Дорога к озеру Коцит (СИ)

— Шииинн, — на этот раз звук исходил уже с другой стороны, и в нём отчётливо звучала враждебность. Но пока и это мало смущало меня, — я продолжал своё сражение с тьмой.
— Шааайй! — а вот это шипение походило уже на тихий крик, побуждающий на немедленные и жёсткие действия. Огонь бы с этим криком, но практически одновременно с ним прямо возле моего лица пролетел небольшой, но от этого не менее опасный камень.
Вот теперь я замер, стараясь создавать как можно меньше шума и надеясь, что невидимый стрелок подставит себя, а вместе с собой и свой Путь под благословенный пламенем свет. Элати замерла рядом со мной, также ища взглядом возможность нанести удар.
— Шааайй! — теперь этот проклятый крик раздавался практически отовсюду, несколько камней карающими стрелами устремились к нам. Большинство из них, как и первый, пролетели мимо, несколько нам удалось отбить мечами, но пару всё же попали в цель. Один весьма чувствительно ударил меня в плечо, другой оставил на щеке у Элати глубокую царапину.
— За мной! — стоять дальше было больше не актуально, видимо запахи выдавали нас не хуже звуков.
Я со всей мне отмеренной скоростью упрямо двинулся всё в том же направлении, тем более что оттуда летело не так много снарядов. Позади просвистело ещё несколько камней, жаждущих нашей крови. В круге света появилась пара атакующих, я столкнул их лбами друг о друга и на ходу пронзил клинками. За плечами раздался обрывающийся стон, видимо кто-то из безглазых был настолько глуп, что подошёл к Элати на расстояние длины её меча.
— Куда, мастер, они везде! — голос ангела срывался на панический крик. — Что ты хочешь найти там, кроме очередного камня в голову!?
Как ни мало было у меня времени для отвлеченных действий, его всё же хватило на то, чтобы резко развернуться и отвесить небесной леди оглушительную пощёчину.
— Закрой рот, сожми мечи и докажи, наконец, что Храм Светлой Стали рождает воинов, а не истеричек! За мной! — и пощёчина, и обвиняющая фраза требовались во многом не только для неё, но и для меня. Я тоже находился на самом краю срыва и с трудом удерживал леденящие душу мысли в себе, не выплёскивая их в равнодушную темноту.
Элати вроде немного пришла в себя, но я вполне понимал, что это может и повториться и, в общем, было отчего. По моим последним расчетам мы оказались в не очень плотном, но крайне недоброжелательном кольце этих тварей. Пока нам удавалось отбиваться и даже наносить некоторый урон врагу, но долго так продолжаться не могло. Темнота извергала из себя всё новых своих обитателей, и те не жалели ни летящих в нас камней, ни страсти в своём холодящем сердце шипении. Нас выручало только отсутствие в рядах нападавших метких стрелков, да невеликие познания местных воителей в искусстве сражения.
Бешено шипя, из темноты выпрыгнул очередной её пасынок. Его я срезал ещё в полёте, даже не прибегая к работе с Путём. Однако насладится изяществом своего удара не получилось, неожиданно-удачный камень попал мне в ухо, оглушив на несколько драгоценных секунд, в глазах заискрилось. Моему бренному и размявшему телу пришлось опереться на Элати. Мельком я взглянул на неё, выглядела леди ещё хуже меня. На скуле её виднелся кровоподтёк, всё лицо было в крови от царапин, на руках сияли синяки, а во взоре читалось спокойное ожидания чудовищной смерти.
— Держись, леди, держись — они скоро закончатся, — я позволил себе истерический смешок. — Вы же скоро закончитесь?! Скоро, выжги вас вечное пламя?! — страх ушёл, уступив своё незавидное место хохочущей ярости. Как по заказу во владениях света появился новый враг. И его дорога из владений света во владения смерти не заняла много времени. Я заревел, как раненый ураган, глаза застилал туман войны, мечи танцевали и алкали крови. Теперь уже я бежал на каждый услышанный мной звук, бежал, находил и убивал. Камни всё ещё летели в меня, но пожар в моих глазах они погасить не могли. Краем разума я осознавал, что делаю, и понимал, что когда пройдёт эта пляска смерти, а это должно было случиться уже скоро (силы мои, увы, не были безграничны), то ярость вновь уступит место страху. А страх сожрёт меня гораздо лучше этих тварей. И я подпитывал эту обречённую ярость из последних дьявольских сил. Я бросался на каждый шипящий звук, который мог услышать. Я дико смеялся, расплёскивая их бледно-розовую кровь. Я превратился из ищущей жертвы в безумного охотника.
