На нее запрет. Дочка Шаха (СИ)

Мне пора собираться. Подрядчики через час будут на стройке, осталось кое-что обговорить, прежде чем подписывать договора, но я остаюсь на месте.
Тупо пялюсь на экран в ожидании ответа. Внутри все раздирает, захлебываюсь накатившими разом эмоциями, которые окрашивают мое утро кровавыми тонами. Камилла не отвечает, даже не прочитала сообщение. Могу позвонить, но в таком состоянии сам себе не доверяю. Достав пачку сигарет, подбиваю одну. Прикуриваю и глубоко затягиваюсь, еще раз. Дает мнимое ощущение успокоения.
Открываю экран телефона, пусто. Перечитываю вопрос, думаю над ответом. В себе хочу разобраться. Представляю заданную Камиллой ситуацию. Урою утырка, который ее трону, тут без сомнений. Ребенка признаю, воспитаю, как своего. Не обижу никогда. Помню, как отчим относился ко мне. Тогда я боялся скандалов, боялся, что он маму начнет обижать, поэтому молча сносил побои, оскорбления. Лучше отказаться от женщины, но не травмировать психику ребенка. Он в чем виноват?
Боюсь, что Ками я не отпущу, не смогу просто. Легче не дышать. Вариться буду в ревности, но от нее не откажусь. Хотя боюсь, что эта самая ревность нас как пару уничтожит. Я ведь помешан на этой девочке. Не проглочу, что у нее другой был, даже если его прах развею по ветру.
После второй подряд выкуренной сигареты иду в душ. Даю голове замерзнуть под холодной водой, но в груди так печет, словно лаву проглотил. Нельзя в таком состоянии идти на переговоры. Принимаю решение перенести встречу и спуститься в спортзал, обычно работа с грушей помогает выплеснуть разрывающую изнутри ярость.
Беру в руки телефон, наверху иконка мессенджера. Почти уверен, что сообщение от Камиллы, но прежде чем прочитать, втягиваю носом воздух, наполняю легкие, как перед прыжком.
«Сон приснился, что за тебя замуж собираюсь, а у меня ребенок от другого мужчины. Вдруг сон пророческий?»
Пророческий сон, мать его!
Отшвыриваю телефон. Руки, как у алкаша трясутся. Хапнул эмоций. Утро было «добрым»! Была бы Камилла рядом…
И что бы я сделал? Наорал и под холодный душ затащил? А потом затрахал так, чтобы всякий бред в голову не лез даже во сне?!
Встречу не отменяю, хотя в спортзал следовало бы сходить. Адреналин до сих пор в крови гуляет, передоз у меня случился, просто так не разогнать. Тут или драться в кровавые сопли или жестко трахаться. Ни того, ни другого прямо сейчас не организовать. Второго тупо по тому, что не хочется с другими. А с Камиллой так не получится, даже если бы я был в Москве.
В машине печатаю ответ, она ведь ждет. Наверняка ждет, смутьянка и провокаторша.
«Если задаешь такие вопросы, значит, во мне не уверена. Приеду, будем исправлять» - отправляю. Тут же пишу еще одно.
«Я от тебя не откажусь, но рожать будешь только от меня, принцесса. Других мужчин у тебя не будет».
На второе сообщение тут же приходит ответ.
«А у тебя будут другие женщины?»
Копирую первое сообщение и отправляю.
Реально ведь не додаю, раз она сомневается. Придется прогнуться, поменять привычки выработанные годами. Ее счастье первостепенно. Недостаточно сделать Камиллу своей, я хочу, чтобы она раскрывалась рядом со мной, улыбалась, радовалась, смеялась, была счастлива. Телефон пиликает, когда я въезжаю на стоянку. Люди меня уже ждут. Открываю сообщение, потому что оно от Камиллы. Любое другое проигнорировал бы.
«Если бы ты мне изменил, не приняла бы и не простила».
Я должен давать ей уверенность. Раз такие мысли приходят в голову моей девушке, я сильно косячу. Обещаю себе исправиться, а пока иду к подрядчикам пишу и отправляю ответ.
«Мне не нужны другие, Ками. Исключай подобные ситуации, их не будет».
