Маска из другого мира (СИ)

Хутхэн к этому моменту отошел на достаточное, по его мнению, расстояние и повернулся ко мне спиной. Вот будь я понаивнее и поглупее, бросился бы сейчас радостно его лупить ему дубинкой по хребтине, но Мишку Хвостовского так просто не возьмешь. Я заметил, как иголки на спине «ежа» начали шевелиться, а под его кожей судорожно катались мускулы. Впрочем, какой это еж — самый настоящий дикобраз, только гигантский, а еще родом из другого мира.
А потом произошло то, чего именно я и ждал — хутхэн принялся стрелять иглами! Причем в самом прямом смысле: он выбрасывал их из спины, и те по кривоватой траектории летели в меня. Хорошо, я все же догадался подхватить щит и теперь отбивался от длинных острых «снарядов». Не скажу, что это было легко — каждое попадание отдавало болью в руке, щит гремел, и на внутренней стороне я даже видел вмятины. Они появлялись как капли после дождя, а потом часть иголок ударила в уже поврежденные места. И щит не выдержал! Да, щит из преобразованного металла сдался под напором хэтхуна — сколько же в этом «дикобразе» оказалось силы? Одна игла вонзилась мне в ногу, вторая в бок. К счастью, обе не застряли ни в мышцах, ни в костях, пройдя по касательной. Но даже этого хватило, чтобы я, не выдержав, вскрикнул от резкой боли. К горлу подступил ком, в глазах потемнело, во рту появился вкус крови. Я понимал, что это эффект внушения, что на самом деле никакого попадания острых иголок нет, что… Неважно! Боль и страх подстегнули меня, заставили организм выбросить адреналин, и я, стиснув зубы, еще крепче сжал в руках щит с дубинкой. Если поставить сталь под углом, то иглы, даже если пробьют его, изменят траекторию — в голову пришла идея, и я тут же ее реализовал. Спасибо первому бою с ходулистом, когда мы делали что–то подобное… Пусть теперь «дикобраз» расстреляет все свои иглы, и тогда я смогу подобраться к нему поближе. Потому что так и только так я смогу его победить.
Хутхэн, словно почувствовав мою решимость, усилил обстрел, явно стремясь изрешетить меня, и я теперь едва успевал принимать иглы на щит, который скоро превратился в самое настоящее решето… К счастью, мой план работал: при ударе стоящего под углом щита часть игл рикошетила, часть, проходя чуть более толстый слой металла, теряла еще немного скорости… Но еще одна часть все же задевала меня — к счастью, некритично. А потом… Я даже не заметил, как именно это случилось. Тело внезапно пронзило молнией — я пропустил действительно мощную атаку, и теперь в моем правом бедре торчал слегка изогнутый темный отросток, по которому текла жидкая красная кровь. Моя кровь. Меня замутило, изображение в глазах задвоилось, я споткнулся и, уже падая, неожиданно спокойно подумал: сейчас все это прекратится.
Я проиграл бой, но, к счастью, это был всего лишь учебный бой. Я не умру. Да, меня отчитают за неудачу, но зато потом подскажут, как нужно правильно действовать в таких ситуациях…
 Глава 26. Накануне 
 
Такие умиротворенные мысли были в моей голове, пока сверху не нависла оскаленная морда хутхэна — мой план все же сработал до конца, правда, когда я уже перестал на это надеяться. Иглы закончились, и демон решил полакомиться еще живым человеком. Красные злые глаза, стекающая с клыков тягучая слюна, раздувающиеся ноздри и занесенная для удара лапа — жуткое зрелище, но в то же время оно словно пробудило во мне какие–то спящие рефлексы. Как в книге «Зов предков»: и пусть я был не псом, а человеком, но все равно… Теперь я не просто хотел выжить, меня переполняло желание отомстить этой твари. За боль, за то унижение, что я испытываю сейчас, ползая на карачках и уворачиваясь от грубых атак. Каждый раз, когда демон промахивался, его когтистая лапа с силой стучала по полу, заставляя меня содрогнуться. Но ведь долго так продолжаться не может? Или может? Кажется, этот хутхэн гораздо медленнее остальных, с которыми мы сталкивались раньше. Видимо, это расплата за возможность стрелять иглами…
 