 
Отрезвили меня грубо и тривиально, камнем в коленную чашечку. От боли огонь в глазах сменился на пепел. Я упал, тут же попытался встать, снова упал и захрипел от накатившей боли. Из темноты выпрыгнули две тощие фигуры, я зашвырнул их обратно со всей данной мне властью. Сильные руки подхватили меня и подняли с холодных камней. Я вновь опёрся на Элати. Клинок ангела был весь в крови, а в глазах лежала усталость.
— Ну, ты и зверь, мастер, — Элати невесело усмехнулась, и усмешка эта была такой же усталой, как и её золотые глаза. — Похоже, это были последние волонтёры безглазой армии, которые отважились подойти к тебе. Остальные разбежались по своим норам, — она снова показала темноте грустную улыбку. — А теперь мы ещё и небо знает где находимся, — ты не жалел свои ноги, они пробежали не мало и не прямо.
— Ну, теперь, как видится, мне ещё долго не бегать на балы Трёхрогого, — пришла моя очередь для печального оскала. — Хорошо попали гады, колено раскалывается, как голова после пьяной ночи.
— А мне крыло порвали, будет тяжело взлетать какое-то время, — Элати дотронулась до раны и скривилась от боли, — хорошо хоть кровь идти перестала. Хотя я и раньше не слишком талантливо парила, — добавила она через короткую паузу.
— Интересно, они вернутся или мы, наконец, доказали своё право ходить здесь, как дома? — вопрос на самом деле был немаловажный, — поиски наши прервали практически в их начале, и мне бы крайне не хотелось, чтобы это повторилось вновь. Следующий раз, скорее всего, станет последним.
— Упрямый ты, дьявол, думаешь с третьей попытки мы придём туда, куда надо? — сарказм в словах ангела был явным и целенаправленным.
Я усмехнулся в ответ. — Надо попробовать, тогда и узнаем.
Мы присели на безмолвные камни, собираясь с новыми и уже с трудом достающимися силами. Около получаса мы просто сидели, тупо смотря в опостылевшую темноту. Кроме колена у меня болело в той или иной степени практически всё, та же ситуация была и у ангела. Проклятые камни сделали своё слепое дело, вымотали нас до предела. Требовался как минимум день обильного отдыха. Жаль, но его у нас не было, запасы воды подходили к своему логическому завершению, и сейчас надо было либо поворачивать обратно, либо сжимать зубы и идти, а в моём случае хромать к ещё ненайденному выходу. Тем более, что недалеко от него был источник чистой, ледяной воды. При этой мысли я даже взмахнул в раздражении рукой. Наша вода уже давно потеряла и вкус и прозрачность.
Я тяжело встал, проклиная всё, до чего мог дотянуться мой выдыхающийся разум. Следом за мной встала Элати, она была более лаконична, но не менее искренна. Мне пришлось достать один из моих бесценных мечей и тратить искусство его создателя на то, чтобы опираться на него при ходьбе. С моей точки зрения унижение для такого оружия, но выбора не было, — леди свой меч отдать отказалась.
— Пошли, — последние остатки моей галантности давно растворились в вечной тьме этой пещеры.
— Иду, — огрызнулась в ответ Элати.
И мы, медленно и настороженно, вновь устремились в объятья темноты, объятья крепкие, но отнюдь не ласковые.
— А, великое небо! — Элати вновь споткнулась о случайный камень. — Мастер, скажи честно, твоё сердце ещё греет хвалёное пламя надежды на пусть не счастливый, но хотя бы не смертельный исход наших затянувшихся поисков. Лично в моём уже давно веселиться злая метель.
Я промолчал. Уже третий час мы блуждали всё в той же, оскорбляющей взоры темноте. После некоторых усилий мне удалось разыскать то место, с которого нас согнала моя нежданная ярость. Как ни странно, оно оказалось не так уж далеко. И теперь я, с упорством влюблённого, прикладывал всё свое мастерство, талант и опыт. Времени оставалось уже в обрез. Если мы не найдём выход в ближайшие семь-восемь часов, придётся возвращаться на поверхность. И это конечно при условии лояльности здешних обитателей, (признаться, я очень на неё рассчитывал, хотя абсолютно не верил). Мы всё ещё слышали их гневное шипение, но, слава огню, оно было довольно далёким, и личной встречи нас не удостаивали.