Моргемона (СИ)

— Сэр Берег велел мне смотреть за всем, что вы делаете, — непреклонно ответила Пиния. — Кто вас знает.
Гидра сердито вздохнула и захлопнула за собой дверь. Её комната была превращена в очередной гардероб матери. Теперь всё кругом занимали вешалки с платьями, сорочками, сари и подчёркнуто вызывающими ночными рубашками.
«Думай, Гидра, думай…»
Она дошла до своего чулана и, действительно, увидела внутри пару сундуков. Села перед одним из них, подняла крышку.
Пиния тут же влезла ей под руку:
— Ну как, Ваше Диатринство? Нашли, что искали?
— Нет… — честно ответила Гидра. «Всё, за чем я пришла, наверняка у отца в кабинете. Как же мне…?»
Она наигранно сдвинула брови и заявила:
— Здесь шесть книг, а у меня было семь. В неё был вложен нужный листок! Куда дела, Пиния?!
— Не может быть! Они все там, я сложила их туда, ничего не брала! — тут же залепетала Пиния.
— Где? Смотри сама, их всего шесть!
Пока Пиния склонялась над сундуком, Гидра скользнула пальцами в свою сумку.
— Да не может быть, чтобы что-то пропало, госпожа, я же всё сложила… их, наверное, и было шесть? Я не считала, но…
Она подняла взгляд на диатриссу — и та сунула ей под нос сонное зелье. Едкие пары тут же заставили глаза экономки закатиться, и она упала на сундук. А Гидра, задержав дыхание, выскочила из чулана.
«Жуткая вещь! Очень действенная», — подумала она и закупорила колбу. А затем обтёрла пальцы об одно из маминых платьев. И сказала вслух, для ушей гвардейца, что остался за дверью:
— Не мешайся, дай мне почитать! Тут надо перевести со сциита, твоя болтовня сбивает меня с толку.
А сама шагнула к окну и тихонько, едва налегая на створку, приоткрыла его. Оно выходило на черепицу нижнего этажа. И по этой черепице Гидра, как в детстве, крадучись пробралась до плюща, а по плющу — ещё на этаж выше, где, балансируя у окна отцовского кабинета, достала из сумки деревянный гребень.
Она покосилась вниз через плечо, и голова пошла кругом. Пришлось схватиться за подоконник. Внизу покачивались акации, и вид на край замкового двора казался ещё мельче, чем до этого. А вдали виднелся город и даже порт. Крошечные, как на ладони.
«В детстве меня это вообще не смущало, но сейчас… как же тут высоко», — нервно сглотнула Гидра. — «Так. Ладно, соберись!»
Поскольку это окно выходило на густой лес, где она бродила лишь недавно, здесь не было стражи. И она пользовалась этим сейчас, как много лет назад.
Старая схема: она налегла плечом на внешний край одной из створок, и та, жалобно скрипнув, чуть раззявила щель. В которую девушка втиснула свой гребень и поддела щеколду.
Щелчок — и кабинет отца как на ладони. Стиснутый покосившимися книжными стеллажами, из которых торчали листы и выпадали книги, этот кабинет был всё таким же: запылённым, потонувшем в бардаке из пожелтевшей бумаги и смятых писчих перьев. Тавр никому не позволял здесь убираться, но и сам, очевидно, никогда этим не занимался.
Запах затхлости неприятно пощекотал нос. «Ступать надо осторожно; вряд ли он заметит перемещение разных мелочей, но следы на пыли оставлять не стоит».
Гидра бросила взгляд на сундук, запертый мощным замком размером с ладонь. Там отец хранил свои книги о драконах. Не потому, что это было эксклюзивное, никому больше не доступное знание; а потому лишь, что на Аратинге не считал никого достойным даже прикасаться к этим книгам. Впрочем, большой замок легко открывался шпилькой.
«Я успела перекопать все его книги, изучить Кодекс Доа и прошерстить всё о драконах, но это не дало мне ничего до тех пор, пока я не встретила Мордепала и не забыла обо всём, что прочла».
Сейчас это было Гидре не нужно. Она решила поискать другие закутки, где могла бы храниться какая-нибудь неприметная, как у неё, тетрадка. Или, напротив, некий старый манускрипт. Поэтому она стала на цыпочках красться по кабинету, заглядывать в затянутые паутиной стопки, наклоняться под стеллажи и попутно морщиться, пытаясь не чихнуть.
