Остановите Землю, я сойду (СИ)

Я впитывала его дыхание и ласки, но не могла насытиться. Просила всё больше, жарче, до полного иступления.
Иногда мне было даже больно, но я наслаждалась этими ощущениями, страстью Ансира и своими реакциями на него.
— Я не могу потерять тебя, — шептал он. — Никому не отдам! Никогда…
Не хотелось покидать это место. Была бы моя воля, я бы надолго осталась здесь вдвоём со своим мужчиной. Вдали от цивилизации и от всех неприятностей, которые нас преследуют. Но мой желудок был категорически со мной не согласен. Он громким воем напомнил о необходимости питаться.
Ансир хмыкнул, очистил магией одежду, подождал, пока я натяну свои вещи и перенёс нас в дом.
— Яичница остыла, — печально вздохнул он, выставляя передо мной тарелку.
— Ничего страшного, — улыбнулась, отправляя в рот большой кусок.
— Странно, что Демогон не уничтожил обед, пока нас не было.
Мы синхронно прислушались и поняли, что пушистого в доме нет.
— Где этого засранца носит? — Ансир со вздохом потёр переносицу. — Сказал же, не покидать дом без особой. — мужчину на полуслове прервал женский вопль.
Мы выскочили из дома и заозирались по сторонам. Вопль доносился из соседнего дома.
На всех парах бросились туда.
Перепуганная соседка тыкала пальцем на дверь коровника и крестилась.
— Что стряслось? — деловым тоном поинтересовался Ансир. На руку нам сыграло то, что на мужчине была полицейская форма.
— У меня нечисть там, — страшным шёпотом поделилась тётка, прикрывая рот ладошкой. — Мохнатый, грязный, весь в соломе! Жуть!
— Так это овинник, — вспомнила бабушкины рассказы о домашней нечисти. — Он вам помогает, за скотиной приглядывает. Его не надо бояться.
Женщина посмотрела на меня с недоверием.
— Не может овинник таких заковыристых выражений знать, — поджала губы она. Мы с Ансиром переглянулись. Ясно было, что это Демогон шороху навёл.
— Я разберусь, — сказал он и решительно шагнул в коровник. После этого послышалось сдавленное ругательство и дикий хохот. Я заскочила следом. Соседка осталась на улице, боясь встречи с бесовщиной, как она выразилась.
Посреди коровника стоял разгневанный Демогон и тихо матерился на мирно жующую сено, корову. Выглядел психотерапевт комично. Он был весь в навозе и соломе.
— Что случилось, — сквозь смех выдавила я.
— Молока захотелось, — огрызнулся Демогон, вытаскивая из шерсти тонкую веточку. — Караулил соседку, пока та надоит, а потом попить прямо из ведра решил. Парного. — мечтательно протянул он. — А эта истеричка как завопит, как ногами, руками замотыляет!
Я в навоз и полетел от неожиданности. Даже невидимость на нервной почве потерял. Ну, она давай орать пуще прежнего. Выскочила из сарая, а дальше вы прибежали.
— Тебя неуёмные аппетиты до добра не доведут, — с ехидством произнёс Ансир, очищая шерсть Демогона. Психотерапевт дёргался и крепко выражался, когда дракон «случайно» выдирал тому клочки вместе с присохшей грязью.
— Иногда мне кажется, что ты обычный неуправляемый, капризный ребёнок, за которым нужен глаз да глаз, — покачала я головой.
— Усмирили мы вашу нечисть, — Ансир вышел к соседке, которая переминалась с ноги на ногу, так и не решившись зайти. Оно и к лучшему. Незачем ей знать, кто на самом деле решил молочка испить.
— Точно? — поинтересовалась она дрожащим голосом и снова перекрестилась. — а как вы с ним сладили?
— Та способ один верный знаю, — Ансир с надеждой глянул на меня в поисках поддержки.
— Надо верёвку над входом повязать и три раза плюнуть через левое плечо, — начала я на ходу вдохновенно сочинять способ укрощения овинника.
— Это внучка ведьмы. Ей ли не знать, — кивнул Ансир и зашагал к бабушкиному дому.
Я тяжело вздохнула и побежала следом. Интересно, удастся мне сегодня поесть, наконец, или как? А то чувствую, что начинаю звереть. Во мне просыпается кровожадный необузданный дракон. Да!
— Ансир! А я теперь превращаться в настоящего дракона смогу? Как на картинках или в кино?
— Сможешь, — тепло улыбнулся он мне. — Только не сразу.
— Круто! — взвизгнула, как ребёнок.
 
