Пленница льда

Холод. Дикий, поглощающий тело холод.
Главная улица была пуста, луна пробивалась сквозь барьер, установленный Кочевником, освещала дорогу. Фонари вдалеке сияли ледяной коркой.
От еще не остывшей земли в воздухе клубился пар. Гонимый легкими порывами ветра, он становился похожим на ползущих змей, еле заметно сиял в ночи, будто чешуя.
Там так холодно…
– Сэра, – Дьен подал голос, – нам нельзя останавливаться! Сэра, ты меня слышишь?
Тишина возникла так же внезапно, как и холод. Мужчины смотрели на меня неотрывно. Они боялись. Страх в воздухе… Непонимание… желание избавиться от проблемы – вот то, что я чувствовала за своей спиной, стоило обернуться.
Оба смотрели мне в лицо и молча ждали. Кочевник не выдавал эмоций, но я ощущала его страх – рука, что держала рукоять меча, дрогнула, а Дьен оступился, с трудом удержав равновесие.
«Она там». – Я молча указала рукой в сторону главной дороги, глядя на то, как фонарный столб вдалеке покрывается коркой льда.
– Там пустая улица, никого нет! – голос оборотня дрожал, колдун же не сказал ни слова. – Фонари горят! Я ничего не чую, ничего не вижу вдалеке, кроме туманной завесы! Моя сестра не потеряла свой запах, Сэра! Ее там нет!
Она там.
В меня словно что-то вселилось. Или вернулось. Уверенность прошлых лет, чувство правильно выбранного пути, осознание того, что судьба не злодейка.
Риска там! Она не искала меня в доме Дилана. Она хотела выбраться из деревни!
– Ее там нет! – Дьен сорвал голос, но рванул вслед за мной.
Оборотень и маг бежали чуть позади меня и не могли догнать. Оборотень рычал, не хотел, чтобы сестру нашли, маг готов сражаться, а я…
Я пробегала мимо обледенелых скамеек, скользила по тонкой корке льда на продрогшей земле и мчалась вперед, ощущая, как легкие сдавливает внутри.
Она почти добралась до выхода из деревни.
Риска замерла возле барьера, била в него кулаком, теряя последние силы, и плакала, роняя на землю кристаллы льда вместо слез.
– Зачем… Зачем барьер? – Ее губы еле шевелились, но я отчетливо слышала каждое слово. – Выпустите! Мне нельзя тут оставаться! Выпустите!
– Сэра, не подходи к ней, – маг говорил тихо, но был при этом обеспокоен. – Я после битвы почти без сил. Если она нападет, могу не успеть. Ведьма, стой на месте!
Шаг. Еще один.
Волосы Риски побелели, от рыжины не осталось и следа. Она из последних сил била кулаком по магическому барьеру, который слегка искрился под ее ударами. И давал трещины – еле заметные, опасные.
– Не подходи… Не подходи ко мне! – голос девушки почти полностью пропал. Ей было так холодно, что стоять на месте она уже не могла.
Я сделала еще один шаг и ощутила сильную руку на плече. Маг хотел оттащить меня в сторону, но у него ничего не вышло. Не знаю, как и почему, но его осторожно, плавно, аккуратно отодвинуло от меня.
Гнев, что отразился в глазах Кочевника, не передать словами.
– Твои глаза… Белые глаза! – с ужасом шептала волчица, оседая на землю, – Я ранила тебя!
Нет, не ранила. Ты ни разу не причинила мне вреда, всегда стояла на страже, поддерживала во всем и стала опорой в этом чужом для меня мире. Я стала доверять тебе, Риска. Как жаль, что я не могу этого сказать.
Тело подруги деревенело. Тонкие волоски на руках превращались в хрупкие льдинки, глаза становились мутными, но меня это не останавливало.
За спиной звучали вспышки пульсаров, но ни один из них так и не долетел до меня. Мужчины что-то кричали, но я продолжала идти вперед, сама не понимая, зачем это делаю.
Кажется, я слышала голос Дилана.
Риска пыталась отползти в сторону, пыталась что-то сказать магу, молила… О чем? О смерти?
Земля под ногами окончательно превратилась в лед. Я ощущала его как тогда, возле Лирдера. Как в тот миг, когда появилось волшебное существо, управляющее бурей.
Лед сковывал ее тело, медленно проникая под кожу. Я смотрела на то, как Риска постепенно превращалась в нечто странное, теряя себя.