«За дверью наверняка стоит пара стражников. Но даже если я немного пошумлю, ключа от кабинета у них быть не может — отец бы не позволил. Правда, моё исчезновение сразу будет им понятно, а прыгать из окна в лес мне бы очень не хотелось».
 
Статусные старинные тома в кожаных переплётах, справочники о ядовитых лягушках Аратинги, энциклопедии ядовитых растений, история рода и вновь ядовитые алхимические вещества…
Тавр никогда не скрывал своей любви к самым разным мерзостям.
…учение о плотской любви, снова история, а потом корабельный справочник…
Всё равно он редко читал, и судить о его персоне по этой библиотеке было бессмысленно.
…учебник по бальным танцам в дальнем углу, крой старинного вида сари, вежливые приветствия на восемнадцати языках…
«Эти книги уже заросли не то что паутиной, а плесенью. Их не читали даже во времена леди Тамры».
Отчаяние засвербило в горле. Ничто из этого даже близко не напоминало оккультные книги. И даже после тщательного осмотра каждого уголка стены или шкафа Гидра не нашла какой-нибудь потайной полки.
«Ну я же не могу ошибаться! Если не Тавр, то кто, чёрт возьми, это делает?!»
Она подошла к отцовскому бюро. С тихим скрипом выдвинула верхний ящик. И тут же сморщилась, увидев кружевные женские панталоны внутри, поверх чернильниц и печати.
— Фу, — прошипела она себе под нос. — Когда мама и папа очень любят друг друга… мда.
Во втором ящике она нашла целую стопку учётных книг, а ещё ниже — пустые конверты для писем. На самом столе остались лишь черновики указов и перечёркнутые клочья бумаги, в которых можно было разобрать лишь бессвязные слова «порт», «отправление», «сигнал», «приказываю».
Гидра поджала губы и опустилась на стул. Затем, теряя надежду, стала листать учётные книги. Туда записывалось то, на что Тавр выдавал деньги из казны — в основном, своей семье, вассалам или на нужды своей армии. Вряд ли он имел привычку отчитываться сам перед собой, если бы он заказывал какие-нибудь лавильские благовония для ритуалов. Впрочем, Гидра находила лоты с его почерком: если это касалось корабельных пушек, вооружения и прочих дорогостоящих товаров, которые прибывали на торговых баржах. Видимо, он помечал это лично для себя, чтобы знать, когда ждать свой груз.
Среди тонн барахла, вроде шелков, украшений и учительниц танцев, Гидра находила закупки мечей из калёной стали, чешуйчатой брони и многого другого. Тавр, очевидно, давно готовился к большой войне.
От однообразных заказов рябило перед глазами. Как вдруг Гидра споткнулось о короткое: «тигры. 4 шт. Благовест».
«Тигры?» — Гидра вытаращила глаза. — «Не сомневаюсь, папенька мог угостить драконов и тиграми, но они очень дороги — их везут через Благовест из самой Цсолтиги. Об этом Вазант даже на свадьбе рассказывал».
Заказ был сделан как раз двадцатого чимена, за десять дней до свадьбы с Энгелем. Очевидно, он прибыл тогда, когда Гидра уже стала диатриссой.
Это показалось ей крайне странным. Во-первых, потому, что Тавр не имел пристрастия к хищным питомцам ради статуса, в отличие от Вазанта. У него были драконы, и он по праву насмехался над всяким лордом, что заводил себе льва или тигра. А во-вторых, потому, что он всё же заказал тигров для Оскала, а значит, будь они живы, они должны были бы быть в замке.
«Но где? Где-нибудь в подземельях?» — подумала Гидра. — «Туда мне никак не попасть, минуя стражу, и узнать не получится. Да и зачем, чёрт побери, Тавру именно тигры?»
Она с полосатыми хищниками теперь связывала лишь Мелиноя. Поэтому и поёжилась.
«Мог ли он заклать их в каких-нибудь жестоких ритуалах? Зная, сколь непросто сподобить духа на убийство… но ведь тигров всего четыре, а нас было отмечено трое: я, Аврора и лорд-канцлер Магр Денуоро. Может, был и четвёртый?»
Она стала спешно листать учётные книги дальше. Но нигде больше не нашла такой записи. Гвардия упоминала убийство с помощью лилигрисов трёхлетней давности, но книги таких далёких дат явно хранились где-то в архиве, не в кабинете.