"Фантастика 2023-130". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

— Ваш вызов, милостивый сударь, я принимаю. О месте и времени предстоящей дуэли я сообщу вам дополнительно через своих секундантов. И пусть победит сильнейший! Тьфу ты, то есть, конечно, быстрейший.
Соловейка, совершенно сбитая с толку происходящим на ее глазах, заметно заволновалась. Рожденная за много веков до появления на свет как сноуборда, так и горных лыж, она понятия не имела, что это за диковинные вещи. По непримиримому настрою спорщиков она решила, что разговор идет об оружии. И что прямо на ее глазах коллеги ни с того ни с сего вызвали друг друга на поединок не на жизнь, а на смерть. Так как потеря ни одного из спорщиков никоим образом ее не устраивала, Любава решительно встала между сцепившимися коллегами.
— Значит так, — тоном, не терпящим возражения, отрезала она, — никакой дуэли между вами не будет. У меня только жизнь начала устраиваться, а они туда же, поубивать друг дружку решили!
Друзья-спорщики некоторое время не могли понять, чего это вдруг их боевая подруга встала в стойку, а когда наконец сообразили, чуть не попадали с помоста от смеха. Не обращая никакого внимания на ярко выраженное недовольство соседей по VIP-ложе, друзья, вволю насмеявшись, вкратце поведали Соловейке о сути их спора.
— Ну, раз так, можете выяснять кто быстрее, — успокоенная рассказом, смилостивилась Соловейка, — а я достанусь победителю в виде приза.
Ответом бывшей разбойнице послужили два до глубины души удивленных взгляда. Илюха что-то недовольно буркнул, Изя заинтересованно присвистнул, и оба уставились на Любаву, ожидая пояснений. Та, сообразив, что ляпнула явно не то, быстро прокрутила в уме их разговор назад и тут же залилась густой как маков цвет краской.
— Да не в этом смысле! — взвилась она, как только смогла говорить. — Я имела в виду, что победитель будет учить меня кататься с горы на этом самом сноуборде или горных лыжах!
— Уф… — дружно выдали друзья и так же синхронно смахнули пот со лба.
— А вы что подумали? — ехидно поинтересовалась Соловейка, в упор глядя на старшего и среднего богатырей их немногочисленной дружины.
— Я ни о чем таком не думал, — торопливо выдал Илюха, для достоверности усиленно тряхнув головой.
— А я именно обо всем таком и подумал, — развязным тоном заявил ничуть не смутившийся Изя и наглым взглядом окинул с ног до головы Любаву. — А то Илюха не мычит и не телится. Я же после неудачной женитьбы черт максимально свободный и, как никто другой, нуждаюсь в женской ласке и сочувствии…
Илюха и Любава, несомненно, обладали чувством юмора и конечно же по достоинству оценили бы остроты Изи, но только лишь при одном условии: они не должны были касаться их и без того запутанных личных отношении.
От немедленного и неотвратимого возмездия за его двусмысленные намеки черта спасла представительница верховной власти в лице дочки киевского правителя княгини Сусанны. В свое время команда Солнцевского удачно устроила ее личную жизнь, и после того как княжна обрела новый статус — стала княгиней, она начала общаться со спецдружинниками по-свойски, без особых церемоний. Кстати, эта самая «личная жизнь», в виде законного мужа Галицкого князя Вилория, стояла за ее спиной и даже приветливо помахивала оттуда рукой.
— Мне, конечно, было бы интересно посмотреть, как вы коллективно придушите Изю, он и сам меня временами просто бесит, но вынуждена прервать ваш милый междусобойчик, — выдала Сусанна и решительно встала между говорливым чертом и его обиженными коллегами.
— Ничего, ничего, — тут же нашелся Изя, на всякий случай перемещаясь на безопасное расстояние от пылающих жаждой мести друзей, — всегда к вашим услугам.
— К тому же нам ничто не помешает продолжить наш разговор позже, — сурово заметила Соловейка.
По уму Изе нужно было бы просто промолчать, но такая, по сути, мелочь оказалась рогатому не по зубам.
— Против научного коммунизма не попрешь, назрела революционная ситуация. «Верхи» не могут, «низы» не хотят, и вам все равно придется так или иначе разобраться друг с другом.
