Остановите Землю, я сойду (СИ)

— Неважно, — она стала обходить меня по кругу, держась на расстоянии. — Мне нужно попасть на Ираган и я хочу, чтобы ты разобрался с революцией на нашей планете и даже готова помочь.
Я следил глазами за её движением, продолжая быть обездвиженным.
— Хочу тебя огорчить, — принялся отвечать, рискуя своими мозгами, которые она одним желанием могла превратить на пару дней в фарш, — у меня нет возможности перевезти тебя на Ираган. И я, как и ты, беглый преступник. На Ирагане меня ждет тюрьма и скорее всего смерть.
— Уверена у тебя припрятан козырь в рукаве, Кижан с тобой просто душка, — не приняла она отказа.
— Предположим, я смогу тебя протащить на корабль… на военный корабль, — решил обыграть её хитростью. Она остановилась напротив меня и посмотрела мне прямо в глаза упрямым тяжелым взглядом.
— Хамелеон со мной делал такое, что корабль с кучкой людишек — это последнее, что меня может напугать, — ответила она и сложила руки на груди.
— Хамелеон на корабле. Он будет чувствовать тебя, когда ты будешь рядом, — охладил я её пыл. — Он будет сходить с ума от твоего присутствия и, если ему удастся вырваться из камеры, никто не сможет помешать ему снова заковать тебя в оковы истинности.
Она нервно сглотнула. Пытки, что перенёс я, явно не сравнимы с тем, что пережила она. Мурсулина боится его, боится всеми фибрами души, боится больше всего в своей жизни.
— Поставлю себе защиту, чтобы он не чувствовал меня, — она попыталась фальшиво улыбнуться, но улыбка получилась кривой, и она помрачнела. — Не хочу оставаться на этой планете. Ты же знаешь меня — я злобная жестокая тварь. От скуки я начну разрушать всё, что попадется мне под руку.
— Неожиданная самокритика, — удивился. Хотя Мурсулина всегда была хорошей актрисой, ей ничего не стоило играть свою новую роль.
— Он изнасиловал меня. В-первый раз он изнасиловал меня, — губы у неё дрогнули, и глаза заблестели от подступающих слёз. Но она сдержала слёзы внутри.
— Он сделал это максимально жестоко, причиняя много боли. Он издевался надо мной несколько дней. Хамелеон делал со мной всё, что хотел, и я не смела ему возразить. Эти чертовы истинные связи, — она замолчала, борясь с тем, что бушевало внутри неё. — Я ненавижу его, — выдала она эмоционально. — Хочу, чтобы он сдох! — костяшки пальцев у нее побелели, когда она сжала кулачки.
Она не лгала. Я чувствовал, как её захлестывают воспоминания, как рвутся наружу переживания, готовые превратиться в поток слёз. Но она сдержалась, как всегда. Нервно вытерла одинокую слезинку тыльной стороной ладони и беспечно улыбнулась.
— Я хочу помочь тебе вернуть спокойствие на Ираган, чтобы ты следил за Хамелеоном и не дал ему возможность выбраться из тюрьмы, — произнесла уже спокойно она. — Даю тебе слово драконицы и клянусь своей кровью, что сделаю всё, чтобы помочь тебе и твоей женщине для победы над революционерами и вернуть прежний порядок на Ирагане.
Сказать, что я был удивлен, это ничего не сказать. Я был поражен, сражен и шокирован. Мурсулина будет помогать мне! Как бы планета не начала крутиться в другую сторону?!
— Так ты принимаешь мою клятву? — спросила она, не дождавшись от меня ответа.
— Онемел от изумления, — пошутил и уже серьезно произнёс: — Принимаю твою клятву, Мурсулина.
Она поморщилась и приподняла рукав, оголяя запястье. На руке красовалась моя печать. Как нужно ненавидеть бывшего, чтобы пойти в сговор со своим злейшим врагом?
— Отлично, — произнесла удовлетворенно она и осторожно погладила новоиспеченный рисунок.
— Не боишься, что она тебя убьет? — усмехнулся я.
— Я не уверена, что после Хамелеона ещё жива, — усмехнулась она в ответ. — Он убил меня своей любовью уже достаточно давно.
— Где ты сейчас? — перешел я к делу, совершенно не представляя, как будет выглядеть то, что я появлюсь на корабле с Мурсулиной. У Кижана случится истерика, скорее всего он будет плакать горючими слезами.
— Я знаю где ты находишься, — ответила она. — Ты сейчас проснешься, и я перенесусь к вам через минут десять. Предупреди свою припадочную беременную, что я на вашей стороне, чтобы она мне кости не переломала. Хамелеон сжёг часть моей магии, и я временно не способна дать серьезный отпор.
 
