Убийство на шабаше (СИ)

В колдовском круге перед Беатой и Валери висела очередная безжизненная марионетка.
Последний штрих, символ, слово — и вырванная из ада душа заняла свое новое тело.
Адалинда сделала первый вдох и открыла глаза.
— Чего она бледная такая? Как призрак, — шепнула Валери и была права.
Беата последний раз видела Адалинду, когда той было семнадцать, но уже тогда она была яркой красавицей с медово-золотыми волосами, бирюзовыми глазами и розоватой кожей. Свою внешность Адалинда доводила эликсирами и притираниями до почти кукольного вида и никогда не забывала о макияже. Однако она всегда была живой и очаровательной куколкой, с приятными округлостями и блеском в глазах. Сейчас же словно выцвела: длинные волосы посветлели до почти седых, кожа была белой и полупрозрачной, а глаза — светло-серыми. Она весила заметно меньше, чем раньше, застыв на грани между изяществом и истощением.
Беата прислушалась к себе: сохранилась ли обида на подругу-предательницу? В чем-то Джеральд был прав: Адалинда отвернулась от нее и принялась вредить совершенно неожиданно для Беаты. Как можно было променять семилетнюю дружбу на парня? Но ни обиды, ни досады Беата больше не чувствовала. Она простила Адалинду. Та заслуживала права на новую жизнь, как и все подруги Беаты, погибшие от рук демона.
— Валери… Беата… понятно. Теперь меня будут терзать тем, что я совершила, — бескровные губы Адалинды задрожали, — простите меня обе. Я всего лишь хотела быть счастливой, но сделала это за чужой счет. Вы вправе меня ненавидеть. Я — ужасный человек. Пожалуйста, простите меня!
— Эй, подруга, ты чего? — улыбнулась Валери. — За что извиняешься? Ты мне ничего не сделала.
— Я злословила за твоей спиной. Ты верила, что мы подруги, дарила такие дорогие подарки, а я смеялась над дурными историями, в которые ты влипала, — Адалинда опустила голову, завесившись волосами. В таком виде она ужасно напоминала банши. — А еще я постоянно теряла и ломала их. Хоть и пыталась беречь, но была неаккуратна с ними и толком не успела ими воспользоваться.
Валери вдруг покраснела.
— Да ладно, фигня какая! Подарки… ты бедная была, вот я и… ты же мне тоже дарила, когда бедной была я.
Беата прикрыла глаза.
Адалинда была нищей по вине Валери. Та украла у нее богатую, благополучную жизнь, в обмен на возможность воровать и не попадаться. В школьные годы Беата постоянно угощала Адалинду и покупала ей школьные принадлежности за свой счет. Одалживала платья и косметику. Но стоило той получить хоть что-то сверх необходимого, как это ломалось или пропадало. Она любила ныть и жаловаться на эту тему, но, кажется, не особенно переживала.
Настоящее счастье и горе Адалинде приносила только любовь.
— Беата, — та шептала тихо-тихо, — это я виновата, что ты не нашла свою вторую половину. Я украла ее у тебя. Такому нет прощения, но все же, прости меня.
— Уже простила. Добро пожаловать домой, Ада. У тебя появился шанс все изменить.
— Но я умерла. Заболела, скончалась и буду мучиться вечно. Здесь ничего не исправишь.
— Эй, подруга, не парься. Мы тебя воскресили, — влезла Валери — ты теперь будешь с нами, а не с демонами.
На лице Адалинды мелькнул ужас, и Беата подавила болезненное любопытство. Кусочек ледяного ада Валери она видела. В какой же поместили Адалинду? И как он повлиял на нее? Валери орала и рвалась наружу через зеркало, Адалинда же почти не шевелилась, потеряв интерес ко всему происходящему.
— Но ты мертва, значит, я точно в аду. Это и есть моя пытка? Надежда на спасение? — тоскливо вздохнула она. — Здесь пахнет цветами, хотя вокруг зима. Мне напоминают, какой была настоящая жизнь до моей смерти?
В воздухе и правда запахло вереском. На лице Калунны появилась жалость. Ее аура была слабой и едва уловимой, будто она боялась повредить Адалинде своей обычной эйфорией.
— Нет. Тебя вернула к жизни Калунна, вересковая богиня, — сказала Беата, наслаждаясь отголосками ее силы, — она правит Хисширом и здешними землями.
— Я никогда о такой не слышала.
— Значит, самое время познакомиться. Здравствуй, дитя, — ласково произнесла Калунна.
