Смартфон Виктора Цоя vs COVID-19 (СИ)
Ученики хотели было переглянуться и сказать: «Какие странные слова, кто может это слышать», – но вдруг чёрное облако, как маленькая, но инопланетная летающая тарелка, опустилась на собрание, накрыв всех своей одной большой шляпой серебристого тумана, а когда в следующую секунду ученики переглянулись, то Цоя между ними больше не было.
Явление нового кормчего
Цоя больше не было.
Зато среди них, возлежащих, стоял, а вскоре уже и на равных лежал некий джентльмен средних а может и пожилых лет, ибо в эпоху здорового образа жизни возраст определить трудно. Светский чел был небрежно одет в джинсы и остальные такие же будто бы не новые, но на самом деле новые и супердорогие шмотки, а на руке его отсвечивали спортивные умные часы, которые стоили больше, чем легковая машина.
– Я – тот, кем вы хотели бы быть. На кого хотели бы быть похожими вопреки подростковым прописям и фанатским недозрелым страстям по подростковому кумиру Цою, – возгласил джентльмен свои словно бы мысли вслух, на каковой выпад присутствующие никак не отреагировали.
Как будто ему не терпелось, гость снова встал, лёг, снова поднялся в общей тишине и нажал что-то у себя на сверкнувшем блёсткой радужного света запястье.
– Количество шагов смотрите на своих смартчасах? Или пришла электронная почта? – разрядила тишину Сорайя.
Не смутившись, как будто ожидая вопроса, незнакомец ответил:
– Давайте знакомиться! Вначале вы!
– Сорайя… Шэнли… – ребята наперебой представились.
– А я дьявол. Сатана.
– Шайтан? – переспросила Сорайя.
– Шайтан, – дружелюбно улыбнулся незнакомец.
– Шутить изволите? – переспросил Юрий. – Куда вы нашего Виктора Цоя девали?
Опять проигнорировав вопрос, незнакомец хлопнул в ладоши, и в тот же миг в руках у присутствующих оказалось оружие. Они не успели удивиться из-за странного шороха крыльев в небесах и истошного крика незнакомца:
– Стреляйте!
Черная кричащая туча мусора с дикими воплями неслась на них, и подростки стали разряжать стволы в надвигающееся живое облако. Ошмётки кровавой плоти под грохот выстрелов падали на лица, и ученики с проклятиями отирались рукавами. Когда последняя вопящая тварь упала, а остальное гадство с воплями унеслось прочь, невольный друг и он же довольный незнакомец воскликнул:
– Вуаля!
Нагревшийся ствол обжёг пальцы случайно прикоснувшейся руки, и ужаленный ученик заорал.
– Что это было?
– Летучие мыши, – куря тонкую сигарету, ответил незнакомец. – Да не простые. Больные коронавирусом.
– Ты шутишь?. Дерьмо!.. Дерьмовый ты фокусник!.. – как ошпаренные, заорали ученики.
– Если вы не знали, то на молодёжь вирус действует меньше всего, – равнодушно прореагировал незнакомец. – Кстати, меня зовут Дьявол. Напомню. Вы, может быть, чего-то от меня хорошего ждали? А?
Первым неуверенно ствол в сторону незнакомца направил Шэнли, и так же неуверенно нажал на спуск. Вслед за ним и остальные наперебой начали палить во врага. Грохот выстрелов и немного дыма.
– А! – как от назойливых мух отмахнулся от пуль и порохового дыма незнакомец. – Дьявола убить, что ли, вздумали? Глупцы!
Ребята опускали и поднимали в нерешительности стволы и так же неуверенно переглядывались.
– Ладно, ребята, не ссыте, – радушно улыбнулся инициатор. – Инкубационный период у китайского вируса две недели. Это значит, что в данный миг вам не нужно беспокоиться. Или вы не читали: живи так, как будто это последний день твоей жизни? Кто-то там из ваших тупых героев это сказал, Че Гевара, или Бин Ладен, все они одним миром мазаны.
– Почему же это тупые герои?.. А? – обиженно заявил Тейлор и поддакнула Сорайя.
– Герои, может, и не тупые, но они для тупой быдломассы. А вообще какая разница. Неважно. Я бы хотел, чтобы вы сами стали героями. Без проблем, научу вас. Будете со мной – будете героями, и с вами всё будет хорошо.
– И тогда вирус нас не коснётся? – осторожно закинул Юрий.
