Кобра клана Шенгай. Шаманка (СИ)
Поэтому я прогуливалась по саду, смотрела на ярких карпов в пруду, дышала свежим воздухом и… думала. Ученица шамана не может вступать в брак во время обучения. Я ученица? Ученица. Но с Рё станется потребовать предъявить учителя пред ясны очи. Есть Шичиро, но… он без сознания.
И тут нет гарантии, что «любимый» жених не решит, что это попытка обвести его вокруг пальца. Ведь обязательно надо будет доказать, что я настоящая ученица, а не на словах.
Я остановилась на мостике. Оранжевый карп плавал рядом с рыжеватым с белыми боками. Оба крутились тут, исполняя какой-то причудливый, известный только им обоим танец. Надеюсь, это не знак, что мне надо всё отринуть и сходить замуж. Как-то я к этому совершенно не готова.
– Жаль, я не художник, – хмыкнула подошедшая Харука. Она глянула на карпов, хмыкнула ещё раз: – Написала бы твой портрет и отправила Рё Юичи. Только, конечно, приукрасила тебя. А то какая-то ты больно страдающая. Но… из-за любви.
– Ну, спасибо, подруга дорогая, – пробурчала я. – Ты знаешь, как поддержать и указать на верный путь.
Харука тут же стала серьёзной:
– Ты уже придумала, что делать дальше?
– Вид у меня, может быть, и глупый, но я как раз над этим думаю.
Учитель. Мне нужен учитель, который одним только взглядом сможет дать понять, что Рё не место рядом с его ученицей. Ученицей, которая не достигла конца своего ученического пути.
Я закусила нижнюю губу.
У меня ещё есть Коджи. Но… я его могу откровенно подставить. Мало того, что у него чужая рёку, так ещё и нет защиты клана. Кто знает, как решат поступить Юичи?
Понимая, что сама ни к чему не приду, я поделилась мыслями с Харукой.
Она чуть нахмурилась. Подобрала маленький камушек с моста и кинула в воду. Тот поскакал, оставляя на воде небольшие круги. Карпы тут же метнулись в разные стороны.
– Аска, у тебя же есть, к кому обратиться, – вдруг произнесла она, не отводя взгляда от пруда.
– Да? – Я посмотрела на неё, ожидая продолжения. – К кому?
– У тебя же два учителя, – пожала плечами Харука, потом глянула на меня. – Вот и…
– Я не хочу подставлять Коджи.
– Речь не о Коджи.
Я нахмурилась:
– А о ком?
– О том, кто является настоящим владельцем выбравшей тебя рёку.
Я чуть не закашлялась:
– Этот? Ты с ума сошла? Как ты себе это видишь? Уважаемый сейванен, тут меня хотят замуж забрать против воли, приезжайте, пожалуйста, дайте им по темечку, а я вас чаем потом напою, договорились?
От представленной картины мне стало дурно. Предложить такое Эйтаро… Это же додуматься надо! Да, выбрала сила. Но он не жил с шаманами. Он не сможет это сделать… Но самое главное – не захочет. Он должен бросить столицу ради той, которая втравила его в кучу хлопот? Если смотритель императора такое отчебучит, его надо сразу направлять к лекарю.
Харука повернулась ко мне, опираясь на перила мостика.
– Считаешь, что он откажет?
Я мрачно посмотрела на неё:
– Он не откажет.
Её губы дрогнули в улыбке:
– Вот ви…
– Он пошлёт. Пошлёт так далеко, что я побегу. Очень быстро побегу и… приду в себя в далеких степных краях кочевников сагуру – за много-много ри от родной Тайоганори.
Ужас какой-то. Даже с моим, э-э-э, своеобразным мышлением не пришло столь дикой идеи. Как только Харука смогла до такого додуматься?
– То есть откажет?
– Да, конечно!
– Аска, так сделай же так, чтобы не смог отказать.
* * *Совещание Айдзи и Ичиго затянулось. И даже когда управляющий ушёл, Ичиго пришлось срочно сверить отчетность с Такаги, а потом ещё что-то… В итоге он не появился даже на ужине.
Поэтому нам накрыли троим: мне, Харуке и Изуми. Рисовая лапша с рыбой была отличной, но мои мысли витали далеко от еды. Я только опускала палочки, подхватывала что-то и отправляла в рот.
Чай оказался тоже недурен, но допивала я его на ходу.
– Ты куда? – с удивлением посмотрела на меня Изуми.
– Провериться, – честно ответила я.
