Буря в бункере (СИ)
Лысый уже развернулся, чтобы уйти, но я остановил его:
— Слушай, а ты чем при Князе занимался? Ну, кроме вылазок.
— Да разные поручения выполнял и за порядком следил.
— Прямо полицейский, — усмехнулась Лавина.
— Отлично, будешь делать то же самое, только теперь эта должность называется: помощник главы города и его зама.
— Солидненько, — оценил Лысый.
— Ага. До утра нас не тревожь.
— Как скажешь, босс, — усмехнулся Лысый и вышел, закрыв за собою дверь.
Благо Лавина не стала снова расспрашивать о моём решении, оставляя столь нелёгкий выбор на мои извечные думы. Вот и хорошо. Потому что я уже давно для себя всё решил.
Лысый вернулся утром, когда мы сидели внизу и завтракали. Тётя Клава приготовила омлет из остатков свежих яиц и молока. Дальше придётся довольствоваться заготовками, но я был уверен, что Тётя Клава и из них приготовит шедевр.
Лысый подошёл с планшетом и протянул его мне.
— Бумаги не нашёл, поэтому занял Эльфа, — ответил он на мой немой вопрос. — Классная штука, кстати. Можно я себе такой же возьму у Хранителя? А то без твоего разрешения он ничего не выдаёт.
— Хах, хорошо, — ответил я. — Передам распоряжение. Вообще, надо всё раздать, пусть народ образовывается.
— На всех не хватит, — подметила Лавина.
— А всем и не надо. Надо только тем, кто с мозгами, — высказался я и уставился в монитор.
На сенсорном экране было написано два десятка имён.
— Я, как понимаю это те, кто фуру разгружал? — спросил я у Лысого.
— Ага. Твой Пётр Степанович сказал, что ни с кем они костюмами не делились. Да и из-за купола их никто не мог украсть. А сами бункерские побаиваются пока к нам выходить. Я с их дозорными побазарил: территорию купола никто не покидал, ну кроме того же Петра Степановича, так он с тобой был.
— Ясно. Это либо кто-то из наших, либо бункерские нам врут, — сделала свой вывод Лавина.
— Не врут, — отрезал я. — Знают, что один прокол, и им не жить. Пётр Степанович ясно донёс до них, пока мы к Князево шли.
— Ты ж рядом со мной шёл, я вот ничего не слышала, — возмутилась Лавина.
— Эльф слышал. А ему я доверяю, как себе. Так что, есть идеи как поджигателя будем вычислять?
— Под пытками? — предположил Лысый.
После этой фразы подбежала Тётя Клава и замахнулась сковородкой над головой Лысого.
— Окстись! Пыталка ещё не доросла!
Я прикрыл рот рукой, чтобы не бесить Тётю Клавой своей улыбкой, да я еле сдерживал смех.
— Как насчёт допроса? — Лавина в предвкушении потёрла ладони. — Я буду злым копом, а ты хорошим.
— Нет уж. Сама этим займись. Вон, Лысого можешь припахать, — кивнул я в сторону мужчины. — А у меня других забот хватает.
— Это каких?
— Завтра утром планирую в Зержинск выехать. А может, и сегодня ночью. В общем, дел по горло, — ответил я и встал из-за стола.
Нашёл Факела в автомастерской. Друг осваивался и с новой должностью и проводил учёт всего содержимого. А добра здесь было мама не горюй.
— Здорова! — я подошёл и пожал ему руку.
— И тебе не хворать, — улыбнулся Факел. — По делу пришёл?
— А как же. Готовь машину к поездке в Зержинск. А увидишь Синего, передай, чтоб грузили всё, что можем обменять. Только не в ущерб городу. И пару ящиков тушёнки с макаронами распорядись загрузить.
— Не много вам на четыре дня-то? — усмехнулся Факел.
— Это для дела. Также ещё одну машину готовь для похода в Кировскую область. Как приедем обратно из Зержинска, она уже должна быть готова. Фура не нужна, давай лучше пару внедорожников.
— УАЗы тогда. По любой дороге пройдут.
— Добро. Сразу загрузи туда продовольствия на неделю и запас оружия, на всякий.
— Слушай, может, кого-то из бункерских взять хотите? Они в бункере Кировской будут, как рыба в масле.
— Хм, — я задумался, мысль была дельная. — Можно. Но согласятся ли? Пойду разузнаю.
