Пленница льда
Да у меня даже выбора нет…
– Сосредоточься, милая, – беспокойно прошептал Калеб, нервно сглотнув, – если Ролан прав, взрыв будет тот еще…
– Это уже слишком! – Риска не выдержала: – Дьен, почему ты молчишь?
– Подожди, я пытаюсь осознать то, что ты мне рассказала… – Оборотень был сам на себя непохож, зато Илон явно не понимал, о чем речь. Страж видел, что от него скрыли что-то очень важное, смотрел на своего капитана не без обиды, но не лез с расспросами. Эбол, в свою очередь, с трудом отводил от меня взгляд, явно желая расспросить обо всем, о чем только можно. Даже в такой ситуации. Не думаю, что он виноват. Хотя…
– Осознать пытаешься? – волчица рычала, вокруг нее, несмотря на новые магические оковы на запястьях, возникали огненные вспышки. Казалось, Дьен уже привык к подобному, но Илон – нет. Страж не выдержал, отошел от девушки, отмахнувшись от очередного пульсара. – Тогда не мог бы ты побыстрее это сделать? Дьен! Да они тут хотят всех заживо похоронить! Как будто нам чумы не хватает для полного счастья! Ролан… Я знаю, что ты невероятно силен и отчаянно тебя боюсь. Но все-таки, что ты творишь? И раз мы заговорили про защиту, вокруг себя тоже барьер поставь! Что если ты сам и есть источник всех проблем?
– Риска, он же всегда со мной был, – тихо проговорила я, видя, как все начинают понемногу успокаиваться и строить версии.
– Это Ролан, – холодно заметил Дьен. – Как нам известно, Кочевник способен на все. Поэтому создай барьер. Если и судить предателя, то по правилам.
Все происходящее казалось кошмаром. Все только что доверяли друг другу, а теперь стояли обособленно, смотрели с подозрением, а некоторые с обидой.
Калеб сложил на груди руки, хотел было что-то сказать, но не успел.
Стоило мне создать вокруг всех нас барьеры, облачив каждого в магический кокон, как Ролан молча начал колдовать над склянкой. Он соединил две жидкости, жестом показал мне защитить его, и все стали ждать.
– Если среди нас предатель, создавший огонь, – шепнул Джастин, – то черное пламя вырвется из колбы и унесет эту тварь на тот свет.
– А если тут нет предателя? – обреченно вздохнула я, наблюдая, как жидкость в колбе приобретает фиолетовый цвет.
– К сожалению, есть, – потрясенно прошептал Калеб, и в это же мгновение произошел взрыв.
Ледяной барьер лопнул, как мыльный пузырь. Осколки врезались в книжные полки, задели Риску и Дьена, ранили Эбола, но при этом спасли от ужасной ударной волны. Кабинет архимага превратился в пепелище, в центре которого находился Ролан. Ролан, объятый черным пламенем.
Маг уставился на то, как языки огня мягко обнимают его барьер, как ластятся к нему, как кот к хозяину, а затем, когда звон в ушах стих, а белые вспышки перед глазами исчезли, черное пламя растворилось в воздухе.
Наступило гробовое молчание.
Калеб уставился на ученика взглядом, полным непонимания и боли. Эбол сел на пол, скрестив ноги, и не сводил с Ролана глаз. Сам маг при этом стоял совершенно убитый.
– Смятение… – нервно сглотнув, я все же нарушила тишину, – отчаяние, боль, непонимание и злость. Я не знаю, как работает ваша магия с черным огнем, но Ролан точно не взрывал ваш дом, господин архимаг. Мы всегда были вместе, это просто смешно!
– Он мог подбросить, – тихо, с явным сомнением прошептал Эбол, переводя взгляд на Калеба, – а какие еще варианты? Эту магию сложно обойти, только если знать заранее, что ее используют!
– Значит, кто-то это знал, – прошептала я, переступая через ледяные осколки, – хватит смотреть на него, как на чудовище. Вы все прекрасно знаете, что, если и стоит бояться кого-то из присутствующих, так это меня. – Я указала на знак на руке, поставленный Роланом возле деревянного домика близ Мирграда. – Как видите, я чувствую то, что с ним происходит. И если бы Ролан действительно был тем, кто разрушил дом и хотел моей смерти, он бы уже давно меня убил. И куда более изощренным способом.
