Кобра клана Шенгай. Шаманка (СИ)

«Спрятать в поместье Аски», – мелькнула шальная мысль.
Мелькнула и тут же пропала. Там будут искать в первую очередь. Хотя Аска не откажет в помощи. Она уже однажды спасла племяшку из воды.
Временами приходилось останавливаться на ночь, хоть Коджи и чувствовал силы продолжать путь. Рёку порой затихала, словно всё было как обычно. Временами же руки сводило, а внутри разливалась дикая слабость. Но быстро проходила. Пока что сила приходила на зов как раньше.
Коджи не хотел думать о том, что будет, когда рёку начнет утекать к законному хозяину. По сути Джаргал ею не владеет с момента передачи рёку таким, как Коджи и Тэцуя. Но вот сам шиматта…
Надо же, на кого угодно можно было подумать, но вот что сам сейванен императора… Да уж, совпадение.
Коджи спешился с коня, взял под уздцы и повел по вытоптанной дорожке к показавшемуся невдалеке гостиному дому.
Ещё бы разобраться, почему у них с Эйтаро при виде друг друга вспыхивает такая ненависть? Неужто сейванен подсознательно чувствовал часть своей рёку и считал Коджи вором? А сам Коджи так же ощущал, что могут забрать всё, что подарил Верховный вождь Шаманов Ночи?
Коджи качнул головой, прогоняя мысли. Сейчас не об этом. Комната, ужин, сон. И едва солнце окрасит небо, снова в дорогу. Конечно, за Аской есть кому присмотреть, но как показывает практика, никогда не знаешь, что взбредет в голову неуемной наследнице клана. Поэтому лучше, когда присматривающих… как можно больше.
Стоило только подойти ближе, как появился проворный паренек, подсказал, где столовая и что хозяин сейчас там лично следит за раздачей еды. Можно и комнату снять, и парой слов перекинуться.
Забрал коня и повел в сторону конюшни.
Коджи направился ко входу, выходящему на озеро. Внутри оказалось тепло и уютно. В воздухе витали такие запахи, что голова могла пойти кругом. Желудок тут же напомнил, что тот, кто отказывается от нормальной еды, ничего толкового в своей жизни сделать не сможет. Рис – всему голова.
Хозяин – круглый шустрый мужичок. Улыбка у него тоже тёплая. Неплохое место.
Еда горячая и очень достойная. Бульон густой и наваристый, лапша как надо, рыба изумительная, специй в меру.
Коджи увлекся едой, не глядя по сторонам. В конце концов, это придорожный гостиный дом. Тут останавливаются торговцы и путники. Вдалеке от сияющего Шиихона, богатого Гатарагами, изысканного Тору-дадзё и даже Кисараджу… ещё далеко. Все эти клановые столицы, где ни к кому нельзя поворачиваться спиной и всегда нужно держать ухо востро.
Поужинав, он подхватил свою дорожную сумку и направился на второй этаж, где располагались комнаты для гостей.
Скромно, но вполне подходит, чтобы переночевать.
Коджи опустил сумку на пол, скользнул взглядом по футону. Тут будет тепло и сухо. Что ещё надо после путешествия хмурым днем? От дождя удавалось прятаться, но всё равно было мерзко.
Он подошел к двери и закрыл её на замок.
Теперь можно и отдох…
Горло обожгло ледяным металлом. Острие впилось в кожу.
– Ни слова, – произнес хриплый голос в самое ухо.
И черные плети рёку хлестнули по ногам.
  
Глава 2
 
Коджи замер. Мгновенно просчитал все возможные пути отхода. Ушел одним движением в сторону. Обернулся, ударяя по руке с ножом, реку рванула вперед. Обвила запястье стоящего за спиной человека и… практически впиталась под кожу.
Мешковатый капюшон скрывал лицо напавшего. Но стоило ему чуть повернуться, как Коджи разглядел тронувшую бледные губы улыбку.
– Какого… – выдохнул он.
Миг – откинутый капюшон, черные волосы рассыпались по плечам.
– Шиматта, – выдохнул Коджи.
– Очень рад, что ты меня узнал.
Попытка пошутить, но такая… с большой натяжкой. Потому что Коджи не зря произнес именно это слово. Сейчас сейванен императора выглядит жутко. Белая кожа обтянула кости, глаза полыхают чернотой, черты лица, будто их рисовал дрожащей рукой мастер-неумеха. Даже серьга, раньше надменно светившаяся янтарем, сейчас напоминала пепел на могиле.
И всё бы ничего, сам выглядел не лучше, когда рёку прорывалась в разные стороны, едва наступала ночь, но… Почему Эйтаро тут? Почему в такой пыльной и старой одежде? Почему…
 
