Инферно (ЛП)

— А ты думаешь, я не знаю? — выкрикнула я в ответ, охваченная паникой.
Я знаю, и мои ноги отказываются двигаться с места.
Сколько раз в жизни я слышала фразу «между молотом и наковальней», но только сейчас поняла её истинный смысл. Я прямо сейчас находилась в адской кузнице между молотом и наковальней, выбирая из двух зол меньшее.
С какой стороны ни посмотри. Тот, кого я любила, должен умереть сегодня, и его кровь будет на моих руках, только на моих. Все остальные смогут оставить это в прошлом и жить дальше, но со мной этот кошмар останется навсегда. Может, поэтому мне было сложнее, чем кому-либо, увидеть картину целиком. Я единственная из всех, кого это решение изменит навсегда, необратимо. И будет преследовать до конца дней.
Картина целиком выглядит совсем иначе моими глазами.
— Либо ты пойдёшь со мной и поможешь спасти свою лучшую подругу, либо останешься здесь и позволишь ему и дальше убивать невинных людей. Что выбираешь? — спросил он, его светло-русые брови взлетели вверх, как бы бросая мне вызов.
— Я пойду, — мой голос прозвучал едва ли громче шёпота. Ну конечно, я пойду. Я должна. Я единственная, кто может остановить Люцифера. — Но при одном условии.
— Не проси меня остаться здесь, Джем. Проси что хочешь, но только не это.
— Я не смогу сосредоточиться на том, что должна сделать, если буду думать о том, как прикрыть твою задницу.
— Не надо меня прикрывать, — возмутился Бен. — И вообще, это мы будем тебя прикрывать, — он показал на себя и Доминика. — Люцифер будет там не один, ты же знаешь. Мы просто сравняем силы.
— Доминик, ты не мог бы ему объяснить? — обратилась я за помощью к Воскрешённому.
— Прости, ангел, но в этом вопросе я вынужден согласиться с ним.
Разумеется.
— Спасибо большое, — в моём тоне было что угодно, но только не благодарность.
— Так что? — глаза Бена сверкали решимостью. — Чью машину берём? Его или Калеба?
Я покачала головой, очерчивая границы.
— Калеб с нами не поедет. Двое — уже плохо.
— Взять с собой Заклинателя — это хорошая идея. Он силён, Джем, и не забывай про численный перевес.
— Да, вот только Люцифер сказал приходить одной, — напомнила я.
— Ты даже не вспомнишь об этом, когда ситуация накалится. И поверь мне, Джем, она накалится. Особенно когда он узнает, что ты уже убила его ведьму.
Я проглотила ком в горле.
Плохой план. Очень тупой план. И хуже всего, что я никак не смогу убедить их остаться здесь. Бен намерен спасти Тейлор и отказывается внимать доводам разума. А Доминик… Доминик будет сражаться на моей стороне, что бы ни случилось. Сидеть на скамейке запасных никогда не было в его стиле. И даже если я смогла бы убедить Калеба не лезть, он посмотрит на этих двоих и не захочет выглядеть трусом на их фоне.
— Поедем на машине Калеба, — сдалась я и опустила голову.
Ужасный план.
35. ЦЕЛУЙ МЕНЯ НАСМЕРТЬ
У нас было меньше двадцати минут, чтобы придумать блестящий план, который не убьёт на всех и, главное, не приведёт к чёртову апокалипсису. В основном наши дальнейшие действия обсуждали Доминик и Бен, пока я потягивала чёрный кофе и периодически вставляла словечко, пытаясь убедить их остаться и позволить мне сделать всё самой. Конечно, они даже слушать об этом не хотели, но, по крайней мере, мне удалось уговорить их посидеть в засаде, пока я не подам сигнал. Этого было достаточно для меня, потому что сигнала они никогда не дождутся.
У меня нет никакого желания втягивать их в эту борьбу. Никакого.
Это моя битва, мой крест размером с дьявола, и я должна нести его в одиночку. Это я привела Люцифера в наш мир, как бы это ни было опосредованно, и я должна его изгнать. Надеюсь только, я проживу достаточно долго, чтобы выполнить свой долг, учитывая, что я не только собираюсь заявиться в бар «Всех Святых» без консорта, но ещё и привести на хвосте двух Перевёртышей и одного Заклинателя.
Люцифер будет очень, очень недоволен, а это никогда ещё ничем хорошим не заканчивалось.
