Фея из Преисподней (СИ)

– Это ты только что придумала?
– Напомню, что мы хотели обсудить покушение на Сисиль.
– Её никто не сможет убить. Уже пытались похоронить и промахнулись.
– Как это? Гроб не донесли?
– Эльфия, а ты не знаешь? Она восстала и пошла пить на собственные поминки.
– Браво, Госпожа!
– Сисиль, ты любой праздник испортишь.
– По-твоему, поминки – это праздник?
– Поминки, поминки, такие вечеринки…
– Кстати, Госпожа, многим понравились консервированные оливки. Предлагаю выделить для их производства отдельное здание.
– Я беременна, – вдруг произнесла Ольха, что всё это время тихо сидела на краешке моей кровати. Все взгляды, безусловно, были обращены к ней. Где-то сзади, снеся шахматный стол, упал со стула Кирка.
Теперь, когда производство приносило нам постоянную прибыль, когда рабочих рук становилось всё больше, а Император задержался в замке на третью неделю, мы могли уделить больше внимания внутренним проблемам. В Мордоре по-прежнему не было базовых зданий из-за того, что все крупные новые постройки были отведены для масла, семечек и оливок, а старые забросили до того давно, что внутри хозяевами были пыль и мыши. Но мне действительно повезло с населением (не зря я сидела дни и ночи, разбирая биографии) – многие из них выказали инициативу довольно быстро. С моего согласия люди принялись чистить здания, проводить ремонты, покупать необходимые оборудования, благодаря чему уже в скором времени у нас появилась школа.
В ней действовало только три класса, каждый из которых занимал учитель. Чтобы показать важность образования и привлечь детей к обучению, я приходила в школу, чтобы вести биологию. Не хотелось бы хвастаться, но на моих занятиях была стопроцентная посещаемость. Хотя, возможно, мне следовало бы меньше рассказывать о цветах, которыми травили всех исторических личностей, и о половом воспитании…
Молодая хозяйка ателье «Зачатки Адидаса» оказалась безмерно талантлива и трудолюбива, благодаря чему у меня появились платья иных цветов (к сожалению, они по-прежнему были пышными), однако, мы поняли, что какой-никакой рынок нам ныне необходим. Благодаря Эльфии мы создали два портала: один из них вел в пятый регион, но работал исключительно в одном направлении – мы и сами жили у берега, поэтому в рыбе не нуждались. Второй сообщал нас с первым сектором, откуда торговцы привозили хлеб и недостающие нам овощи, фрукты, а также алкоголь. Последний заботливо хранила в складах я, так как стоил он дорого и покупали его очень маленькими партиями. Близость восьмого региона (там мы покупали ткани) позволила исключить необходимость телепорта, и теперь мы настраивали связь с третьей Императрицей, чтобы начать торговлю крупным рогатым скотом и мясом соответственно.
Признаться честно, все вдруг пошло, как по маслу, если не учитывать отстраненность Сильвии (напомню, она сидела в шестом регионе) и злобу Аритьки – если бы не приказ Императора, она бы ни за что не подписала договор. Мордор отпраздновал юбилей в виде тысячного населения, открыл школу, первый небольшой рынок и даже начал постройку храма, который поддерживали немногие. Мне предстояло убедить людей, что Богиня Смерти милосердна к своим подчиненным, а также найти священников, что после меня взяли бы на себя просветительную работу.
– Почему именно эта Богиня? – спросил вдруг Рагнарек, хотя не ему с его красноречивым именем было сомневаться в моем выборе.
– Я так чувствую.
– Нелогичный ответ.
– Скажем так, меня с ней, как мне кажется, многое связывает.
– Ты решила это потому, что пережила клиническую смерть? – наг отложил в сторону книгу, что значило лишь одно – сегодня он настроен на беседы.
– Наверное.
– И что же ты скажешь народу? Он боится Богиню. Ему приходится сталкиваться с ней только тогда, когда кто-то умирает. А ты полагаешь, что вот так просто изменишь мышление массы.