– А то! – ответствовал незнакомец. – Как я сказал, так и будет! Пацан сказал – пацан сделал!
Незнакомец пытливо смотрел на героев, которые вдруг обнаружили себя сидящими за одним длинным столом. Незнакомец во главе стола ожидал от них одобрения и согласия, а не дождавшись, вместо этого вдруг сказал.
– Вы мне нравитесь! И особенно, что вы пытались меня убить. Вы мне нравитесь, но я вас ненавижу. Вы – просто овощи и ботаны. Тьфу на вас.
Незнакомец размашисто плюнул и попал в глаз каждому из опешивших подростков, а затем махнул рукой, которая чудесным и невидимым образом дала подзатыльник каждому из присутствующих молодых людей. Их тела качнулись, а руки легли на рукоятки пистолетов, и потом так же невольно разрядили стволы в бешеной злобе по Дьяволу. Снова дым, и опять, как непредумышленно ожидалось, должен был раздаться смех… Однако вместо этого ребята опять возлежали на траве, а в середине возлежал Виктор Цой.
– Опять двадцать пять… Какой-то день сурка… – забормотал кто-то из подростков.
Цой доброжелательно и соблазнительно улыбался самой обаятельной из своих улыбок, светившейся неземным светом:
– Мы с вами попадем в рай.
– Почему, учитель?
– Потому, что вы – гангстеры.
– Да!?! – уставились в немом порыве ученики.
– Да-да, – радушно улыбался учитель. – Мы – гангстеры. Гангстеры попадут в рай. А все остальные, вся эта послушная быдломасса, к которой и вы когда-то принадлежали, они просто сдохнут.
В ответ на это подростки зашлись то ли в смехе, то ли в кашле независимо от своей воли.
– Почему… мы… плачем… – набрался духа и воздуха в лёгких Шэнли.
– Потому что вы – идиоты. А идиоты, потому что мои ученики, – задумчиво объяснял Цой.
Ученики продолжали заходиться в неведомом припадке, неотрывно, не в силах оторвать взгляд, наблюдая за Учителем. Его лицо начало колебаться, словно отраженное в воде, темнеть, словно отраженное в нефти, а учеников стали одолевать непреодолимые мучения: начало ломить кости, раскалываться от боли голова, словно разрываться все мышцы, так что подростки стали корчиться в пляске святого Витта.
– Геть! – грозно крикнул Цо й, становясь всё более прозрачным. – Геть! Геть! – вместе с криками его лицо, руки, ноги, тело всё больше истончались, становились призрачными, а он – возноситься, как дрожащий над костром расплавленный нагретый воздух.
Оглушительный хлопок потряс воздух.
– Цой что, самолёт-истребитель? – недоумевал Тейлор.
– Почему ты так говоришь? – упрекнула Сорайя.
– Самолёты преодолевают звуковой барьер с аналогичным хлопком, – предположил Юрий.
– Всё это суета сует, сохраняйте дзен,– отреагировал Шэнли, и тут же, как он это сказал – по совпадению ли или нет, – Цоя и след простыл, а ребята опять сидели за столом, и во главе его опять сидел тот же Дьявол, как угадывалось боковым зрением. Но не на него смотрели они: взгляд каждого оказался прикован к пространству на столе перед собой, а то пространство из материальной поверхности превращалось в бесплотный простор. Тейлор видел в бесконечности своего покойного врага-отчима, улыбающегося обаятельно и раскрывающего ему объятия, Юрий лицезрел своих врагов из школы, которые так же доброжелательно протягивали к нему руки, зовя поздороваться и подружиться, а Сорайя общалась со своими родными и с их приспешниками, которые уже не хотели её мучить, но просили Сорайю помочь в экзекуции пойманной неизвестной девушки, чьи руки должна была бы подержать Сорайя, пока сородичи и единоверцы над ней надругаются; Шэнли видел перед собой учеников своей школы, которые звали его на стрельбище, где сегодня можно будет поупражняться в стрельбе по врагам народа, чьи привязанные к столбам тела и заткнутые рты маячили в ста метрах вдалеке на стрельбище.
Раздался хлопок одной ладони, и подростки прозрели, что они пялятся в стол, а стол-то не простой, его поверхность – зеркальная.
– Сюда смотреть! – по-командирски крикнул голос во главе собрания, и ребята опять уставились туда, где сидел их старый добрый знакомый – Дьявол.