— Уверен, ты будешь удивительной драконицей.
 Глава 22 
 
 Ансир 
 
Поведение Леры не совсем вписывалось в общеизвестные нормы новообращенных драконов. Она вполне могла себя контролировать и, что более удивительно, не пыталась убить меня в порыве страсти. Жаль не успел её предупредить о последствиях произошедшего между нами. Главное, чтобы Демогон не сдал меня между делом. Тогда, возможно, моя жизнь оборвётся в самом расцвете сил. Но я хотя бы умру счастливым. Опять же, не о том думаю, умирать буду позже. Сейчас же пора, наконец-то, покормить мою ведьмочку.
Показал ей фокус, разогрев еду, просто направив на неё свою ладонь. Дракон я или кто?!
От радостного визга заложило уши. Все-таки у моей драконицы эмоциональная часть пострадала от внутренних перемен. А от её изменений у меня страдал слух и, похоже, периодически накатывали панические атаки. К Демогону за психологической помощью обращаться не буду даже, если ретроградный Меркурий доконает мою психику окончательно и бесповоротно.
— Астрал лучший способ найти себя, — прошептал таинственно Демогон и махнул загадочно лапками, не сводя с меня хитрого взгляда.
— Свечи забыл зажечь. Ароматические. С ландышем, — с подковыркой ответил я и слегка отстранился от Леры. Оказывается, я пялился на неё весь завтрак, не отводя взгляда и не моргая. Останься бы она обычной женщиной, то наверняка потеряла бы аппетит от моего странного взгляда. А драконице всё было нипочём.
Как теперь ее защитить от Хамелеона? Или Хамелеона от неё?
Лера допила чай, поставила кружку на стол и спокойно сказала:
— Мурсулина сказала, что Хамелеону помогли сбежать. Он должен был пройти через портал и убить тебя, но портал по ошибке выкинул его на Землю.
Почему-то не удивился этой информации. У меня были такие мысли и раньше. Революция началась позже, чем сбежал Хамелеон — это мне не давало покоя и вот новая зацепка. Кто-то могущественный стоит за всем происходящим на Ирагане. Не заметил, как зрачки у меня стали вертикальными.
— Она мне сама сказала, — добавила Лера, и в её глазах вспыхнули жадные огоньки. Меня сдержало только то, что рядом сидел задумчивый психотерапевт и предположительно высчитывал в уме насколько опасно находиться с нами в одном хлипком помещении.
— Нам нужно будет обязательно слетать на Ираган и выяснить, кто же устроил революцию,
— произнес я вслух свою догадку и, не удержавшись, улыбнулся хищной улыбкой, обещая одной драконице жаркие пару часов наедине.
— Отправимся за Хамелеоном, — предложила Лера и, слегка нагнулась вперед, демонстрируя мне вырез декольте. Мой взгляд сам опустился в район опасной зоны, сердце пропустило удар. Меня откровенно соблазняют, без всяких зазрений совести.
«Ай-яй-яй! Лера! У меня слабое сердце и под рукой совсем нет льда».
Демогон оказался самым адекватным из нашей троицы и громко объявил:
— Если спалите деревню, я не виноват! И не говорите потом, что я не предупреждал!
На нас двоих это не возымело никакого действия. Я положил ладонь на стол, и его деревянная поверхность под моими пальцами задымилась. Лера провела пальцем замысловатую дорожку к моей руке, оставляя на дереве интересный выжженый узор.
— Они ещё и выжиганием по дереву занимаются, — всплеснул с досадой лапками Демогон и спрыгнул со стула. Топанье его лапок быстро исчезло за дверьми. Потянулся к Лере за долгожданным поцелуем. Легко подхватил её за талию и пересадил себе на колени.
 
Поцелуй был игривый. Легкий. Сладкий… Поцелуй, дарящий любовь.
Холодная вода, окатившая нас сверху, мгновенно вернула нашу пару с небес на Землю.
— Да-да-да! Опять Земля! Удивительно, да?! — съязвил Демогон, проявив телепатическую хитромудрость, и махнул лапкой, ставя аккуратно ведро на пол.