Убийство на шабаше (СИ)

— Они приехали на праздник Калунны вдвоем, но случайно разделились в толпе. Этот тип вначале искал друга, а потом заслушался песнями Адалинды, стоя у вереска, и его заморочило. Он забыл обо всем и до утра наслаждался жизнью, после чего лег спать. Теперь вот очухался и ищет напарника. Нашего покойника звали Роджер Бриггс, и, если я правильно понял, он тоже был полицейским.
Беата нервно бродила по комнате с Мглой на руках, и мысли в голову ей лезли самые черные.
— А что он тогда делал в доме Вэл, Ады и Голди?
— Два варианта: либо они все-таки привели его сами, околдовали и убили, либо он кого-то из них узнал и захотел выяснить побольше в их отсутствие. Но они застали его и убили.
Беата сдавленно чертыхнулась.
— Почему у тебя такие однобокие выводы? Может, его убил кто-то другой!
— В их доме? Ключи от него есть только у них и у нас.
— Он мог влезть в окно, — огрызнулась Беата, — может, он вообще умер сам?
— Придя в чужой дом ночью? Сомневаюсь, — Джеральд задумался, — а его не могли убить фамильяры? Что сделает Пламя, если в наш дом кто-то влезет? Демона она рвала будь здоров как. Человек бы такого не вынес.
Пламя прыгнула ему на плечи и согласно мявкнула. Демонстративно выпустила когти. Но стоило Джеральду почесать ее за ухом, замурчала, как трактор.
Беата взглянула на Мглу. Провела ладонью по черной шерсти, вытягивая магию.
— Могли, если бы им приказали это. Но тогда на покойнике остались бы следы от когтей. Кстати, я наконец поняла, почему Пламя к тебе ластится: ты был рядом в первые минуты ее жизни. Вы вместе дрались с демоном. Она запечатлелась на двух хозяев. При призыве фамильяра требуется уединение. Теперь понятно почему.
— Я предпочитаю думать, что просто нравлюсь рыжим красавицам, — Джеральд улыбнулся ей, но тут же помрачнел. — Что будем делать?
— Ничего, — хмуро ответила Беата, — поищет и уедет. Пока тело не найдено, никакого убийства не было. Мы понятия не имеем, кто это такой. На празднике была толпа приезжих, всех не упомнишь.
— Я буду держать руку на пульсе. И «помогать» ему.
— Не вздумай! Так ты покажешь свой интерес к делу и станешь главным подозреваемым. Сидим тихо и ждем, когда он уедет. Этого покойника не будут искать вечно.
Через неделю приезжий полицейский поставил на уши всю деревню. Он засунул свой нос везде, где только мог. Опросил людей в каждом доме. Голди мастерски выдержала допрос, и в ее доме тот не задержался. Зато к Беате зачастил. Вначале расспрашивал о пропавшем, затем настырно узнавал о культе Калунны и каждый вечер бегал звонить на станцию. Беата прокляла все и уже всерьез подумывала подкинуть ему тело к порогу, лишь бы убрался из Хисшира. Полицейский же снял пустующий дом на окраине и явно не собирался никуда уезжать.
И тут возникла очередная проблема.
— Сегодня воскресенье, а этот тип не хочет оставлять подношение Калунне, — сообщил Джеральд, — хоть я предупреждал его об этом несколько раз. Значит, после часа ночи к нему придет призрачный пес. Не запирай дверь, ладно?
— Ты что, серьезно? Он ведь приезжий, плюнь на него!
— Не могу. Это мой долг. Калунна не прощает неуважения никому, даже для тебя не делала исключений. Он знает правила, но пренебрегает ими, оскорбляя вересковую богиню.
Беата вспомнила нападение пса и содрогнулась. Ситуация и без того была неприятной, а грозила превратиться в катастрофическую. А ну как чертов полицейский решит, что пропавшего напарника сожрал именно призрачный пес? Проклятье, на кой черт эти двое сюда приехали?!
Но тут ей в голову пришла идея.
— До ночи еще далеко. Он может одуматься. Обязательно проверь чашу для подношений, прежде чем нападать. Иначе выйдет неловко.
— Проверю, но сомневаюсь, что в этом есть смысл.
— Я пойду к девочкам, — коротко бросила Беата.
В доме была только Валери: Адалинда торговала в лавке зелий, а Голди ушла за покупками. Беата собрала несколько цветков, горсть орехов и ягод. Завязала все в красивый носовой платок. Этого должно было хватить.
