Найти себя

Дик облегченно вздохнул.
— Приятно все же узнать, что некоторые вещи остаются неизменными.
— Согласна. — Полли потянулась за новой картофелиной.
Мейсон тем временем начал чистить лук.
— Полл...
— Да?
— Я... гм... хочу сказать тебе, что на самом деле ничего не имел против твоих литературных увлечений. Просто временами мне бывало досадно, когда ты уходила в клуб.
— Я нуждалась в этом, Дик. Это помогало мне доказать самой себе, что я способна на нечто большее, чем быть обычной домохозяйкой.
— Обычной домохозяйкой? — Мейсон рассмеялся. — По-моему, это неподходящее определение для женщины, которая превосходно ведет дом, растит ребенка и развлекает на балах представителей высших слоев общества, помогая мужу развивать бизнес.
— Кроме того, я еще тратила массу времени, размышляя о том, какая я несчастная, — усмехнулась Полли.
— Если кто-то из нас и тратил время попусту, детка, так это я, — возразил Дик. — Я должен был почаще говорить тебе, как горжусь тобой и всем, что ты делаешь. Но я был занят улучшением качества записи звука на своих студиях, а этот процесс бесконечен, потому что постоянно появляются технические новинки в этой области. Мне необходимо было учитывать все эти моменты, чтобы поддерживать работу фирмы на должном уровне...
И чтобы ты в конечном итоге могла гордиться мной, чуть было не произнес Мейсон вслух, но вовремя остановился. Что толку говорить об этом сейчас, когда столько воды утекло?
— Впрочем, какая разница! — бодро заметил он. — Все это уже в прошлом. — Некоторое время Дик продолжал сосредоточенно резать лук, потом прокашлялся. — По крайней мере сейчас я знаю, что ты уходила в клуб не потому, что хотела убраться подальше от меня.
— Мы с тобой не так уж и часто виделись, чтобы у меня возникло желание избегать тебя, — сдержанно заметила Полли. — Мне лишь хотелось стать лучше, достичь какого-то нового уровня, чтобы быть достойной тебя.
— Ты не нуждалась в этом. Ты и так была достаточно хороша, — буркнул Мейсон. Он осознавал, что это прозвучало грубовато, но ему претила мысль о том, что Полли нуждалась в каком-то улучшении. Это она-то, его Полли?
— Нет, я испытывала такую потребность. Ведь у меня всего лишь школьное образование.
Дик отложил нож, взял Полли за плечи и слегка тряхнул ее.
— Ты отлично училась! Единственной причиной того, что ты не поступила в какой-нибудь колледж, являлся наш брак. Мы поженились сразу по окончании школы, в противном случае все было бы совсем иначе.
— Я понимаю, но...
— Мы обсуждали это, помнишь? Пытались выяснить, сможем ли учиться и вести семейную жизнь. При этом я больше думал о тебе, потому что к тому времени уже занялся музыкальным менеджментом, где удача зависит не от образования, а от упорства с хорошей долей везения. Брайан Эпстайн, например, был неприметным владельцем магазина грампластинок, до того как стал менеджером группы «Битлз». — Мейсон вздохнул. — Но тогда моих доходов еще не хватало для содержания семьи и тебе пришлось устроиться официанткой в кафе...
— А потом родилась Кэт, — улыбнулась Полли.
— Господи, всем, чем я владею сейчас, я обязан тебе, Полли! Неужели ты думаешь, что я этого не понимаю? Если бы не твоя поддержка и тот факт, что ты пожертвовала своим образованием ради...
— Ничем я не жертвовала, Дик, — перебила его Полли. — И ты ничем мне не обязан. Поступать в колледж мне хотелось гораздо меньше, чем выйти за тебя замуж.
— Да, я знаю, — тихо произнес Мейсон, беря ее лицо в ладони. — Я тоже в то время был одержим подобными мыслями — жениться на тебе, сделать тебя своей. По сути, я поступил очень эгоистично.
— Нет, это не так!
— Именно так! — возразил Дик. Его взгляд блуждал по лицу Полли, задерживаясь на губах. — Я с легким сердцем позволил тебе отказаться от того, о чем ты, возможно, мечтала, чтобы реализовать собственный замысел.
— Но твое дело имело для тебя очень большое значение. Ты хотел добиться успеха...