Закончив высказывать пожелания по поводу двух ближайших рейдов, я направился к своему куполу.
Бункерских тоже необходимо было подготовить на время моего отсутствия. Как минимум — убрать радиацию из еды и воды.
Я окружил себя защитой и вошёл в купол. Этот слой был нужен не для меня, а чтобы исходящее от меня излучение не трогало людей. Ведь во мне собрано столько частиц, что не на одну атомную бомбу хватит.
Я зашёл в полуразрушенный дом, куда мне указал охранник и там же нашёл главного среди бункерских.
— Доброе утро, Пётр Степанович! Обживаетесь?
— Доброе, Мор! Да, потихоньку.
Мы где-то час обсуждали насущные темы, и только потом я задал самый важный вопрос:
— Пётр Степанович, слушайте, а может, пару ваших захотят составить нам компанию в рейде на бункер?
Старик аж поперхнулся. Откашлялся, и только потом ответил:
— Это зачем? Да и почему рейд? Вы собрались и этот бункер уничтожить?
— Нет. Зачем нам его уничтожать? — усмехнулся я. — Мы любую вылазку из городом рейдом зовём, ведь кто знает, что или кто встретится на пути. Да и твои ребята могут нам помочь, если в бункере что-то случится. Конкретно я рассчитываю, что они помогут нам выбраться оттуда.
— Хм-м, — задумался Пётр Степанович. — Тогда вам нужны инженеры. Один хороший инженер.
— Всего один? — разочарованно спросил я, поскольку рассчитывал хотя бы на твоих.
— Да, главный инженер всего один на бункер. А его ученики только метаться под ногами будут.
— А он согласится? Да и хотелось бы ещё кого-то ради страховки.
— Какой страховки? — удивился Пётр Степанович.
— Ну, — я замешкался, не говорить же, что если одного убьют, то останется второй. — Не может же один человек знать всё, — выкрутился я.
— Может, — уверенно ответил старик.
— Ладно, — смирился я. — Зовите этого волшебного инженера.
Пётр Степанович замешкался, тяжело выдохнул и ответил:
— Он перед вами, Мор. Коли уж приходится быть откровенным.
— А почему сразу не сказали? — насупился я, поскольку ненавидел, когда мне врут. — Зачем было искажать информацию?
Я хотел ещё спросить: «И как после этого я должен вам доверять?», но решил сначала послушать Петра Степановича. А вдруг причина будет резонной.
Старик присел на деревянный табурет в углу комнаты, его колени захрустели.
— Понимаете, уже возраст, не могу долго стоять, — пробормотал он.
— Ничего, Пётр Степанович, продолжайте.
Я последовал примеру старика и тоже опустился на второй табурет.
— Ведущий инженер — это главная контролирующая должность в бункере. Я занимался их постройкой и защитой от внешних угроз. И если быть честным, то вообще случайно оказался во взорвавшемся бункере. Я приехал на неделю, чтобы проверить безопасность. И через три дня за мной должна была приехать машина. А теперь уже никто не приедет.
— Почему в бункере не было другого транспорта?
Этот факт сразу показался мне странным, но всерьёз я задумался только сейчас.
— Чтобы никто не сбежал, — ответил Пётр Степанович. — Вы же не думаете, что всем нравится всю жизнь прозябать в крошечном бункере без права уйти?
— Логично. А вы вообще выдержите такую долгую поездку? Сможете бежать, если придётся?
— Выдержу, коли надо. А больше никто не согласится ехать с вами. Понимаете, Мор, люди большей частью не очень умны. Заметьте, я не говорю, что они идиоты. Просто уж так нас воспитывали. В ненависти к любым мутантам.
— А вас разве воспитывали иначе? — усмехнулся я.
— Да. Я родился ещё до судного дня. И уже тогда занимался проектировкой и постройкой бункеров.
— Для правительства?
— Для всех, у кого были деньги. Даже частную компанию открыл. Сейчас это уже не важно. Понимаете, Мор, сперва я боялся рассказать вам правду, чтобы избежать пыток. Или того хуже: вдруг вы бы решили использовать меня, как козырь для обмена. Пожалуй, я здесь единственный кого бы приняли обратно. Но обратно я не хочу. Хочу дожить свои годы на поверхности. На воле.
— Понимаю ваши желания. Но не могу понять, с чего вы решили, что мы будем вас пытать?