– Стоит убедить хотя бы десятерых, а они уж посеют в толпе сомнение. Люди любят находить единомышленников – так им спокойнее, и они чувствуют себя уверенно – но что, если они столкнуться с мнением конфронтационным? – я разлила чай в две чашки, одну из которых протянула Императору. – Возможно, первое время они будут настаивать на своем, но после в их душе появятся сомнения. Они начнут думать: а что, если так? Вдруг, они правы? А если предположить их теорию верной? Мои речи могут показаться тебе самоуверенными, но поверь, все мои идеи, что казались людям странными и глупыми, ныне обрели успех. И подсолнух теперь не просто цветок, а ценный клад.
 
– Я вижу, ты много размышляла об этом…Похвально. Однако подсолнух – это не проповедь того, что смерть не страшна.
– Я хочу донести им свое мировоззрение.
– В чем же оно состоит? – мне показалось, что Рагнарек улыбнулся. Но я так устала, что это показалось мне галлюцинацией.
– Смерть так же очевидна, как жизнь. Зачем бояться того, что неизбежно? Нужно принять это и научиться жить одним днем. К тому же, мы совсем не знаем, что ждет нас после смерти. Это новый этап для нас. Новая ступень. Но никак не обрыв.
– Удивительно, – наг взмахнул руками, и кончик его хвоста заходил из стороны в сторону, – я впервые слышу что-то подобное! Если у тебя получится, жители Мордора станут, возможно, самым счастливым населением. Я отправлюсь в Главный Храм и подыщу тех, кто подойдет тебе.
– О…Спасибо.
– Не люблю повторять за другими, но ты сильно изменилась, Сисиль. Твои идеи безумны, но их хочется поддержать.
– Приму это, как комплимент, – улыбнулась я в ответ, и мне действительно было приятно. Наверное, впервые мы говорили так открыто и неофициально.
– Ты…ничего больше не вспомнила? – спросил он осторожно, и, когда я отрицательно покачала головой, отвел взгляд. Он так сильно сжал подлокотники, что костяшки его пальцев сильно побелели.
– Было что-то, что я должна знать?..
– Нет. Пока ничего. Просто знай, что ты всегда можешь рассчитывать на мою помощь.
С этими словами он вновь взял в руки книгу – это означало окончание разговора. Император запер свои эмоции за вдумчивым выражением, оставив меня наедине с множеством вопросов. Если он так расположен ко мне, почему позволил в прошлом Сисиль потерять статус и владения? С другой стороны, он вообще должен был лично лишить её жизни за свершенное, но так и не сделал. Почему? Почему Гертруда вдруг взяла на себя обязанность выполнить за меня всю норму, пускай она и забрала моих поданных? Думаю, ей было бы гораздо выгоднее взять и часть моих земель – это было бы логично.
Лайм и Харон ценят Императора. Говорят, несмотря на характер, он справедлив и силен. Но они утверждают (и я сама в этом убедилась), что на плечах Рагнарека лежат сотни дел, требующих его личного участия, и он не может следить за своими женами и их делами. Это кажется мне удовлетворительным – ведь я сама не могу за всем уследить. Могу ли я подвести итог? Меня недолюбливают почти все Императрицы, в прошлом Сисиль пытались как можно скорее свести со счета, меня постоянно пытались выставить в плохом свете (что они делают до сих пор), и на фоне всего этого вдруг оказывается, что Рагнарек всегда был ко мне расположен.
Я исподлобья взглянула на Императора. Может ли быть так, что между Сисиль и этим обгоревшим ходоком было нечто большее? Почему я не вспомнила этого? Если подумать, то ревность – страшная вещь, и Императрицы могли пасть под этим чувством.
– Рагнарек, – позвала я нага по имени, и тот вздрогнул, устремляя на меня удивленные глаза, – почему у тебя до сих пор нет наследников?
– А ты любишь бить в лоб, как я погляжу, – рассеянно ответил тот.
– Ты не ответил на вопрос.
– И не собираюсь. У меня много работы.
– Рагнарек, стой! – я вскочила с кресла, почувствовав, как все органы сжались в комок. Меня трясло изнутри, но я совершенно не понимала, в чем причина. Быть может, я не могу вспомнить потому, что сама Сисиль не желает этого вспоминать? – Скажи мне, почему у тебя нет наследников?