.
Я включил фонарик и побрел обратно, внимательно изучая чуть ли не каждый сантиметр на пути. Отвлечь себя от чего-то мелкими задачами — вот в чем я профессионал. Вылазка в пещеру уже не казалась такой уж хорошей идеей. "Да и что мы в ней найдем? Как это поможет Каэр? Я просто теряю свое время". Так я бродил туда-сюда, пиная камни, около часа или двух, пока с другой стороны не послышался окрик.
— Оси, беги сюда! Я все сделал! Ты же фонарик не потерял, да?
Мне хотелось ему ответить, что в пещерах кричать — не самая лучшая затея. Но для этого мне самому пришлось бы повысить голос, а стало быть — вновь начать противоречить самому себе.
— Смотри-смотри! Вот он, великий момент! Победа здравого смысла над неизолированными проводами, — Гир еще немного покопался в компьютере, после чего отсоединил свои приблуды и набрал пин-код на двери. Та открылась, очень тихо и спокойно уехав в сторону и скрывшись в стене.
— Я ожидал, что она хотя бы поскрипит, — буркнул Гир, — Ну или взорвется. Как-то скучновато.
Но его мнение совершенно изменилось, стоило нам войти внутрь. Проще всего открывшееся помещение можно было описать как "заброшенная серверная". Везде стояли блоки питания, компьютеры, тихо мерцающие в темноте красными и синими лампочками. Фонарик многократно отражался от металлических пола и стен.
— Давай-ка его мне.
Гир положил фонарик так, чтобы он охватывал как можно большую часть помещения. Пока он с нежностью трогал и исследовал все запыленное оборудование, мое внимание привлек странный стеклянный цилиндр. На моих глазах в него упал маленький, до боли знакомый, камушек, коими были усеяны берега Лира. Не достигнув дна, он застыл в воздухе, будто увязнув в какой-то жидкости. Машина, подключенная к цилиндру, тихо загудела, после чего последовала короткая, но яркая вспышка. И камень исчез.
— Ого! Что это? — Гир, привлеченный светом, тут же подошел ко мне.
— Сложно объяснить, — я не знал, стоит ли ему рассказывать те крупицы информации, что мне самому удалось выудить.
— Но мы же уже вместе ввязли в это, верно? — Гир скрестил на груди руки, — Друг без друга, поодиночке, мы бы сюда не попали. Я бы свалился в море, а ты бы вернулся назад, так и не открыв дверь. Так что, хочешь или нет, но сейчас мы — партнеры.
 
Я вздохнул. Нехотя, но я все же рассказал ему о том, что за камни были у нас под ногами все это время, и для чего они служат. Гир слушал, не перебивая, так что, до кучи, я рассказал ему и о странной девушке, о птице, Сиде и Каэр. Я чувствовал, что совершаю огромную ошибку. Но с каждым словом мне становилось капельку легче. Одно дело говорить об этом с Энгусом или Белом, и совсем другое — с ним. Уж не знаю, почему.