"Фантастика 2023-130". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

– Мессир? – Появившийся на пороге Грег выразительно глянул на кофейные приборы.
– Оставь мой, остальное можно забрать. – Я отошел от окна, в которое и наблюдал удирающего дипломата и, мысленным усилием отдернув шторы, впустил в кабинет достаточно света для работы.
– Грег, после обеда отправляйся на вокзал. Закажешь билеты до Вены. Поеду один, ты останешься присматривать за домом, – вспомнил я про так и не отданный накануне приказ.
– Осмелюсь заметить, Виталий Родионович… – начал было дворецкий, но я его остановил:
– Извини, но нет, Грегуар. Это будет весьма беспокойная поездка, и я не хочу подвергать тебя излишнему риску.
– Но, Виталий Родионович, неужели я давал вам повод усомниться во мне?
– Что ты, Грегуар, нет. Разумеется, нет. – Я махнул рукой. – Но тогда были обстоятельства, обойти которые мы были не в силах, сейчас же таковых не наблюдается. Посему, я считаю, что тебе лучше остаться и присмотреть за домом. Мне так будет спокойнее.
– Что ж, раз вы приказываете. Я подчиняюсь. – Кивнул Грегуар. Но недовольством фонить не перестал. – На какое число брать билеты, Виталий Родионович?
– Хм… Пусть будет следующий понедельник. – Пожал я плечами, возвращаясь за стол и принимаясь за просмотр бумаг. Было там пару нюансов в планах строительства, которые непременно нужно обдумать.
– Да, Виталий Родионович, простите, что отвлекаю. Повар передал, что обед будет подан через полчаса. Прикажете принести в кабинет?
– Совершенно необязательно… – оторвавшись от технической записки, проговорил я. – Отобедаю в столовой. Надо же «обновить» помещение, заодно и старания рабочих смогу оценить по достоинству.
– Я передам повару, – кивнул Грег и покатил тележку с лишней посудой к выходу.
Я же, покрутив в руках лист, отложил его в сторону и, налив себе кофию, закурил привычную, но оказавшуюся в большом дефиците здесь турецкую папиросу. Ну да, у Острейха и Блистательной Порты довольно натянутые отношения, так что полюбившиеся мне табачные изделия, которые османы выделывают за океаном и поставляют в Европу, в Инсбруке большая редкость. Вот не понимаю. Русь с Портой тоже довольно косо посматривают друг на друга, особенно после не такой уж давней войны в Румынии, где вообще-то военные отряды протекторатов, и по сей день при каждой встрече радостно режут друг друга, но с турецким табачком в Хольмграде никаких проблем, а здесь… Тьфу ты. Опять меня не туда понесло.
Затянувшись ароматным дымом и сделав вслед глоток горячего черного напитка, я вновь взялся за техническую записку. Оборудование для завода пойдет из Хольмграда, точнее, все с той же «Четверки Первых» и станкостроительного общества Демидовых, пойдет окольными путями и без всякого намека на настоящих заказчиков, во избежание истерии на русской таможне, где кое у кого вполне может хватить ума на арест груза, если в его получателях будет числиться один беглый князь. Но тут проблем быть не должно, этот подводный камень давно учтен, а вот проследить, чтобы среди заказанной продукции не было ни одного активного ментального конструкта, придется лично. Иначе уже нордвикская таможня с радостным визгом арестует всю карту. Нет, тут надо играть чисто. Собственно, именно поэтому я и сижу в своем кабинете, закопавшись в бумаги, литрами поглощаю кофий и выкуриваю по три десятка папирос за день. Описания, паспорта, накладные и прочие сопроводительные документы, все должно быть идеально.
К счастью, есть Грег, который не позволит хозяину дома окончательно перейти на кофейно-никотиновую диету и всегда вовремя вытащит меня на обед или ужин. Вот и сегодня, не успел я разобраться в документах на очередную поставку, как дворецкий, постучав в дверь, вошел в кабинет и, ни слова не говоря, выразительно и звонко хлопнул крышкой карманных «Брюнно», точно таких же, как те, что пропали у меня во время медового месяца, на Руяне. Вот ведь… сколько лет прошло, а словно вчера было дело.