— Что ты делаешь? — с интересом спросила Валери.
 
— Собираюсь прикрыть полицейского от гнева Калунны, — коротко сообщила та, — без подношений она нашлет на него призрачного пса.
— Сегодня ночью? — глаза Валери загорелись. — Он придет, да?
— Нет, если я успею оставить подношение вместо него. Джеральду не говори! Я буду колдовать здесь, чтобы он не узнал.
— А почему не говорить?
— Потому что я тебя об этом прошу, — ответила Беата и взялась накладывать чары невидимости.
Затем незаметно проникла в чужой сад и оставила подношение в плошке. Вот так. Полицейский не должен узнать о призрачном псе. Хватит им проблем.
Беата поежилась. Она надеялась, что Калунна не сочтет это богохульством.
Ночью она не стала ложиться спать, дожидаясь скорого возвращения Джеральда, но тот почему-то задерживался. Наконец огромный ирландский волкодав проскользнул в приоткрытую дверь и обернулся ее мужем.
— Ты почему не спишь? — удивился он.
— Не хочу. Все в порядке? Полицейский одумался?
— Нет, какое там, — Джеральд раздраженно махнул рукой и запер входную дверь, — ты разве не слышала выстрелов?
Беата вздрогнула.
— Нет. Кто стрелял?
— Полицейский. Когда я начал выть и бросаться на дом, у него сдали нервы и он выскочил в сад с пистолетом. Ни разу не попал, но мне пришлось его атаковать. Я укусил его за руку и немного потрепал. И, похоже, сильно напугал.
Беата застонала.
— Джеральд, я же просила тебя проверить чашу, прежде чем нападать!
— Я проверил. Там ничего не было. Я же говорил, это бесполезно: глупец не пожелал подчиняться воле вересковой богини и поплатился за это. Думаю, завтра он убежит из деревни, сверкая пятками.
— Стой, как это не было? Почему?
— Потому что большинство приезжих ничего там не оставляют, — зевнул Джеральд, раздеваясь, — ты же сама дождалась наказания и только тогда поверила в Калунну. Кстати, зачем ты прислала Пламя? Мне не требовалась помощь.
Беата нахмурилась.
— Пламя никуда не ходила. Вон она, спит.
Джеральд бросил удивленный взгляд на рыжую кошку.
— Значит, это была Пуховка? Нет, она намного пушистее. Пока я трепал этого дурака, на заборе сидела кошка. Не черная, посветлее. Я думал это Пламя. Она проводила меня до дома, держась на расстоянии. Я не уловил ее запах и не могу сказать точно, кто это был.
Беата нервно размышляла, пытаясь понять, что произошло. Куда делось ее подношение? Чей фамильяр следил за Джеральдом? Обычная кошка унесла бы оттуда ноги, а не наблюдала за дракой. Это точно не были ее питомцы, тогда чьи?
Шанс была черной. Значит, Голди отпадает.
Фурия в ночные часы сладко сопела на подушке Адалинды. А той и в голову не пришло бы смотреть на драку, если бы дрались не из-за нее.
Дымка? Она была рыжей и очень любопытной кошкой.
Валери интересовалась призрачным псом и знала о подношении.
Беата едва не зарычала и подорвалась с места.
— Ты куда? — изумился Джеральд.
— Надо поговорить с Валери.
— Ночью? Она спит, небось.
— Ничего, проснется!
— Что она натворила? Погоди, я оденусь, пойдем вместе.
Беата остановилась. Она не хотела говорить Джеральду о своем неудачном жульничестве.
— Неважно. Утром поговорю с ней. Ложись спать.
Джеральд бросил на нее внимательный взгляд.
— Ты нашла доказательства вины Валери? Это она — убийца?
— Нет. Не забивай себе голову.
— С каких пор ты от меня что-то скрываешь? Я думал, мы — семья, а в семье так не поступают. Что сделала Валери? Беата, я ведь все равно узнаю. Зачем усложнять?
Она тоскливо вздохнула. Вот же упрямый! Вцепился и ничем его не отцепишь! Поколебавшись, она решила открыть ему часть правды:
— Кошкой на заборе, скорее всего, была Дымка. Валери интересовалась призрачным псом и проследила за тобой, вселившись в своего фамильяра. И раз она проводила тебя до дома, то теперь знает, кто ты.