Твари империи (СИ)

— Да, действительно. Всё просто.
— За исключением маленького нюанса, Ваше Высочество.
— Какого же?
— Берег, на котором мы очутились, был началом великой пустыни Терфе-Лива, где нет ни пресной воды, ни пищи, зато встречаются ядовитые змеи, скорпионы, хищники. А если этого мало, то там обитают кочевники, какие считают законной добычей всё, что дышит.
— Они людоеды?
— Можно и так сказать. Хотя, строго говоря, человечину они не едят. Они скармливают её своим кровожадным скакунам, ибо передвигаются на разновидности большого варана.
— Ужас!
— Мы так и не встретились с ними. Зато нас накрыло огненным ветром. Так там называют песчаные бури. Не сказать что они чем-то лучше ваших залесских снежных буранов. Погибать от стужи или от пекла одинаково неприятно. Но буря ладно. Укрываясь от неё, мы оказались в древнем некрополе.
— В некрополе?
— Это огромное кладбище. Город мёртвых.
Тут даже Государь, до того воспринимавший рассказ, как прихоть дочери, заинтересовался.
— Откуда там некрополь, Искатель, если в пустыне живут только кочевники?
— Ваше величество умеет смотреть в корень! — признал Дамматрик. — Этот некрополь относится ко временам, когда никакой пустыни там не было.
— Неужели пустыни появляются и исчезают? — удивился Сташ. — Я полагал, что созданное богами неизменно. Ведь их замысел близок к идеалу.
— Возможно тут поработали не только боги. Мне доводилось проезжать через земли, на которых согласно старым картам должны расти дремучие леса, а я видел лишь поля и деревни.
— Но разве люди способны превратить землю в пустыню?
— Возможно то были совсем не люди, а демоны или герои древности, о которых много сохранилось легенд в городах Южного Берега…
Они проговорили ещё час или два. Затем пришел слуга и прошептал что-то на ухо правителю. Тот развел руками, давая понять гостю, что аудиенция закончена. Все встали, принцесса сняла с шеи платок, и Дамматрик почувствовал, что краснеет, как будто увидел обнажённым много больше чем красивую шею.
— Возьмите на память о нашей встрече, — протянув невесомый кусок ткани, сказала она.
— Тайна! — нахмурился отец. — Дарить предметы туалета мужчинам принцессе не подобает.
— Брось папа, я так редко встречаю интересных людей. А что мне ещё им дарить? Я бы наградила Искателя каким-нибудь орденом, но это твоя прерогатива. Да и по статусу, насколько я помню, бантами не награждают чужестранцев, если они не на нашей службе или не принадлежат к монаршим фамилиям. Вы ведь не из высшей знати?
— Увы, Ваше высочество, но я буду носить платок как орден, — заверил Дамматрик с поклоном.
— Поскольку я спешу, господин Искатель, а у нас с вами осталось ещё одно небольшое дело, мы поговорим по дороге, — сказал ему Государь.
Глава 23. Ильметра. Дорога на Такримур
По Западному Авару, в отличие от Восточного женщины редко путешествовали без сопровождения мужчин. Тем более, молодые, красивые и богато одетые девушки. И под мужчинами, следовало разуметь именно мужчин — мужей, покровителей, братьев или отцов, в крайнем случае, дюжину телохранителей, но никак не слугу или случайного попутчика. Тем более не мог по местным понятиям сойти за мужчину безусый юнец.
— Ты, — палец бычка уткнулся в Тейша. — Пойди, на дворе погуляй.
Юнга не двинулся с места, продолжая уплетать яичницу с салом. Ильметра, скрывая улыбку, сделала глоток вина. Вина кислого, как лицо невесты, выходящей замуж по настоянию отца; вина дешёвого, какое только и подавали во всяком трактире на этой дороге, независимо от богатства вывески и заверений хозяина. Такое единодушие не являлось, впрочем, следствием сговора жадных владельцев. Просто на крайнем западе Киеры всем прочим напиткам предпочитали пиво. Вот его-то и варили с душой. А вино закупали что подешевле, следуя больше традиции и давно канувшим в небытие имперским постановлениям, чем желанию угодить постояльцам.
— Не понял! — судя по озадаченной интонации, реплику громила адресовал скорее самому себе, нежели мальчику.
Здоровенный парень подсел к столику, за которым они ужинали, минуту назад. Почти всю минуту он просидел молча, буравя Ильметру взглядом. Видимо таким образом бугай пытался воздействовать на девушку психологически. Подготовить, так сказать, к следующему акту. Но все его усилия пропали даром. Даже не будь Ильметра тем, кем она являлась, вид громилы её скорее рассмешил, чем напугал. Он выглядел как малограмотный селянин, хотя если и был когда-то простым деревенским пареньком, то быть давно перестал. Его аура утратила чистоту пасторали, а тусклые пятна были свидетельством нравственного падения. Власть портит слабую душу, даже если власть эта в данный момент распространяется только на проезжего мальчишку и его с виду беззащитную спутницу.