«Спаси… Спаси его…»
Голос в голове возник внезапно, причиняя ужасную боль. Дыхание сбилось, все тело резко дрогнуло, но ощущение чужого присутствия не исчезло.
 
«Спаси его…»
Я не видела никого за барьером, но ощущала, что там, в темноте, кто-то наблюдает за нами. Но кто? Ковен?
Мелькание вдалеке. Отблеск металла в свете луны. Зеленый импульс…
Кочевник снова и снова пытался добраться до меня, но что-то его не пускало. Это все ледяная чума или я?
– Не трогай ее! Не трогай ее! – голос Дилана был больше похож на рык обезумевшего зверя, переполненного страхом.
Я же медленно приближалась к девушке, не представляя, что я сделаю в следующую минуту.
Что-то тянуло за собой! Холод уже не казался таким страшным, он ощущался совсем иначе, не причинял боли, лишь тихонько покалывал кожу там, где ее не закрывала одежда.
– Стреляй! – команду отдал Керен, и тут же возле моих ног охотничья стрела вспорола промерзшую землю. – Целься в сердце!
Я слышала звук рассекающей воздух стрелы, но с легкостью увернулась, будто делала это уже много раз.
Теперь их не Риска пугала…
Я замерла возле волчицы. Встала на колени и прикоснулась к ноге. Странно. Кожа была теплой. Словно не Риска замерзла, а я сама. Говорить девушка уже не могла, ей только и оставалось, что с ужасом смотреть на то, что я делаю. Лед вокруг нас становился более крепким, корка под ногами росла и заставляла всех отступать. И мага в том числе.
Все боялись льда, я же больше не ощущала холода. Стоило прикоснуться к подруге, как дрожь в теле исчезла, словно ее и не было вовсе.
Холод… Разве это холод? В Питере и похуже бывало!
Аккуратно достав клинок, я распорола брюки по шву, оголяя ногу, на которую недавно прихрамывала Риска. Рана. Тонкая полоска, еле заметная, будто царапина, но было в ней что-то не то.
Я прощупывала подушечками пальцев что-то плотное, продолговатое и очень тонкое.
Каждое мое движение вызывало у Риски дикую боль, но я не останавливалась, просто делала свою работу. В операционной в моем мире иначе было нельзя. Все эмоции оставались за дверью вместе с нестерильной одеждой.
Я медленно и осторожно прощупала рану и слегка надавила, направляя нечто твердое в сторону тонкой линии разреза. Вновь и вновь Риска беззвучно кричала – холод сдавил горло так сильно, что не вырывалось ни звука. Да и вряд ли сможет вырваться в ближайшее время.
Рана успела немного затянуться, но послушно раскрылась, стоило надавить еще сильнее.
Крови не было. Она практически не выделялась из открытой раны, оказавшейся невероятно глубокой. Я видела внутри подобие кристалла, но достать смогла не сразу.
Будет больно, Риска. Очень больно…
Сжав ногу волчицы, я боялась лишь того, что она будет сопротивляться.
Не понимаю… Я нахожусь в такой близи от зараженной, но боюсь не болезни, а того, что не смогу достать чертов осколок.
В следующий миг мои пальцы вошли в рану, нащупали осколок, вытащили его.
Мир замер.
Волна энергии невероятной силы отбросила всех от волчицы в считаные мгновения.
Я видела, как колдун успел выставить перед собой руки в оборонительном жесте, как смог перенаправить магию, как отлетели Керен с Дьеном, разрушая стену деревянного дома, а затем все исчезло.
Удар пришелся в голову.
«Вставай, ведьма…»
Кто-то звал меня. Тихонько, почти беззвучно.
«Вставай! Ты должна спасти его, он важен!»
Кого… Кого спасти?
– Ты должен сказать об этом! – Керен орал так громко, что я очнулась. Просто открыла глаза, как будто вовсе не теряла сознания. Голова болела адски, раскалывалась с такой силой, будто меня по ней молотком били, – ты обязан вызвать Ковен! Дилан! Они обе должны быть мертвы!
– Но они живы! – Дилан рычал на наемника, судя по звукам борьбы, схватил за воротник. – Они не просто живы, они смогли победить! Если ты вызовешь его отряд, он убьет их! Он убьет нас всех и тебя в том числе! Ковен не станет разбираться, он сотрет деревню с лица земли и только тогда успокоится!