Глава 42
Камилла
В выходной подрываюсь рано, хотя всю неделю мечтала отоспаться. Можно было бы позволить себе отдохнуть, но мозг сигнализирует, что пора вставать и наводить красоту. Скоро за мной заедет Бессонов. Он вчера вечером прилетел обратно в Москву. Я к тому времени уже вернулась домой с работы, поэтому увидеться не получилось. Слишком большая морока – найти повод, чтобы заехать к нам в гости. Лева обязательно бы что-нибудь придумал, я сама отказалась. Рано пока сообщать родителям, что мы вместе. Если папа узнает, что я на первом свидании с Бессоновым зашла намного дальше, чем за два года встречалок с Андреем…
 
Даже думать не хочу, что нам запретят видеться. Мне нравится Бессонов, я хочу быть с ним. Хотя нравился он мне всегда, а теперь это что-то большее. Безумие, наваждение…
Достаю из-под подушки телефон, пролистываю вчерашнюю переписку наверх. Закусив губу, перечитываю.
«Я в Москве, хочу тебя увидеть»
Читала вчера, а дыхание сбивается, будто впервые вижу текст.
«Сегодня не получится, я уже дома»
«Приеду»
«Не надо, Лева. Завтра увидимся, если у тебя будет время»
«С утра заберу»
Листаю ниже.
«Спишь?»
Прислал вчера в первом часу ночи. Как тут уснешь, если мысли о завтрашней встрече?
«Нет»
«Хочу тебя увидеть. Видеозвонок?»
«Ок» - не сразу ответила, сначала к зеркалу побежала. Быстро расчесалась, губы покусала, щеки пощипала, свет приглушила.
Сердце пробивает грудную клетку, пока пропускаю два звонка и лишь на третий принимаю вызов. Видно, что уставший, но разве этого красавца хоть что-то может испортить?
- Привет! – улыбается. Блин, у меня дыхание сбивается. Смущает откровенным взглядом. Поправляю бретельку топика, которая сползла с плеча, немного оголяя грудь.
- Как долетел?
- О тебе думал весь полет, не заметил, как посадку объявили, - вроде шутя, а я все равно таю. Приятно слышать всякие нежности. Я ведь тоже постоянно о нем думала, но сознаваться даже в шутливой форме не стану. Молчим. Он смотрит: жадно, голодно, хищно. А у меня голова кружится. – Хочу видеть тебя каждую ночь в своей постели.
На ум приходит несколько шуток, но язык, словно к небу прирос.
- Вряд ли Марат Шахов позволит мне переехать к вам, - не получается произнести весело и легко, дыхание сбивается под градом эмоций.
- Я попробую его уговорить, - его улыбка вселяет надежду. Он произносит легко, будто не видит в этом никакой трудности. Не могу разделить его уверенности, но сейчас мне меньше всего хочется его переубеждать. За эти почти две недели мы впервые говорим по видеосвязи. – Чем занималась, пока меня не было. Помимо того, что провоцировала меня на убийство.
- Чем это я провоцировала? – закусываю губу, потому что хочется рассмеяться.
Конечно, провоцировала и получила удовольствие, когда он отреагировал. Некрасиво было использовать Сергея, но я не раскаиваюсь. Ничего ведь не обещала. Бессонов наверняка видит, что мои наглые таракашки танцуют в глазах ламбаду, но я не могу их спрятать. Слишком искрит мое настроение.
- Прекращай таскаться на свидания с самоубийцами, - его взгляд меняется, в нем появляется знакомая мне темнота, но она не пугает. Скорее возбуждает. Мне кажется, я знаю, как ее укротить, но пока не буду. Мне нравится нарываться, ходить по краю пропасти. Мое доверие к Леве выше, чем к себе самой. Он будто знает мои границы, знает, чего я хочу. Не указывает, что делать, Бессонов дает мне возможность наделать ошибок, но при этом он будет рядом, будет страховать и защищать.
- Это были дружеские посиделки.
- Завтра обсудим, с кем моей девушке не стоит водить дружбу, - меня его грозный тон голоса вот совсем не пугает, хотя я знаю, каким жестким и категоричным может быть Лева. – А сейчас ложись спать. Я приеду рано, постарайся хоть немного выспаться.
- Спокойной ночи, - нехотя прощаюсь. Я готова всю ночь висеть с ним на телефоне, но действительно, наверное, лучше выспаться, завтра садиться за руль мотоцикла. Никто из нас не спешит обрывать видеозвонок. – Спокойной ночи, - еще раз прощаюсь, слышу ответ и нажимаю отбой.
Телефон в руке вибрирует. Зависла в воспоминаниях. Со мной это последнее время часто происходит.
«Привет. Вижу, что не спишь. Через сорок минут буду у тебя»