А ещё как-то приглушенно чувствуется та ненависть, которая обычно вспыхивала между ними алым цветком.
Молчание затягивалось. Коджи вдруг осознал, что Эйтаро хмурится и разглядывает его.
– Можешь приберечь комплименты для себя, – глухо бросил он. – Ты тоже меняешься. Рёку уходит.
– Спасибо, что открыл истину, – огрызнулся Коджи.
И понял: он едва стоит на ногах. Но дело совсем не в усталости.
Шипя, словно змеи, по полу стелятся потоки черной реку и вливаются в Эйтаро. В то время как сам Коджи… уже никуда силу не направлял!
– Не забывай про контроль, – глухо сказал Эйтаро.
И становится заметно, что сейванен императора бесконечно устал. Держится на ногах одним усилием воли.
Что за ерунда?
А потом и вовсе колено подгибается, Эйтаро не успевает удержать равновесие и оказывается на футоне.
– О боги, – пробормотал Коджи. – Кажется, эта ночь будет очень весёлой.
– Обещаю, – мрачно согласился снизу Эйтаро, делая глубокий вдох и прикрывая глаза.
Коджи несколько мгновений посмотрел на его бледное лицо, призвал на помощь всё своё терпение и внимание. И правда, ночь будет весёлой…
* * *
Триста ри до Эйен-но-Кангоку
Два дня назад
– Мне не нравится эта тишина, – донесся голос стражника. – Готов поклясться своим последним ше, здесь есть цуми.
– Что ты за воин, если испугался цуми? – Сант как всегда насмешлив. – Неужто им под силу сломить стражников из императорской армии?
Эйтаро, находившийся в повозке, только хмыкнул. Конечно, его по пути в Эйен-но-Кангоку, великую тюрьму, охраняют толковые солдаты, но уж никак не элита. А значит, ещё вопрос, насколько они… не падки на лесть.
Они сопровождают закованного в наручники сейванена императора, которого постановлением великого Кса-Карана было велено отправить в тюрьму. Кто-то скажет, что слишком быстро. Кто-то, что наоборот… давно стоило услать подальше этого заносчивого мерзавца, который всегда шел по коридорам Дворца Фениксов так, словно они принадлежали ему.
Последнее было, конечно, откровенным враньем, но в сплетнях двора Эйтаро представал чуть ли не самозванцем, замыслившим отобрать трон у самого Шунске Кса-Карана! Неслыханно!
– Неслыханно, – сдержанно шептались мужчины, поглядывая друг на друга.
– Неслыханно, – щебетали дамы, прикрывая лица веерами с журавлями и лотосами.
Неслыханно и ужасно.
Позор.
Предатель.
Враг.
Тот, с кем больше нельзя иметь дела. Тот, кто подвел своего благодетеля. Тот, кто посмел поднять меч на императора.
С мечом, конечно, как и со всем остальным, тоже было преувеличением, но Эйтаро не успевал даже следить за тем, как росли и ширились сплетни.
Придворные слишком тосковали. Последние время они были что тлеющие угли под накрапывающим дождём. А тут подул знойный ветер, швырнули ворох сухого хвороста, да ещё и подожгли.
Ух, запылало!
Внутри ширилась пустота. Эйтаро последние ночи практически не спал. Мозг лихорадочно работал, но ничего толкового не выходило. Если всё получится, если только…
Кто-то из стражников засмеялся. Кажется, Сант начал травить байки про монстров. Что ж, их предостаточно, можно рассказывать днями и ночами.
Запястья пережаты металлическими кольцами. Эйтаро поморщился. Они должны не просто сковывать движения, но ещё и выпивать всю рёку. Только вот…
Он, не отводя взгляда, наблюдал, как чернота обвивает его руки от локтя до запястья, неторопливо ползет по коже, собираясь возле металла.
Только один мысленный приказ – она вопьется в кандалы, сожмет, перетрет в пыль.
Не придумали ещё такой артефакт, который сможет остановить силу шиматты. Единственная преграда на пути к этому огромному ресурсу – собственное неумение контролировать рёку.