 
— Это я-то не могу?!
— Это я-то не хочу?!
Как вы понимаете, первый возмущенный возглас вырвался из уст Солнцевского, а второй — Соловейки. Так уж получилось, что в этот момент никто из почетных гостей не проронил ни слова, и данные высказывания громко прозвучали в тишине, вызвав нескрываемый интерес всех окружающих.
Дородная дама с огромным количеством белил и сурьмы на рыхлом лице тут же громогласно прокомментировала услышанное, обращаясь к высокому прыщеватому юнцу, стоящему подле нее:
— Вот видишь, Студнеслав, какие жуткие нравы царят в столице. Она, вишь, хочет и не стесняется об этом заявить во всеуслышание, а он, несмотря на это, ничего уже не может, но так же не стесняется произнести это вслух.
— Да что тут говорить, мамочка, — незамедлительно отозвался сынок, с интересом рассматривая Любаву, — разврат, да и только. Вот у нас, в Малом Халявце, такого нет. А если и есть, то не принято выставляться так при всех.
Услышав подобные речи, Илюха стиснул кулаки и сделал шаг по направлению к нагловатой парочке. Соловейка также была настроена весьма решительно, но еле сдержалась и лишь нервно облизала губы. Обычно это нехитрое действие предшествовало ее молодецкому свисту. И только Изя был несказанно рад появлению на сцене новых персонажей, ведь, именно благодаря им, его скромная персона на некоторое время избавилась от излишнего внимания со стороны друзей.
И на этот раз конфликт решительно погасила Сусанна. С тех пор, как под руководством Солнцевского она увлеклась бодибилдингом и стала первой на Руси культуристкой, ее характер резко изменился, и от плаксивой и истеричной особы, которой она была ранее, не осталось и следа.
— Стоп, — резко бросила она. — Это мои дальние родственники. Феврония и Студнеслав из города Малый Халявец. Между прочим, они княжеского рода, и конфликтовать с ними не советую. Вам, конечно, многое сходило с рук, но за такое Берендей по головке не погладит.
Под напором подобных аргументов Илюха был вынужден сдаться. Тем более что главный рогатый провокатор с княжеским семейством в родстве не состоял и от справедливого возмездия за длинный язык укрыться не смог бы никоим образом. Хотя где-то в глубине души Солнцевский отлично понимал, что черт был прав, и разобраться в отношениях с Любавой рано или поздно придется. Не сейчас, конечно, а как-нибудь потом, когда будет благоприятная ситуация, или удачное расположение звезд, или еще что-нибудь.
Отложив, таким образом, предстоящее выяснение отношений с Соловейкой на неопределенный срок и освободив плечи от тяжелого гнета, Солнцевский вспомнил, что у Сусанны было какое-то дело к их компании. Ничто так эффективно не отодвигает личные проблемы на задний план, как какое-нибудь срочное и желательно ответственное дело. В крайнем случае, может сгодиться простое поручение или даже отчет о проделанной ранее работе. Какой вообще может быть разговор о личной жизни, когда служба стоит?
Сусанна уже смекнула, что ее готовы выслушать, и обратилась к дружинникам с простым на первый взгляд вопросом:
— Ребята, а вы не знаете, что, собственно, происходит?
— Как, что? — удивился Илюха и на всякий случай огляделся по сторонам. — Закончился Первый Киевский чемпионат по биатлону на приз твоего отца, князя Берендея.
— И что планируется дальше? — продолжала гнуть свое Сусанна.
— Поздравление, вручение и обмывание, — тут же влез черт, всем существом не терпящий, когда беседа идет без него, вездесущего.
— Ну с третьим номером программы все более или менее ясно. А что будем делать с первыми двумя? — поинтересовалась супруга князя Галицкого, бросив выразительный взгляд в сторону спешащего к подиуму Ильи Муромца.
Пока компаньоны выясняли отношения, былинный богатырь стойко выдержал положенную порцию весна родной любви и славы и теперь собирался получить честно заслуженный кубок.
— А где, собственно, князь? — Любава первой догадалась, куда клонит Сусанна. — Ведь он лично собирался вручать приз.