Едва я так подумал, как выяснилось, что меня просто загоняли в угол. Удар слева — я увернулся, не обращая внимание на все раны. Удар справа — я перекатился, даже забыв про проколотое плечо. А потом мне в грудь прилетела атака, в тот самый момент, когда я даже увидеть ее еще не успел — хутхэн треснул меня лапой, словно кот мышь, на миг обездвижив и выбив дух. Да, теперь я стал хорошо понимать это выражение. Когда тебе нечем дышать, а из глаз чуть ли не в прямом смысле сыплются искры, чувствуешь себя именно так. А демон тем временем вновь занес свою лапу для очередного удара. Скорее всего, последнего, потому что его я уже не выдержу. Но я не хочу умирать, даже в тренировочном режиме! Особенно когда опасный и кажущийся непобедимым враг оказался на расстоянии ответной атаки. Ведь так? Если он может достать меня, то и я его?!
Тело сработало на инстинктах. Не знаю, каким образом я сумел вспомнить, куда именно отлетела моя дубинка, когда я падал на землю. Не знаю, как я оказался так близко к ней. Но в итоге я изобразил какой–то безумный крик, подхватил свое оружие, а потом выбросил вверх руку с дубинкой. Вверх и чуть под углом — так легче отвести удар в сторону, затратив минимум сил. Отразить — потому что, прежде чем бить самому, мне нужно было что–то делать с несущейся на меня лапой хутхэна. В итоге все вышло как на отработке с Элечкой, объяснявшей нам основы фехтования, и мой мозг очень вовремя вспомнил об этом. Вспомнил, как легко я десятки и даже сотни раз отбивал одну за одной эти простые удары сверху…
Раздался хруст — дубинка с силой врезалась в лапу монстра, и это словно вернуло мне дыхание. Руку потянуло вниз, но я, как меня и учили, крутанул ее над головой, используя инерцию, и с разгона треснул хутхэна по голове. В лежачем положении да с моими ранами это было непросто, но я смог. Адский «дикобраз» явно не ожидал подобной наглости от поверженного противника и поплыл. Достаточно для того, чтобы я успел ударить его еще раз. Теперь уже прямо между глаз!
Руку свело от боли, я зашипел, стараясь не закричать, и из последних сил откинул начавшего заваливаться на меня хутхэна в сторону. Похоже, его как минимум вырубило. Впрочем, тут я присмотрелся к своему противнику, с расколотым черепом, наверное, даже демоны не живут. Я что, победил?
Да! Губы тут же прошептали заканчивающую тренировку фразу, и стало немного легче.
Ко мне подбежали ребята, помогли встать — Ден протянул могучую руку, а Костик с Элечкой бережно приподняли мое трясущееся тело. Я было попытался отказаться от поддержки, думая, что сейчас вернусь в норму, однако ноги предательски подкосило, и я вновь чуть не упал. Хорошо, бородач вовремя подхватил. И вот что это было? Я, конечно, понимаю, что драки специально задуманы максимально реалистичными, но болит–то у меня все сейчас по–настоящему!
— Какого сатира? — я буквально выплюнул эту фразу в подошедшего ко мне Иванова.
Денис что–то говорил шепотом, пытался меня урезонить, но я так двинул плечом, что он тут же замолчал. Не перестав, правда, при этом меня поддерживать.
— Прости, Миша, но боль придется потерпеть еще минут пять, пока твоя нервная система не придет в себя, — спокойно сказал режиссер, пропустив мимо ушей мою грубость. — Да и за такого сильного противника тоже прости. Однако по–другому было никак — и для того были две причины! Первая, — Иванов пер как танк, явно даже не собираясь давать мне пискнуть, пока не выскажет все, что хочет, — ты слишком сильно верил в то, что останешься чистеньким. Это очень опасное чувство, Миша. Я знал тех, кто умирал, считая, что либо победит, не пролив ни единой капли крови, либо не победит вовсе. А кровь проливать надо — и свою, и чужую. Если, конечно, хочешь выжить и победить. По–другому никак, вариантов больше попросту нет.
 
— И для этого вы напустили на меня эту тварь? — сердце бешено колотилось в груди, я смотрел на Артемия Викторовича и буквально полыхал праведным гневом. — Не объяснив, кто это, как с ней бороться, чего ждать?