Ты - мои небеса (СИ)

- Как ты себя чувствуешь? – Перевернувшись на спину, Алиса посмотрела на осунувшееся лицо Нестерова. Если он сейчас скажет, что все хорошо ни за что не поверит. Лицо бледное, под глазами темные круги и костюм, который купили совсем недавно в Париже, уже болтается на нем, как на вешалке.
- Давай не будем об этом говорить. – Ушел от ответа Максим. Его состояние оставляло желать лучшего и совсем не хотелось обсуждать столь неприятную тему. Постоянная головная боль, от которой уже не помогали ни пластыри, ни таблетки с недавних пор стала его верной спутницей. И становилось очевидным, что лучше ему уже не будет. А недавно к  головной боли присоединилась тошнота, так что каждый прием пищи теперь давался ему с огромным трудом. Вот и сегодня он пообедал только потому, что Алиса настаивала.
Максим старался не замечать эти мелочи и жить оставшиеся ему дни полной жизнью, но каждый раз сталкиваясь с новыми симптомами, снова возвращался мысленно к болезни.
Как и предсказывал Лекс, он будет умирать медленно и верно и Алиса не сможет ничего придумать, только наблюдать за его постепенным угасанием. А потом, когда с ним будет покончено, она вернется к себе домой.
Взяв его ладонь в свою Алиса принялась водить кончиками пальцев по выступающим на тыльной стороне кисти сухожилиям удивляясь, какого землистого цвета стала его кожа.
- Я не могу не говорить. - Алиса наклонилась и прижалась щекой к его ладони. - Я вижу, как тебе плохо и чувство вины не дает мне покоя. Я знаю, - покачала она головой, разом отметая все возражения Нестерова, - ты скажешь, что это не моя вина, что не запусти я программу, ее активировал бы кто-нибудь другой. Все так. Но если бы ты знал, как раздражает собственное бессилие. Я не могу придумать ничего оригинального, чтобы вытащить тебя из программы. Теперь я понимаю, в каких облаках витала, когда впервые пришла сюда.
- К чему эти пустые разговоры. - Максим печально улыбнулся. - Симптоматическая терапия, как я понимаю, вряд ли даст положительные результаты, да и не хочу я остаток дней провести в больничных стенах. И насчет того, что у тебя не было выбора, я тоже верю и не держу зла. - Проведя рукой по ее волосам, мужчина приник долгим поцелуем ко лбу. - Алиса, как ты не понимаешь, - прошептал он, приподняв женщину и прижавшись щекой к ее виску, - я благодарен уже за то, что ты дала надежду смертельно больному человеку. За то, что зная, что скоро умру, я еще могу верить и надеяться, что этого не случится. Что я не умру и однажды проснусь в другом мире, пусть не таком прекрасном, как этот, но там я буду здоровым. Разве это не удивительно? Жить с такой вот мечтой.
На глазах у Алисы выступили слезы. Это были слезы отчаяния и бессилия перед коварной судьбой. Она снова проиграла. Первый раз, когда не смогла погасить долг, а сейчас, когда признала отсутствие плана по спасению Нестерова.
- У нас еще осталось немного времени. - Стерев соленые капли с лица, Алиса встала и взад-вперед заходила по комнате.  - Мы не должны сдаваться, я не должна. Выход всегда есть, надо просто усерднее думать. Стоит поговорить с Лексом, может у него есть какие-нибудь идеи. Он же давно работает в этой системе.
Она заламывала руки и металась по гостиной в таком отчаянии, что Максим встал и, обняв Алису, заставил остановиться.
- Успокойся. Ничего не надо придумывать. - Он крепче прижал ее к груди. - Просто будь со мной рядом, а потом уйди без сожаления. Очень тебя прошу. Не хочу, чтобы из-за меня ты загубила свою жизнь.
- Я уже загубила, - глубже зарывшись в его теплые объятия, вздохнула Алиса, - когда позволила себе мечтать о сыне моих приемных родителей. Вначале просто хотела увидеть, потом заинтересовалась, почему ты не живешь хорошо в этом прекрасном мире. А осознав твои мучения от воспоминаний несчастливого детства, постаралась их заменить, как мне казалось, на менее болезненные. Каждый день в течение пяти лет я приходила к тебе и разговаривала, хотя понимала, что ты никогда меня не услышишь. Незаметно для себя по уши влюбилась, прекрасно осознавая, что ты можешь оказаться совсем не тем мужчиной, какого я нафантазировала. Твои родители, конечно, не знали о моей любви, да я бы и не смогла признаться, что испытываю к их сыну особенные чувства.