– Иду, Грег. Уже иду. – Затушив очередную папиросу, я поднялся с кресла и, привычным жестом накрыв бумаги довольно простым конструктом, двинулся к выходу.
 
После обеда, передав повару благодарность за замечательное рыбное филе под майеннским соусом, я спровадил-таки Грегуара на вокзал, а сам, после недолгого размышления, решил проверить, как обстоят дела в квартире, снятой нами по приезду в Инсбрук. Но ехать через полгорода ради такой ерунды? Увольте. Благо телефонная связь за последние десять лет сделала достаточно внушительные шаги. Правда, если в том же Хольмграде даже частные дома средней руки уже оборудованы телефонными аппаратами, еще недавно бывшими роскошной игрушкой для очень обеспеченных людей, то в Европах на пути прогресса стала проблема в виде довольно малого количества домов, оснащенных накопителями. Но даже в этих условиях в мало-мальски крупных городах, во всяком «приличном» доходном доме находилось место для подобной «роскоши»… Помнится, управляющий в доме, где мы с Грегом арендовали квартиру, говорил о больших проблемах с получением разрешения на установку накопителя, и аргументировал довольно высокую стоимость аренды тем, что на плечи владельца возложена обязанность по содержанию «сего устройства». Оказывается, ушлые городские чиновники, вкупе с местными магиками, основали фирму, которая не только держит монополию на торговлю накопителями, но и берет деньги за их «заправку». И неплохие деньги, между прочим, в этом я убедился, когда закупал «бочку» в свой новый дом. Нет, с разрешениями все прошло гладко, но содержание накопителя, то есть его еженедельную «заправку», мне попытались втюхать, иначе не скажешь, за дикую сумму в сто крон ежемесячно. И это при стоимости самого накопителя в три тысячи крон, что тоже, кстати, раза в три дороже, чем в Хольмграде. Нет, я не испытываю нужды в деньгах, на счету в Рейхсбанке уже лежит довольно крупная сумма, еще из хольмградских накоплений… да-да, наследие девяностых и так далее, но ведь пригодилось же!… И все равно, несмотря на наличие средств, меня просто возмутила жадность магиков, наваривающих денежки на такой бредовой услуге. У-у, мироеды! Вот из-за таких и происходят революции…
Но, остыв и немного поразмыслив, я отказался от идеи устроить восстание пролетариата, к которому, после предпринятых за последнюю дюжину лет усилий, меня уже нельзя было отнести даже с ба-альшой натяжкой и, только вежливо улыбнулся напыщенному клерку, принимавшему мой заказ на установку накопителя, адепту здешней академии, обряженному в забавную «гаррипоттеровскую» мантию. После чего напомнил, что я приехал из «варварской» Руси, где обращению с подобными устройствами учат каждого жителя, едва у него проснутся способности к оперированию менталом. В ответ адепт, нервно извинившись, отстал. Что он чувствовал в этот момент, я, признаться, почти не разобрал, мешал его ментальный щит, но то, что в коктейле его эмоций немало места занимала зависть, ощущалось весьма отчетливо.
Вообще, как-то не сложились у меня отношения с местными естествознатцами, гордо именующими себя магами. Уж больно высоко они носы задирают. Нет, я понимаю, общество это довольно закрыто, и длинная череда предков с громкими титулами и немалыми способностями в сфере ментального конструирования действительно ставят их несколько наособицу от прочей аристократии, но считать себя выше окружающих только из-за умения сотворить какой-нибудь «огненный шар», на мой взгляд, глупо. Впрочем, это их жизнь, им и шишки набивать.
Переговорив по телефону с «хранителями» снятой квартиры, я решил немного проветриться. Гулять по городу не тянуло, тем более что тот же Прадль уже исхожен мною вдоль и поперек, да и морось не располагает к долгим прогулкам. Так что я решил ограничиться перекуром в беседке во внутреннем дворике. А когда вернулся обратно в дом, то наткнулся на только что вошедшего через парадный вход некоего господина. Тут же появившийся на предупреждающий звон дверного колокольчика садовник, он же слесарь, сантехник и временно, в отсутствие дворецкого, исполняющий обязанности привратника, принял у гостя пальто и шляпу с тростью темного дерева, увенчанной явно серебряным набалдашником.