 
Адалинда обернулась к ней и замерла, широко распахнув глаза.
— Я тебя видела на вересковых пустошах, когда была ребенком.
— И я тебя видела. Но ты испугалась и убежала.
— Я подумала, ты — дух, что похищает непослушных детей. Мне запрещали ходить туда одной, — Адалинда удивленно заморгала, — так я действительно жива? Но как это возможно? Почему меня воскресили? Я ведь грешница и не заслужила второго шанса.
Валери и Беата одновременно фыркнули.
— Она монашкой, что ли, переродилась?
— Надеюсь, нет. Только этого нам не хватало.
— Потому что ты нужна мне, — ответила Калунна, не обращая на них внимания, — я люблю тебя, мой маленький светлячок. Ты оказалась слишком слаба для той жизни, но твоя настоящая судьба — исцелять людей и дарить им радость избавления от боли. В этот раз ты не упустишь ее.
— Я буду жить? Я смогу вернуться к Питеру и моим дочкам! — Адалинда просияла. — Спасибо, спасибо, спасибо!
Калунна резко помрачнела и бросила пристальный взгляд на Беату. Ясно, разбираться с этим предстояло ей.
— Не сможешь. Отныне ты будешь жить в Хисшире и служить Калунне.
— Но у меня муж и маленькие дети, Беата! Они не смогут без меня!
— Уже смогли. Коре и Лиле за двадцать. Питер вырастил их сам. В тебе они больше не нуждаются.
Адалинда оцепенела.
— Я им больше не нужна?
— Нет.
— Тогда зачем мне возвращаться? Зачем жить? Для чего вы меня воскресили, если я не нужна любимым людям?! — закричала Адалинда и закрыла лицо руками. Заскулила и принялась раскачиваться из стороны в сторону.
Лицо Калунны потемнело от гнева. Она яростно взмахнула львиным хвостом. Ей определенно не понравилось, что все ее труды посчитали бесполезными.
— Ада, ты спятила? — изумленно спросила Валери. — Ты живая и ты этим недовольна?
— Зачем жить, если никому не нужна?
— Эй, ты нам нужна! Мы же тебя вытащили с того света!
— Это не то, — всхлипнула Адалинда, — вы меня никогда не любили, а только терпели! Мне нужна любовь Питера и моих дочек! Для них я — целый мир, а для вас — всего лишь подружка, о которой можно забыть в любой момент!
Беата раздраженно вздохнула. Ситуация начала проясняться.
Адалинда просто устроила очередную истерику, чтобы получить желаемое. Сейчас порыдает, заломит руки, и, как обычно, кто-нибудь сделает ей хорошо. Она ничуть не изменилась.
Но начать новую жизнь с капризов и истерики?! В этом была вся она.
— Жизнь всегда дарится насильно, Ада, но ты достаточно взрослая, чтобы отказаться от этого дара, — холодно сказала Беата, — если не желаешь жить, то это легко исправить: сейчас тебя убьют, твои годы жизни разделят между мной и Валери, а ты отправишься обратно в ад, раз тебе там так понравилось. Даже не придется самой резать вены.
Адалинда резко замолчала и дико уставилась на нее.
— А что, так можно? Забрать у нее годы жизни, чтобы увеличить свою? — поразилась Валери. — Это же темная магия, нет?
— Нет. Калунна подарила мне ее годы жизни, и я могу делать с ними, что захочу. Если Аде они не нужны, то мы распорядимся ими толковее, чем она. По тридцать лет на каждую выйдет.
— Прикольно! — обрадовалась Валери. — А так можно продлять жизнь до бесконечности? Я не хочу обратно в ад, мне нужно жить!
Калунна расслабилась и усмехнулась:
— Все верно. Ваши непрожитые жизни я подарила Беате, а она настояла на воскрешении. Она может забрать их себе или подарить кому угодно. Сейчас призову Джеральда, и он уничтожит это тело.
— Ада, спасибо! — широко улыбнулась Валери. — В смысле, мне очень жаль, что ты не хочешь жить, но у нас тут такие планы на будущее…
— Стойте, я передумала! — завизжала Адалинда. — Я не хочу умирать! Я хочу жить!
— Даже без Питера и дочерей? Здесь, в Хисшире? — уточнила Беата.
— Да! Беата, ты чего? Я же извинилась, а ты решила меня убить?! — в испуганных глазах Адалинды вспыхнули лиловые огоньки. — Я — прекрасная целительница, и мои зелья лучшие! Они тебе точно пригодятся! Не надо меня убивать!