 
Забравшись на заднее сиденье «Камаро» Калеба, я протянула ремень безопасности вокруг себя и защёлкнула. Мой взгляд был устремлён в окно, по которому стекали капли дождя.
Несмотря на то, что сказал Доминик, я собиралась заключить сделку с дьяволом. Я соглашусь пойти с ним куда угодно, сделать всё, что он скажет, с одной лишь просьбой: отпустить Тейлор и Трейса.
Это единственная карта, которую я могу разыграть.
И да, я прекрасно осознаю, что тем самым сама себя приговариваю к бесконечным страданиям и нескончаемой агонии. Но даже вечность в аду с Люцифером лучше, чем жизнь на земле без Трейса.
Я не уверена в том, что смогу выжить, но и не буду стараться.
«О чём задумалась?» — мысленно спросил Доминик.
Он сидел рядом со мной, широко раздвинув ноги, и тени снаружи играли на его лице. На передних местах Калеб и Бен спорили, как лучше залезть в вентиляционную шахту бара.
Я покачала головой и ничего не ответила, избегая взгляда Доминика.
Мы были связаны кровью, как никак, и я боялась, что он почувствует, что что-то не так, если заглянет мне в глаза… увидит насквозь, как умеет только он.
Я отвернулась обратно к окну, смотря на мелькающие ряды деревьев на обочине, отбрасывающие тени. Мои мысли переключились на автопилот, отказываясь думать о Трейсе или о том, как бы он отреагировал на мой план. Он бы попытался меня остановить. Он бы пожертвовал своей жизнью в обмен на мою, не моргнув и глазом. И я то же самое сделаю ради него.
— Мы уже почти на месте, — сказал Бен, слегка повернув ко мне голову. — Помни, Джем, тебе нужно отвлечь его разговором, пока мы ищем Тейлор и выводим её оттуда. Доминик прикроет тебя, пока мы не вернёмся.
Я кивнула, делая вид, что собираюсь следовать плану. Но тут я задумалась.
— А вдруг её там нет? — я встретила его взгляд сквозь тёмную пелену. — Что, если он держит её в другом месте?
— Тогда иди на попятный. Скажи, что не будет никакой сделки, пока ты её не увидишь.
Я снова кивнула, надеясь, что она там и что он согласится её отпустить… в обмен на меня. Я не хотела затягивать это ни на одну лишнюю секунду. Чем быстрее мы заключим сделку, тем скорее Тейлор и Трейс смогут вернуться к нормальной жизни. К жизни, которая была у них до того, как я приехала в город и всё разрушила.
Доминик накрыл мою ладонь своей, привлекая внимание.
— Ты дрожишь, любимая, — отметил он, сведя брови от беспокойства.
Я посмотрела на свою дрожащую ладонь и тяжело сглотнула.
— Это просто адреналин, — ответила я, не глядя на него.
Конечно, это не единственная причина, почему я дрожу, как банный лист, но больше ему знать не надо.
— Ангел… Ты уверена, что готова? — его тенор был едва ли громче шёпота.
Он сомневается, что я справлюсь?
Странно. Обычно Доминик не сомневается во мне.
Я отогнала неприятную мысль и кивнула.
— Насколько это вообще возможно.
И это было ближе всего к правде.
К таким вещам невозможно подготовиться. Это просто нужно сделать: прыгнуть в яму со львами и молить Бога, чтобы тебя не разорвали на части ещё до того, как твои ноги коснутся земли.
Между нами повисла тишина, и я расслабилась на сиденье, полагая, что он решил не развивать эту тему. Но тут я почувствовала, как его рука скользнула по спинке сиденья, и его тело прижалось к моему. Он полностью захватил моё личное пространство, и хотя мой мозг кричал, чтобы я оттолкнула его обратно в его угол, моё тело не слушалось.
— Ангел, — его губы оказались так близко к моему уху, что я вздрогнула.
Я зажмурилась.
— Не могла бы ты на меня посмотреть?
Мой пульс участился, я втянула воздух и приготовилась встретиться с его проницательным взглядом. Вот только я не повернулась. Я не могла посмотреть ему в лицо… и попрощаться.
Я мысленно проклинала себя за трусость.
— Почему ты отказываешься смотреть на меня? — в его медовый голос закралось подозрение. Если вдруг он ничего не подозревал до этого, то определённо начал сейчас.