Собственность бастарда, или Золотая Бабочка Анкрейм (СИ)
Марина Бреннер
Собственность бастарда, или Золотая Бабочка Анкрейм
Аннотация
- Теперь, когда мы одни, геррна Анкрейм. Я жду объяснений.
- А я вам их давать не намерена, корн - лорд, - плевок в ответ. Мятный, ледяной плевок - Мне отлично известно, КАК я выгляжу в ваших глазах. И... КЕМ. Ну так сделайте это! Откажитесь от вашей идеи. Откройте дверцу, выпроводите меня из экипажа!
Понятно, чего добивается... Идиотка. Самоуверенная, жестокая и наглая идиотка.
Невероятно жестокая, даже к своим. Совсем не думающая, кто и как может пострадать во имя исполнения её желаний.
Хищная бабочка. Яркая. Сияющая. Ядовитая.
И... невероятно, неожиданно притягательная. Просто ведь более чем!
В тексте: циничный герой, эксцентричная героиня, поведение персонажей на грани фола, неидеальные взаимоотношения
Жестокости между ггероями нет!
Пролог
В пустой конюшне поместья барона Айреса Анкрейма душно пахло увядающими травами, и крепко - лошадьми.
Крепко - потому что конюшня опустела совсем недавно, последнего иноходца по кличке Зверь вывели отсюда и продали с торгов всего неделю назад, аромат конского пота еще не успел окончательно выветриться.
Последнее время дела у доброго барона шли из рук вон плохо. После похорон жены мужчина, сперва как - то державший себя в руках, сорвался в один момент. Найдя утешение в обильной выпивке, обществе продажных женщин, лицемеров - подлиз, именующих себя "друзьями" и карточных играх, спустил на эти "радости" почти всё, что имел.
Спохватился он, да спохватился поздно.
Уже когда из поместья навострили лыжи первые слуги, не желающие работать за "большое спасибо", стоило задуматься. И когда прилетела первая долговая бумага, можно было что - то поправить...
За первыми увольняющимися последовали и вторые, более стойкие и питающие надежду на лучшее. И за первой долговой печатью прилетела вторая. И третья.
А потом разозленные кредиторы стали присылать своих поверенных с одним единственным требованием:
- Деньги назад! И проценты, геррн* барон. А иначе тюрьма. А может, даже и казнь. Там уже не мы, а Правитель и Палата будут решать, как поступить и с вами, и с остатками имения. И... с вашими двумя дочерьми.
Айрес, мучаясь дикой головной болью с жестокого похмелья, всё же нашел в себе силы соображать и даже возмутиться:
- Дочерьми?! А... Что?! Как вы сме...
- А так, - ответил невозмутимый, воняющий луком и табаком, поверенный - Вряд ли вы, геррн, долги покроете. Много на торгах выручить не придется. Продавая всё спешно, хороших барышей не наварить. Что - то покроете, что - то может, и спишут вам, а вот основное тело долга останется. Две дочери у вас. Бордели и трудовые дома... А вам - каторга, либо плаха. Не пойми ещё, что лучше, что хуже! Думайте, геррн Айрес. На всё, про всё у вас два месяца, с этого дня. Вот так.
Вот так. А может, и не так.
Может, и не теми словами было несчастному сказано и не в такой форме... Откуда мне - то знать? Меня там не было, а на сплетни обращать внимание ну такое себе удовольствие!
Да это уже и не важно. Важно то, что после отбытия противного поверенного, бедолага Айрес сунул голову в чан с ледяной водой, а вынув обратно, крепко задумался. Наконец - то, ага. Вовремя. Молодец, ничего не скажешь. Расторопен...
Выход был только один.
Выдать обоих дочерей замуж. Срочно. Это спасет и отца, и девушек от неприглядной участи.
Да вот только прав поверенный! Продавая всё спешно, хороших барышей не наварить.
Где найти дураков, желающих жениться на бесприданницах? Причем, желательно если и не богатых дураков, то уж состоятельных. Готовых покрыть долги несчастного семейства по доброй воле? Невыполнимо.
Но иногда происходит так, что жизнь, показав задницу, вдруг передумывает и встает вполоборота. И тогда случаются настоящие чудеса! Или "получудеса".
Так и произошло.
