Дорога к озеру Коцит (СИ)

— Кто ты, дьявол? — её тихий восторженно-испуганный голос сладким потоком взорвался в моей груди.
— Сегодня, я хозяин твоей ночи.
— Как славно, что ночь только началась.
  
Глава 7. Лабиринт. Часть 4
 
Я умиротворённо смотрел, как она выходила из замершего в темноте озера. Капли воды разлетелись пьяным ветром, когда она вскинула голову, раскидывая в стороны свои чарующие волосы. Глаза её были всё ещё удовлетворенно полуприкрыты, а губы ностальгически дрожали. Сбросив с бедра задержавшуюся каплю, она изящно легла в траву, с интересом заглядывая мне в глаза.
— Она красивая? — в вопросе не было ревности, лишь искреннее желание узнать.
— Ещё немного вина и я позволю себе сравнить её с твоей тенью, — я рассеянно бросил камень, поднявший в тихом озере каскад незапланированных брызг.
— Значит, очень красивая, — длинноволосая хитро улыбнулась. — Красивая и гордая. Как жаль, что она отказала.
— Мне больше жаль, что я трезвею, милая, — мне действительно было искренне жаль. — Я так не хочу трезветь.
— Всем нам когда-нибудь приходится трезветь, дьявол, — голос подарка ночи дрогнул, — и часто мы бы предпочли оставаться в пьяном неведении. Просто желать, просто смеяться, просто жить — жить секундой, мгновением. Не думать ни о чём, не сомневаться ни в одном поступке. Любить друзей и карать врагов, кричать и быть вечно правым. Но… — она поцеловала воздух, — это, наверное, было бы слишком легко и вероятно слишком быстро. Так может быть всё-таки надо иногда трезветь? А, дьявол?
— Но не сегодня, — я решительно встал. — Сегодня протрезветь меня не заставит само пламя. Извини, ласковая, мне пора.
— Весёлой ночи, дьявол, — она немного разочарованно обняла себя за плечи, — будешь рядом, заходи. Я попробую сделать тебя пьяным.
Я поднял руку в прощальном жесте, а потом деревья вновь раскрыли передо мной скрытую под вуалью ночи тропу.
— Кэй! Кэй, дружище! — Раск бешено размахивал руками, в одной из которых был уже догорающий факел, а в другой полупустая (хотя возможно и полуполная) бутылка с вином.
Я молча подошёл к искренне обрадованному дьяволу и, хитро подмигнув, ловко выхватил бутылку из его давно нетвёрдой руки. Каждый новый дурманящий глоток радостно хохотал, оказываясь во мне. И пока этот хохот не перерос в неясный, разбивающий прибой я не смог отрываться от бутылки. К сожалению, к этому моменту она как раз подошла к концу, в связи с чем бородатый дьявол издал горестный вздох.
— Это была последняя бутылка, — он укоризненно посмотрел на меня.
— Значит, начнём пить заново, — я зашвырнул отслужившую своё бутылку в кусты. — Ведь нам для этого хватит и золота, и конечно жажды.
— И я как раз знаю одно весёлое место неподалёку, — бородач весело захохотал и хлопнул меня по плечу.
— Так сделаем его ещё веселее.
Как ни удивительно, но местный дьявол не ошибся в своих оптимистичных прогнозах по поводу сроков окончания нашего маленького путешествия. Уже минут через двадцать мы оказались в непосредственной близи от очередной древообразной таверны. Она была несколько меньше первой, уже отмеченной моим присутствием и вместо музыки оттуда доносились пьяные крики. Чем хороши такие места, так это тем, что в них ты не боишься испортить царящую атмосферу своим пьяным поведением, так как другого там просто не предусматривалось.
— Отличное место, — знакомо отрекомендовал мне это подозрительное заведение мой партнёр по времяпрепровождению.
— Не сомневаюсь, — я решительным движением толкнул уже почти слетевшую с петель дверь.
Дверь привычно скрипнула, и мы оказались в тесноватом помещении, наполненном дымом, руганью и до краёв пьяными дьяволами. Раск неуверенно-вальяжной походкой завсегдатая начал пробираться к вероятно последнему свободному столу в зале. А после того, как мы, наконец, достигли этой заветной цели, пришлось долго и уныло выискивать свободного официанта. Здесь, вместо милой девушки, им оказался довольно вороватого вида парень со свежим шрамом на скуле.
 