– Кто-то знал, что так будет. Но кто? – Ролана ничуть не смутило то, что на него смотят как на предателя. Единственными, кто все равно остался на его стороне были Джастин, Эбол и архимаг, остальные не были столь уверены в его непричастности к произошедшему.
– Так как вы теперь знаете, откуда я пришла, – тихо начала я, не озвучивая историю про другие миры из-за Илона. Страж всплеснул руками, хотел было возмутиться, но Эбол не дал. Мужчина просто поднял руку, остановив своего стража, а заодно и Дьена, который наконец пришел в себя. С оборотнем происходило что-то странное: он стал заторможенным, медлительным, но при этом очень сильным, – то я могу вам сказать, что есть такие устройства, при помощи которых можно подслушать кого надо и подсмотреть то, что надо. Они маленькие, совсем крохотные. Может, кто-то уже давно поставил магическую печать, и…
Калеб тяжко вздохнул и взвыл. Архимаг уставился на меня странным, полным восхищения взглядом, затем отодвинул безмолвного Ролана в сторону и попросил не мешать.
В его руках возникла сфера, чем-то напоминавшая пульсар. Она еле заметно мерцала, расширялась, наполнялась светом. Стоило архимагу выпустить ее на волю, как все замерли в ожидании. Я не знала, что должно произойти. Нервировал даже не сам момент ожидания, а напряженное молчание в кабинете.
Риска грызла когти, Джастин попытался ей в этом помочь, но волчица отбросила черного кота в сторону. Аниморф еще в полете принял облик рыжего эльфа, зашипел на Дьена и как бы невзначай задел Илона, тонко намекая, что ему не место среди нас.
В кабинете не было Лиммы и Сириса, я думала об этом, пыталась сопоставить факты, затем вновь ощутила прилив ярости, но источником на сей раз был Ролан.
Маг глянул в мою сторону, с силой сжал кулаки и опустил голову. Я мягко коснулась его ладони, мысленно благодаря за то, что он спасает меня от этих чувств. Его глаза менялись: они то насыщались желтизной, и в эти моменты клыки мага становились длиннее, либо чернели, и тогда Ролан возвращался к своему человеческому облику.
Прошло несколько часов, пока Калеб не взвыл снова, когда прозрачная сфера зависла над его столом.
– Что это значит? – поинтересовалась я, прикрыв глаза из-за яркого света. Сфера пульсировала, искрила, постепенно исчезала, растворяясь в воздухе.
– Что на протяжении многих лет все мои секреты и тайны кто-то воровал… Кто-то все слышал. И теперь враг знает, кто такая Сэра.
Калеб замер возле стола как вкопанный, затем с силой ударил по нему кулаком, и тот разлетелся в щепки. Тайная магическая печать еле заметно подсвечивалась магией. Она была размером с серебряную монетку и медленно исчезала у всех на глазах.
Сложно описать то, что я чувствовала в этот момент. Вместо тысячи слов Ролан медленно приманил к себе лист пергамента, чернильное перо и быстро написал:
«Завтра на рассвете идем к драконам».
Все согласно кивнули, но никто никуда не ушел.
Я видела общий страх. Страх перед врагом, который на протяжении многих лет опережал каждого, кто находился в этой комнате. Он подслушивал, подсматривал… Насмехался! Играл с ними.
Со мной играл… Наблюдал.
Почему-то я не испытывала страха. Лишь любопытство. Наблюдая за всеми, я думала о том, что хочу как можно быстрее увидеть место, где жили драконы. Я хочу понять, что со мной происходит…
Калеб скомандовал всем выйти из кабинета. Он устало отдавал приказы ученикам, спустившись на несколько этажей, затем сказал Ролану:
– Портал там, где обычно. Но я не уверен, что и он не просматривается.
– Понял.
Больше мы не разговаривали. Ролан вел меня по длинным коридорам Магической Академии мимо юных учеников и учениц, с восторгом глядевших вслед знаменитому магу, а я почувствовала еле заметный укол ревности.
Мне хотелось, чтобы он больше не забирал себе мои эмоции. Это мое раздражение и моя ярость.
И справлюсь я с ними сама.