И вышла, оставив девчонок с открытыми ртами. Сейчас совершенно не хотелось ни о чем говорить. Была призрачная надежда, что в одиночестве мысли выстроятся в нужном порядке, и я пойму, что делать дальше.
Слова Харуки не выходили из головы. Только вот сказать намного легче, чем сделать. Даже представить не получилось, что такого надо сделать, чтобы Эйтаро бросил всё в Шиихоне и приехал меня выручать.
Сейванен на белом коне, мать его.
Я вздохнула. Увы, конь у Эйтаро совсем не белый. Да и сам Эйтаро… конь ещё тот. Местами даже олень. И даже козёл.
Я сама не заметила, как оказалась на месте, откуда было хорошо наблюдать за огоньками в деревне Шаманов Ночи. Просто смотришь, дышишь воздухом, сейчас таким прозрачным и вкусным, и… кажется, находишься где-то в другом месте.
Но через несколько секунд я сообразила, что здесь не одна. Обернулась и увидела в нескольких шагах учителя Коджи.
Шаманская рёку стекала с его пальцев и кружила возле ног. Но вот что странно… Глаза не были безднами тьмы, как бывало ночами. Просто темнее, чем обычно. Черты лица не изменились, а кожа… только немного побелела.
Я нахмурилась. Почему мне не по душе такие перемены? Снова интуиция?
– Да, учитель? – наконец-то произнесла я. – Вы что-то хотите сказать?
Коджи несколько секунд молчит, потом вздыхает:
– Да. Понимаю, что пользуюсь своим положением, но… мне нужно пять дней.
– Пять дней? – Я приподняла брови. – Что случилось?
– Пришло сообщение от Тэ… от директора Тэцуи. Он просит меня срочно приехать.
Лицо Коджи неподвижно, но я вижу, что он встревожен.
– Неприятности?
– Пока не знаю, он не уточнил. Поэтому и прикинул, сколько времени понадобится, чтобы добраться до школы Годзэн и назад.
Ну, прикинул очень впритык, но ладно. Тэцуя не стал бы просто так выдергивать брата боги знает откуда.
– Хорошо, – кивнула я. – Езжайте. Но не забывайте сообщать о том, как будут идти дела.
– Спасибо, Аска. – Коджи поклонился. – Тогда я отправлюсь прямо сейчас.
– В ночь? – поразилась я.
– Чем раньше отправлюсь, тем раньше вернусь.
Он недоговаривал. Это было ясно, как белый день. И про неприятности явно умалчивает. Но, скорее всего, не ошибусь, если дело – семейное. И Аске Шенгай там нет места.
Поэтому я только кивнула, а потом долго смотрела ему в спину до тех пор, пока Коджи не скрылся за деревьями. И давила не вовремя всколыхнувшееся волнение. За Мисаки, за Чоу и за маленькую Мию. Вдруг проблемы со школой? Вдруг что-то грозит ученицам?
Спокойно, Аска, спокойно. Решаем то, что у тебя под носом, а потом уже думаем про остальное. На всё тебя всё равно не хватит.
То, что теперь даже не показать Коджи в роли шаманского учителя, я поняла только после того, как поплескалась в купальнях. Да уж. Дело принимает новый оборот. Надо поскорее приводить Шичиро в чувство. Иначе будет совсем грустно.
Я села на постель, откинула волосы за спину. Что-то совсем всё не складывается у наследницы клана Шенгай. Помеха в виде Рё Юичи бесит невероятно, но устранить её, как внезапно вылезшего из склепа цуми, не получится. Как же мне не хватает опыта… ну и ума, конечно.
Внезапно взгляд зацепился за сверток на подоконнике. Так… там ничего не лежало. Я точно помню!
Я нахмурилась, вытащила кайкэн из-под подушки – мало ли. Осторожно подошла к окну, выглянула – никого. Нахмурилась, осторожно взяла завернутый в бумагу предмет. Что-то лёгкое. Странно.
Аккуратно развернула и невольно охнула.
На бумаге лежал массивный перстень с огромным рубином, полыхающим красной рёку. Вспышка – и россыпь алых искр, закружившихся вокруг перстня. Камень вмиг стал матовым, а металл потемнел.
И я почувствовала: сила, наполняющая кольцо, теперь совсем другая. Вязкая, упругая, похожая на лаву, что течет по почерневшим от жара и пепла камням.
На бумаге появились кандзи.
Моей маленькой безрассудной кобре. Подарочек. Носи на здоровье.