Вино также вполне соответствовало местной системе ценностей. Кислое и в остальном довольно безвкусное оно, тем не менее было гораздо лучше пустой бутылки, которой мы обладали до этого. Сказав какой-то невнятный тост, мой компаньон с энтузиазмом начал дегустацию поданного нам алкоголя, а я немного огляделся, рассматривая местный контингент.
По-хорошему смотреть было не на что. Все представленные здесь дьяволы обладали достаточно скучными, хотя и довольными лицами. Женщин было не много, и, учитывая мою недавнюю встречу у озера, они также вызвали во мне минимум интереса. Единственное, что привлекло моё несколько рассеянное внимание, так это явно намечающаяся в одном из углов таверны драка.
Две небольшие группы дьяволов медленно поднимались из-за своих столов и выкрикивая недвусмысленные угрозы, явно собирались сходиться друг с другом вплотную. Начал драку самый маленький и, как водится, самый крикливый дьявол, запустив увесистую кружку в голову своего оппонента.
Хрупкая плотина рухнула, и в воздухе замелькали яростные кулаки сцепившихся посетителей. А учитывая уже упомянутую мной тесноту, драка из локальной быстро переросла в практически всеобщую. В стороне от этого стихийного события остался только наш столик и естественно лишь благодаря мне. Даже у пьяного, у меня хватало мастерства отшвыривать любого подошедшего на неудовлетворяющее меня расстояние.
Говоря честно, подобные драки я крайне не любил. И не любил вероятно потому, что мягко говоря слабо владел приёмами рукопашного боя. В них у меня, как правило, не было никакой надобности. А вот мой недавний приятель всё порывался подняться и поучаствовать в веселье. Во избежание трагичных последствий приходилось мягко усаживать его обратно. После этого он удивлённо оглядывался и вновь припадал к всегда наполненной кружке.
Постепенно пьяное сражение начало стихать. Последние, самые азартные участники продолжали лениво и неопасно бить друг друга, но уже минут через пять умолкли и они. К этому же времени кончилось наше вино и мой интерес к этому, изрядно порушенному месту. Раск уже увлечённо спал, уронив голову на стол. Я решил не нарушать безапелляционный ход его сновидений. Вместо этого я кинул хозяину пару золотых монет, попросил присмотреть за моим другом и взял ещё одну бутылку вина.
— А ну стой, урод! — какой-то явно всё ещё не отошедший от пожара драки дьявол нетвёрдо, но с достаточно очевидными намерениями пробирался ко мне.
— Догоняй, — я снисходительно усмехнулся и продолжил свой путь к выходу. Драться по прежнему не хотелось.
Обломок стула больно ударил в плечо, когда я был уже почти у самого выхода. Мои руки машинально легли на рукоятки мечей. К сожалению, этого хватило для того, чтобы приоткрыть двери, предрекая визит до поры дремавшей смерти. Мне по-прежнему не хотелось драться. Теперь мне хотелось убивать. Резко повернувшись, я увидел, что мой недоброжелатель уже обзавёлся небольшой армией своих сторонников. Ну, что ж так будет чуть честнее. Чуть-чуть.
Нагло улыбаясь, я устремился к ним спокойным и очень опасным, для понимающих, шагом. Но эти представители местного населения к когортам понимающих относились вряд ли.
— Вали, его! — огромный толстый дьявол широко замахнулся немаленькой лавкой, едва не задев при этом своих товарищей. На его лице горела искренняя и, в общем-то, не слишком злая улыбка. С этой улыбкой он и отправился в мёртвые земли. Остальные, не сразу осознав произошедшее, несогласованной толпой бросились на меня. Через десять секунд все они лежали с изумлёнными лицами, щедро заливая грязный пол багровой кровью. А смерть снова довольно хохотала на моих напившихся клинках.
Тихий, испуганный вскрик оторвал меня от созерцания этой картины. В семи шагах от меня стояла вульгарно одетая девушка, закрыв предавший её рот дрожащими руками. В её пьяных глазах роился разрывающий ужас. На меня медленно начало снисходить осознание сотворённого. Ведь я мог просто расшвырять их в разные стороны, как увядшие листья. Зачем мне были нужны их жизни? Или они были нужны не мне?