— Я хотел быть с тобой. С тобой одной. А после того как ты действительно стала моей, у меня появилось желание дать тебе все, что только возможно, потому что ты столь многим пожертвовала ради семьи.
 
— Говорю тебе, что я ничем не жертвовала, — повторила Полли со слезами на глазах. — Я любила тебя, Дик, и хотела помочь.
— А мне необходимо было заслужить твою похвалу и дать тебе возможность гордиться мужем, — признался Мейсон.
Оба умолкли.
Если бы я знала? — думала в эту минуту Полли.
Если бы я сумел понять? — досадовал Дик. Неужели уже слишком поздно? — гадал он. Неужели нельзя повернуть вспять все эти долгие годы? И захочет ли этого красивая, зрелая и уверенная в себе женщина, стоящая сейчас перед ним? Она превратилась в незнакомку, его Полли. В постороннюю женщину со своей собственной жизнью.
Полли волновали похожие мысли. Можно ли вернуть утраченное? Они оба стали такими разными — она и этот привлекательный и подтянутый человек, некогда бывший ее мужем, а сейчас вращающийся в высших кругах общества.
Кроме того, существует еще Синтия Стикс. Молодая женщина, с которой Дик помолвлен. И которую любит.
У Полли сжалось сердце. Как глупо! Разве можно было это забыть? Они с Диком развелись, и он со временем нашел себе другую женщину, которая заменила в его жизни и сердце прежнюю жену.
Полли прерывисто вздохнула. Дик смотрит на нее так странно... Ах, как заманчиво поверить — хотя бы на мгновение, — что он любит ее! Но она знала, что это неправда. То, что она приняла за любовь, на самом деле является сожалением о той боли, которую они причинили друг другу. Возможно, к этому примешивается сочувствие. Но не более того.
— Полл... — начал Мейсон с нежностью в голосе. — Полл, мне так жаль...
— Брось! — поспешно прервала его Полли. Сочувствие еще куда ни шло, но в жалости она не нуждается. Этого ей меньше всего хотелось от Дика. — Не стоит лить слезы по сбежавшему молоку.
— Но... — попытался что-то сказать Мейсон.
— Да-да! — Полли тряхнула головой. И даже улыбнулась, хотя это далось ей с трудом. Ей во что бы то ни стало необходимо избежать извинений Дика. Она хочет услышать от него совсем другое. То, о чем даже боялась подумать. — Кстати, похоже на то, что наше вынужденное совместное пребывание здесь проходит не без пользы. Если бы этого не случилось, у нас никогда не было бы возможности обсудить прошлое и внести ясность в некоторые вопросы.
— Ты права, — согласился Мейсон. — Можешь ли ты простить меня за то, что я причинил тебе боль?
— Конечно, — улыбнулась Полли еще шире. Сейчас это было уже легче сделать, потому что иного выбора у нее нет. — Надеюсь, что и ты простишь меня, я ведь тоже не без греха. И мы заживем спокойно: каждый своей жизнью, но без обид друг на друга.
Тоненький лучик надежды в душе Дика мигнул и погас.
— Ты с Шерманом...
— А ты с Синтией Стикс...
Ее глаза сияли радостью. Забавно, но пару минут назад Мейсон имел глупость принять эту радость на свой счет.
— Какие мы с тобой везучие! — заметил он. — Некоторые за всю жизнь так ни разу и не влюбляются, а нам это удалось дважды.
Мейсон говорил одно, а думал совсем другое. Ему безумно хотелось притянуть Полли к себе и целовать до тех пор, пока самое воспоминание о Шермане не выветрится из ее памяти. Тогда свободное место мог бы занять он.
— Огромная удача! — еще раз печально улыбнулся Дик и отвернулся, чтобы вновь заняться шинковкой лука.
Полли смотрела на него, чувствуя, как на глазах закипают слезы.
— Проклятый лук! — воскликнула она, утираясь тыльной стороной ладони и смеясь. — Ты режешь его, а я страдаю. Почему такая несправедливость? — Мейсон, погруженный в свои мысли, лишь пожал плечами. — Итак, — продолжила Полли, — что же у нас на ужин? Тушеный картофель?
Тут Дик улыбнулся, словно наконец очнулся, после чего отложил нож, вытер руки полотенцем и открыл холодильник. Затем он с видом фокусника извлек оттуда несколько консервных коробочек и выложил их на стол.