Спустя какое - то время, когда барон уже всю голову сломал, перебирая варианты в медленно отходящей от веселых возлияний голове, "получудо" постучало в облупившееся дерево входной двери кулаком прибывшего однажды гонца.
- Боги... - прошептал Айрес, узнав ЧТО ему предлагается и КЕМ - Боги... Есть ли милосердие в Аргароне или же совсем ничего не осталось?
Однако же, внимательно перечитав второпях скомканное письмо, сглотнул тягучий ком слюны и пригладил редкие волосы, зашевелившиеся было на плешивой голове от ужаса.
- Так тому и быть, - решил барон - В конце концов, не нам выбирать. И не при нынешних делах. Белла, милая моя доченька! Маленькая моя Бабочка!
...Беллиора Анкрейм, запрокинув голову, смотрела, как приходящее утро сочится неровными лучами сквозь прохудившуюся крышу конюшни.
Нервно выдохнув, девушка уперлась босыми ногами в скомканное сено и дернула завязки платья, обнажая груди.
- Брент, прошу тебя! - прошептала одними губами, едва сдерживая слезы - Мы знакомы с детства, ты всегда выручал меня. Выручи и сейчас. Сделай меня женщиной, сделай так, чтоб он отказался... Лучше позор и смерть, лучше лечь в могилу, чем в его постель. Брент! Заклинаю тебя Богами и всем Аргароном!
Стражник, не в силах противиться умоляющему тону и слезам любимой, торопливо покрывал поцелуями обнажающееся нежное, прохладное, обожаемое тело.
- Как он мог! - шептал парень, мотая взлохмаченной рыжей головой - Ваш отец, геррна... Как?! Отдать вас! И КОМУ?!
Белла сдавленно разрыдалась:
- Всё потому, что мне уже есть восемнадцать лет! Нанни шестнадцать, она слишком мала для замужества и той гадости, которую придумал этот урод... Мы все в долгах, Брент! Все сбежали, кроме тебя и пары слуг! Некому помочь мне. Папа, он... У меня остался только ты. Не бросай меня!
- Я вас обожаю, геррна Белла! - выдохнул стражник, неумело прикасаясь губами к маленьким, мягким, розовым соскам грудей баронессы - Не брошу! Я и остался здесь только ради вас...
Быстро освободившись от верха платья, девушка подтянула юбку и согнула ноги, разведя их.
Парень встал на колени. Развязав пояс штанов, посмотрел на любимую. Баронесса сощурила заплаканные, голубые глаза и повернула голову набок, вдруг густо покраснев. Золотистые локоны рассыпались по обнаженным плечам, переливаясь в восходящем свете раннего утра.
- Быстрее, Брент. - велела она и в голосе проскользнули знакомые, повелительные нотки - Тварь появится здесь к полудню, чтоб забрать меня. Сам, лично приедет, отец так сказал. И мне надо, чтоб он сразу и был... разочарован известием. Нанни ему нашепчет, я договорилась с ней.
Молодой стражник сжал вязки брюк в кулаках, колеблясь.
- Геррна, так может и не надо? - спросил, сглотнув жадную слюну и уже мучаясь от боли в чреслах - Может, просто соврать, и достаточно?
Беллиора резко повернувшись, посмотрела негодующе:
- А когда всё выяснится? Что тогда мне делать?
- Я постараюсь быстро... - произнес парень одними губами.
...и тут же рухнул набок, зажав руками горло.
Девушка взвизгнула. Ничего не понимая, отползла к стене и, прикрывшись руками, посмотрела на чужака, замотанного в тяжелый плащ.
В конюшне было еще полутемно, несмотря на рассвет.
- Как интересно, - прошипел визитер, оттирая платком испачканный кровью стилет - Значит, мне в жены достанется шлюха? Прекрасно.
Перешагнув через стонущего парня, мужчина приблизился к баронессе и навис над ней грозовой тучей.
- Баронесса Анкрейм, я полагаю?
Получив в ответ маловразумительное мычание и всхлип, усмехнулся:
- Позвольте представиться, корн - лорд* Патрелл. Обнаружил вас по запаху, геррна Анкрейм! - торжественно объявил, запуская пальцы в золотистые волосы Беллы - По чудесному аромату вашего вранья. Что ж, разрешите засвидетельствовать вам, так сказать!