"Фантастика 2023-130". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

Понадобилось некоторое время, чтобы оценить всю мудрость и прозорливость Агриппины. Зато когда наконец это произошло, грянул дружный богатырский смех. Многострадальный эшафот не выдержал такого глумления над своей сущностью, испустил последний стон и рухнул, похоронив под своими обломками остатки недоразумения, случившегося между верховным киевским правителем и «Дружиной специального назначения».
Конечно, они отметили. А вы что хотели, повод был просто железобетонный! К чести спепдружинников и самого Берендея, по обычной схеме сие мероприятие не пошло. Никаких тебе милых сердцу выходок, провожаний с песнями и плясками и уж тем более «продолжения банкета» во дворце. Чинно, степенно посидели в «Чумных», откушали соленых опят, квашеной капустки, соленых огурчиков, уговорили шмат копченой грудинки под трехлитровую бутыль облепиховки и распрощались. Князь помчался к своей беременной супруге, средний и старший богатыри клятвенно пообещали Любаве вымыть посуду, но тут же, с чувством выполненного долга, надавили на массу. Соловейка привычно проводила взглядом спины коллег, сделала зарубочку в голове — припомнить им самоустранение, и в два счета сама навела порядок в горнице. Посетовала напоследок, что не удалось накрыть стол, соответствующий как поводу, так и монаршему гостю. Напомнила себе, что она сама только что «откинулась», а стало быть, не успевала в полной мере дать выход своему кулинарному таланту. На том успокоилась и отправилась спать.
Илюха проснулся в скверном настроении, часа за полтора до общего подъема. Сказывались последствия вчерашней казни — голова гудела вязкой, тупой болью. Но это была не единственная причина для беспокойства, хотя и самая неприятная. Илюха попытался было разобраться, что еще могло бы его встревожить, однако причина первая напомнила о себе гулкими ударами в висках. Пришлось принимать меры. Солнцевский прихватил с собой глиняную бутыль с пивом и направился в душ. День обещался быть суетным, так что на этот раз в руках старшего богатыря оказалось «Любава легкое», сорт пива, который он употреблял редко.
Санузел, отстроенный под личным руководством Солнцевского княжеским кузнецом Захаром, был, несомненно, жемчужиной «Чумных палат». Да что там палат, такого произведения средневекового искусства не было ни у кого в Киеве. Да, пусть не совсем правильно называть такими словами туалет с душем, но не забывайте, на дворе был не двадцать первый век, и даже не двадцатый. В те времена все удобства были во дворе, а мылись люди исключительно в банях или вообще на живой воде. Изя и Илюха, прибывшие из далекого будущего, крайне негативно восприняли возврат к первоистокам в бытовом плане. Нет, баню и тот и другой очень любили, но все же считали парилку скорее удовольствием, чем местом для смывания грязи. Вот и пришлось обустраивать свой быт с помощью все того же Захара, благо тот был на все руки мастер и уже перестал удивляться странным заказам Илюхи и его коллег. В результате совместных усилий небольшая пристройка к дому украсилась вполне сносным туалетом, душем и даже… джакузи. Многочисленные пузырьки подавались в огромную бадью с помощью сложного механизма, изобретенного Захаром.
Горячая вода в данном сооружении также присутствовала. Правда, чтобы использовать это благо цивилизации, надо было растапливать небольшую печурку. Ответственным за поддержание огня был торжественно назначен Мотя. Змей отнесся к такой важной должности с пониманием. Дважды в день он устраивался поудобнее возле печки и давал возможность своим головам вдоволь поупражняться в извержении огня.
Поскольку Илюха проснулся сегодня рано, время общего утреннего моциона еще не настало. Мотя дрых без задних лап, и поднять его не смогла бы никакая земная сила. Перешагнув порог ванной комнаты, Илюха поежился, присел на корточки и обреченно пошуровал кочергой в топке. Как и следовало ожидать, кроме прогоревшей золы там более ничего не нашлось.
— Ничего не поделаешь, — буркнул себе под нос Солнцевский, — контрастный душ сегодня будем принимать по-богатырски. Сначала холодная вода, а потом ледяная.