 
- Почему? - Приподняв лицо Алисы за подбородок, Нестеров заглянул ей в глаза.
Странно, еще совсем недавно Алиса казалась ему непривлекательной, а сейчас он смотрит на ее нежные черты лица, на мягкие губы, на щеки с милыми ямочками и на ум приходят моменты, когда она в порыве страсти выкрикивает его имя, или когда откидывается на подушки, а на лбу блестят капельки пота. Хитрая улыбка, когда она с гордым видом заявляет, что сняла ему номер в гостинице или смешинки в глазах, когда он пытается понять, как ей удается совладать с запертыми дверями. Те же самые чувства, которые он испытывал еще в студенческие годы. Если это не любовь, то он просто не знает что это.
- В их глазах ты мне брат, а я твоя сестра. – Между тем продолжила Алиса. - Пусть и не кровная, но в другом качестве они меня никогда не рассматривали. Если случится чудо и у меня получится тебя вытащить, думаю, там мы не сможем быть вместе.
Алиса потупила взгляд, понимая, что только что озвучила самую страшную свою тайну. Давным-давно родители Максима приняли ее как дочь, но никогда не примут в качестве невестки. Им бы и в голову не пришло, что Алиса столько лет заботилась об их сыне, не испытывая к последнему родственных чувств.
- Думаю, ты ошибаешься. –Алиса медленно подняла глаза, еще не веря в услышанное. Глаза Нестерова сверкали решимостью, и весь облик источал такую уверенность, что у Алисы забрезжила призрачная надежда. - Если случится чудо и я не умру, то пусть даже весь мир будет против, я никогда тебя не оставлю. Я слишком далеко зашел и отступать уже поздно. А родители, пускай обвиняют во всем меня, их право. Пока ты будешь желать видеть меня рядом, я буду рядом.
Это были самые прекрасные слова, которые она когда-либо слышала и глаза Алисы вновь наполнились слезами. Что-то она слишком сентиментальной стала.
- Ответь мне, давно хотел у тебя спросить. - Поинтересовался Максим. - А что это за странные цифры. Восемь, шесть, три? Помнишь, ты просила их запомнить. - Алиса кивнула. - Так вот. Я их увидел, когда ночью возвращался на машине из Питера. Эта комбинация была написана мелом на синем указателе. Я как раз раздумывал, в какую сторону повернуть и выбрал стрелку с этими цифрами. И, как оказалось, был прав. Мне интересно, это просто совпадение или нет.
- Не просто совпадение. - Алиса улыбнулась. - У каждого человека есть определенное счастливое или наоборот несчастливое число. Или комбинация цифр как, например, тринадцать. А у тебя таким счастливым числом является восемьсот шестьдесят три. Так заложено программой. Я это узнала и передала комбинацию тебе. Очень рада, что помогла.
- Как просто. - Покачал головой Нестеров. - А я ломал голову, отыскивая в цифрах какой-то особый смысл.
- Номерной знак на Прадо тоже восемьсот шестьдесят три. - Подсказала Алиса.
- Правда? - Совершенно искренне удивился Нестеров. - Даже внимания не обратил.
- Ты был сильно увлечен своим гневом, когда пытался убедить меня не тратить на тебя деньги. - Хохотнула Алиса. - Но я должна была тратить, потому что у моего любимого мужчины должно быть все самое лучшее.
Максим улыбнулся в ответ на ее слишком откровенные слова, подтверждающие ее безграничную любовь, и что-то хотел добавить, но внезапно его красивое лицо исказила гримаса боли и он поспешно выскочил в уборную, пригрозив при этом Алисе, ни за что не врываться к нему через запертую дверь.
Пока его тошнило, Алиса сидела возле двери, обхватив руками колени, и прислушивалась к звукам, исходящим изнутри. Пока они есть, он жив, а если звуки смолкнут, она не сдержит обещание и ворвется внутрь. Ей хватило одного раза, когда он едва не умер. Хоть тогда она знала, что с Максимом будет все хорошо, но увидев его без сознания на полу, сама едва не лишилась рассудка.