Хотел было возразить по поводу слова «припадочная», но не успел. Меня резко выкинуло из сна. Всё ещё пребывая в шоке моментально вскочил на ноги.
— Я стану отцом! — воскликнул радостно вслух и рванул к Лере на кухню, забыв про то, что одежды на мне никакой нет. Эта мысль снова вспыхнула в мозгу яркой вспышкой.
— Жесть! — выдал гость, увидев меня на пороге.
Следом за восклицанием в меня прилетела крышка от кастрюли из рук любимой. Ловко поймал и прикрыл стратегические места.
— Доброй ночи! — не растерялся. — Минутку, — произнёс я и быстро ретировался обратно в комнату.
Вернулся уже приодетым и готовым к любым неожиданностям. Ведь я скоро стану отцом малыша-дракона. Надо будет поведать Лере тонкости воспитания молодых дракончиков и запастись огнеупорной одеждой.
 Глава 25 
 
 Ансир 
 
Демогон сидел с осоловелым лицом за столом. Напротив него находилась вполне симпатичная девушка-гремлин, она держала маленькими пальчиками красивую кружку с чаем, судя по запаху зеленым с мятой.
— У нас гостья, Софа, — представила мне незнакомку Лера. — Она была на Ирагане тюремным психологом и телепортировалась следом за Хамелеоном.
— Софа, — прошептал с полубезумным восторгом Демогон. Создавалось впечатление, что у пушистого сейчас потекут слюни по подбородку и глаза сбегутся в кучу. Софа на его странное поведение абсолютно никак не реагировала, что навело меня на мысль о том, что это норма для влюбленного гремлина. Никогда раньше не встречался с любовными переживаниями гремлинов. Очень оригинально.
— Как Демогон? — уточнил я у Леры, не надеясь на ответ от самого психотерапевта.
— Влюблен, — произнесла философски она и отпила из кружки.
— Должен прийти в себя через пару-тройку дней, — добавила серьезно Софа. — Но это не точно.
Бровь сама приподнялась в удивлении. Оказывается, у гремлинов ещё хуже протекает первая пора влюбленности. Посочувствовал бедолаге. Все эмоции на лицо и не спрячешь их от окружающих.
— А-а? — помахал я руками, показывая указательными пальцами то на Демогона, то на Софу и пытаясь подобрать подходящие слова о взаимности Софы к Демогону. Но нужные слова так и не нашлись.
— Это секрет, — поняла мои телодвижения гремлинша.
Осторожно сел за стол, продолжая рассматривать всех по очереди.
— Софа кое-что видела в тюрьме, — сказала Лера. — Это может нам помочь восстановить порядок на Ирагане.
Наклонил голову набок и с интересом посмотрел на новую знакомую. Она медленно отпила из кружки и поставила её на стол.
— Я видела дракона, который заплатил начальнику тюрьмы за побег Хамелеона. Я не знаю кто он, но визуально помню его.
Не стал скрывать, что я заинтригован и даже немного счастлив от произнесенной новости.
— Нам будет проще поймать зачинщика и потушить революцию, — высказала свое мнение Лера, которое было солидарно с моим. Если отрубить змее голову, она погибнет. Вот только у нас с нашим малочисленным составом может ничего не получиться. Над этим вопросом я еще серьезно подумаю. А теперь пора рассказать и моё не менее важное сообщение.
— У меня тоже кое-что, — начал осторожно я. — Мурсулине удалось украсть мой волос во время перемещения, — Лера приподняла подбородок, и в её глазах замелькали молнии, — и она сделала вызов во сне на меня, — у моей драконицы странно дёрнулись губы, страх пополз по моей спине неприятным холодком. — Мы с ней договорились о сотрудничестве на Ирагане, она принесла мне клятву. На корабль она пойдет с нами, убивать её нельзя. И она знает о беременности, смогла считать мои мысли во сне.