 
Илюха сделал три больших глотка из пивной бутыли, широко перекрестился, повернул небольшой вороток и полез под струи воды. От холода хотелось закричать, но преждевременная побудка коллег в планы Солнцевского не входила, пришлось терпеть. Нет худа без добра, и вместе с ледяной водой в сливную трубу отправилась и головная боль, и остатки тумана, еще скрывающегося в закоулках стриженой головы.
— Хорошо! — заключил старший богатырь, торопливо выскакивая из-под душа и перекрывая воду.
Тщательно растерев озябшее тело полотенцем, Илюха торопливо натянул одежду и с удовольствием приложился к пиву. Несмотря на то, что этот сорт был слабоалкогольным, с каждым глотком последствия вчерашний казни плавно отходили на второй план.
— Главное, не переборщить, — напомнил сам себе старший богатырь и с некоторым сожалением оторвался от бутыли.
Теперь, когда с похмельем было в той или иной мере покончено, можно было разобраться с тем, что еще могло напрягать старшего богатыря. Илюха вольготно расположился на небольшом диванчике и старательно почесал в затылке — процесс пошел.
Причина для беспокойства оказалась буквально на поверхности и обозначалась всего тремя буквами. Сложившись вместе, они стали именем одного шустрого черта и одновременно постоянной головной болью бывшего солнцевского братка. Оказалось, Илюха не мог себе простить, что отдал дело по поиску злоумышленника на откуп своему рогатому коллеге. На первый взгляд, беспокоиться было не о чем, Изя обладал должным оперативным опытом и проявлял свойственную ему активность. Тем не менее, Солнцевского не покидало ощущение, что вся эта история медленно, но неотвратимо уходила из-под контроля. Никакие особые полномочия, вытребованные для «Дружины специального назначения», не помогли выявить того, кто посмел поднять руку на еще не родившегося ребенка.
Только что прошедшая казнь также не добавила света в этой темной истории. С лучшей стороны себя проявила одна лишь Сусанна. То, как вела себя молодая княгиня, как искренне переживала за дружинников, как обрадовалась счастливому избавлению, однозначно работало на нее. Нет, окончательно с нее подозрения никто не снимал, тем не менее твердой рукой старший богатырь переместил ее на последнее место в сомнительном списке подозреваемых.
Что делать дальше, Илюха не представлял. Тот факт, что все подозреваемые были княжеского рода, резко сужал возможности расследования, приходилось действовать исключительно законными методами. Таким образом, богатый криминальный опыт далекой временной Родины применить на практике не было никакой возможности. Солнцевский скрипел мозгами и так и эдак, но ничего путного ему в голову не пришло.
— Нет, такие дела в одиночку не делаются, — наконец подвел итог неудавшемуся мозговому штурму старший богатырь, — тем более когда в штате у тебя бывший сотрудник НКВД, ярый последователь дела славного лондонского сыщика, да еще с замашками сотрудника имперской безопасности. Пусть курит эту жуткую трубку, пусть играет на своих безумных гуслях, пусть хвастается тем, что работал под началом Лаврентия Павловича, пусть время от времени начинает комментировать события закадровым голосом Копеляна из «Семнадцати мгновений весны», главное, чтобы сегодня же был ясный и реальный план наших дальнейших действий. И на этот раз даже некоторые специфические национальные качества не помогут ему отвертеться от выполнения служебных обязанностей. Если что, я буду применять административный ресурс, — со вздохом закончил старший богатырь, хищно улыбнулся и инстинктивно почесал увесистый кулак.
Итак, еще одна проблема была если не решена, то, по крайней мере, обозначена и локализована. Оставалась последняя, и самая трудная. Перед тем как перейти к ней, Илюха решительно взялся за бутыль с пивом и сделал несколько глотков — не помогло. Проблема не исчезла и не решилась сама собой. Пришлось по-доброму подбодрить самого себя, решительно хлопнуть себя по коленке и… допить оставшееся пиво, на этот раз в качестве стимулирующего средства.