 
— Он плохо знает западный диалект, — сказала Ильми. — А главное, выполняет только мои распоряжения.
— Как скажешь, госпожа, — неожиданно покладисто согласился бычок. — Пусть слушает.
Он пожал плечами и ещё минуту собирал в голове из слов следующую фразу.
— Господин Рогкобри предлагает тебе своё покровительство, госпожа.
Тейш криво усмехнулся, видимо припомнив предыдущего охотника до прекрасного тела его госпожи. Строго говоря, тогда Ильметра его госпожой ещё не являлась, а в хозяевах числился как раз тот самый охотник до наслаждений, что попытал удачи — шкипер наёмного судна, решивший вдруг изменить честной профессии.
Кривой усмешкой Тейш ещё и давал понять, что вполне владеет западным диалектом, а будь на месте деревенского олуха кто-нибудь поумней, он сделал бы вывод, что тем самым мальчишка показывает и отсутствие всякого страха. Сделал бы вывод и непременно задумался бы о причинах бесстрашия.
— Я не нуждаюсь в покровительстве, — спокойно ответила Ильметра. — Тем более в одном переходе от цели моего путешествия.
— В этом-то переходе вся суть, госпожа, — ухмыльнулся бычок.
Оказывается, он мог соображать быстро, а говорить складно.
— В ваших холмах что, завелись драконы? Быть может людоеды?
То что она назвала горы холмами задело его не больше чем ухмылка мальчишки.
— Почему обязательно драконы или людоеды? — спокойно возразил он. — Есть и простые разбойники.
— Одно имя ты уже назвал. Правда, не уверена, что сумею произнести его без ошибки. Рого… Робро…?
— Рогкобри, — напомнил бычок, проигнорировав иронию или не поняв её. — Ударение на второй слог.
— Допустим. Передай ему, что раз он не может предъявить дракона, то и я обойдусь без покровителя.
Отправляясь в путешествие, Ильметра подозревала, чем это ей грозит. Не то чтобы она нарочно попирала нравственные устои, бросая вызов общественному мнению Западного Авара или нарываясь на неприятности. Просто кроме Тейша никого путного (в первоначальном значении этого слова) под рукой не оказалось. Друзья и помощники частью остались в Валикерсте, частью разбежались по окрестным землям, вынюхивая следы конца света. В принципе она могла взять кого-то из вновь завербованных Оборном людей, но с малознакомыми провожатыми отправляться в дальний путь не рискнула, да и не захотела, а юнга сам напросился — оставаться среди дядечек, которые некогда собирались его пришить, он до сих пор побаивался.
Впрочем, один человек, которого следовало бы отнести к настоящим мужчинам, Ильметру всё же сопровождал. Вот только не целиком. И сопровождал — пожалуй, громко сказано. Он не ехал на лошади или в повозке, а путешествовал в шляпной коробке.
Как раз её, стоящую на соседнем стуле, Ильметра теперь подцепила рукой, вставая с намерением окончить не слишком интересный разговор.
— Пошли, — бросила она Тейшу.
Юнга махом выдул остатки пива, вытер рукавом губу и, схватив свечу, поспешил за госпожой. Бычок остался за столиком в одиночестве, не сделав даже попытки помешать ей.
Поднявшись наверх Ильметра прежде всего осмотрела комнату, на которую во время заселения едва взглянула. Комната имела крепкую дверь с массивными петлями и засовом, широкое окно, разделённое надвое толстой перекладиной. Перекладина при острой необходимости, например, в случае пожара, легко изымалась, но освободить её от хитрого замка получилось бы лишь изнутри. Воспользоваться той же дорогой в обратном направлении, скажем, с целью обчистить комнату или багаж постояльцев, было невозможно. В общем, хозяин побеспокоился о безопасности постояльцев, и ничего добавлять Ильметре не требовалось. На самом деле даже охранные чары, чуть ли не самые простые из всех, ей давались с трудом. Её магия почти всегда пробуждалась сама собой и формализации не требовала, а охранные чары пробуждаться не желали, если Ильметра не ощущала прямой угрозы вроде воя ночного оборотня или чего-то такого. Сейчас же интуиция подсказывала, что ночью за ней и так не придут. И вообще в трактире не тронут. При всём беззаконии, царящем в брошенном владыками герцогстве Грифа, разбойники скорее всего выберут для злодеяния тихое место, к примеру, в миле-другой за трактиром, где к дороге подступают заповедные рощи.