Фабрика счастливых граждан. Как индустрия счастья контролирует нашу жизнь

Кроме того, что программы позитивного образования внедряли в школах, когда доказательства в их пользу всего лишь «удовлетворяли», а не являлись обоснованными и убедительными, стоит отметить, что во время разговора Селигман и Лэйард не упоминали никаких нововведений. С момента зарождения обеих областей позитивные психологи и экономисты счастья, опираясь на предыдущие терапевтические тенденции и интервенции в образовательную сферу, навязывали национальным образовательным системам многих стран введение понятия счастья в их программы, в основном на том основании, что счастье лучше, чем любая другая переменная, объясняет и предсказывает усвоение материала, успеваемость учащихся, школьные достижения, будущий успех и снижение уровня депрессии во взрослой жизни.
В этом отношении беседа Селигмана и Лэйарда выявила два основных момента, на которые стоит обратить внимание. Во-первых, она показала масштаб влияния этих ученых на политические и образовательные вопросы. Школы являются основным местом, где молодежи прививаются ценности, устремления и модели самосознания, поэтому увеличение присутствия этих ученых в образовательной сфере также повлияет на уровень распространенности счастья в современном обществе, особенно среди новых поколений. Во-вторых, как мы впоследствии продемонстрируем, эта беседа способствовала тому, насколько прочно в последующие годы будет удерживать позиции в образовательной культуре позитивное образование, построенное на твердом убеждении, что эмоциональные и индивидуальные факторы в своей основе оказывают большее влияние на способствование или препятствие процессу получения знаний, чем это делают социологические. Этот факт удивил, кажется, даже самого Селигмана: как он недавно заявил, возможно, и с некой иронией, «нас не может не поражать быстрый рост и широкое распространение позитивного образования во всем мире»93.
  
Рост числа счастливых студентов
 
Несомненно, с 2008 по 2017 год позитивное образование постепенно утвердилось в качестве одного из главных образовательных приоритетов – с большим количеством программ, в основе которых лежало понятие счастья, для начальных и средних школ, колледжей и университетов, оно получило широкое распространение и финансовую поддержку в таких странах, как США, Великобритания и Канада. Все эти программы были с большим энтузиазмом встречены неолиберальной образовательной культурой, в которой развитие эмоциональной грамотности, обучение управленческим и предпринимательским навыкам и погоня за счастьем приобретают все большее значение в качестве определяющих характеристик учащихся по сравнению с развитием критического мышления, умением рассуждать, навыками ремесла или стремлением к знаниям94. В этой связи Министерство образования Британской Колумбии в 2008 году заявило, что идеальными студентами сегодня являются те, кто владеет «управленческими и организационными навыками, проявляет инициативу, ответственность, гибкость и адаптивность, самооценку и уверенность в себе, считает, что их действия и выбор влияют на то, что происходит в жизни, прилагает усилия для раскрытия личного потенциала, занимаясь тем, что [им] нравится, и реализует [свои] навыки и способности так же, как [это] бы делал бизнес»95. В результате за последнее десятилетие количество частных и общественных ассоциаций, аналитических центров, консультантов представителей власти и глобальных сетей непрестанно росло. Своей целью они видели попытку «объединить учителей, учеников, родителей, высшее образование, благотворительные организации, компании и правительство для продвижения позитивного образования» и «убедить политиков изменить свои политические рамки, чтобы поощрять специалистов обучать сильному характеру и благополучию»96. Это лишь некоторые из целей Международной сети позитивного образования, созданной в 2014 году и вскоре вступившей в партнерство с несколькими частными фондами для ускорения распространения и внедрения позитивного образования во всем мире. Действительно, прошло совсем немного времени, и позитивное образование уже охватило тысячи школ, колледжей и университетов в более чем семнадцати странах, включая Китай, Объединенные Арабские Эмираты и Индию97.
 
Последнее десятилетие академические и институциональные области, направленные на распространение позитивного образования, работают рука об руку с позитивными психологами и экономистами счастья, активно поддерживая и узаконивая подобные институциональные и государственные инициативы, которые перекликаются с научными работами этих ученых и претендуют на их поддержку. Лэйард, например, отстаивал тот факт, что эти инициативы влекут за собой огромные необходимые изменения в методике обучения студентов. Это обосновывается тем, что образование с фокусом на счастье оказывается не только качественным, но и выгодным. В связи с этим Лэйард утверждает, что переориентация учебных заведений на позитивное образование путем изменения отношения учителей, учащихся и родителей обеспечит более дешевые преобразования для снижения высокого уровня психических заболеваний у детей, последствия которых в зрелом возрасте индивидуумов обходятся развитым странам более чем в пять процентов их ВВП98. В свою очередь, Селигман и его коллеги также утверждают, что счастье должно преподаваться в учебных заведениях в качестве «противоядия от депрессии», а также «средства для повышения уровня удовлетворенности жизнью, и помощи в обучении и развитии творческого мышления»99. Однако ни Селигман, ни Лэйард, ни одна из многочисленных влиятельных групп и лоббистских организаций, выступающих за введение концепта счастья в образовательных учреждениях, – похоже, никто из них всерьез не рассматривает идею, что образовательным системам необходимо разобраться с множеством других актуальных основополагающих проблем, помимо психологических. Структурные и социальные аспекты, такие как проблемы мультикультурализма и социальной изоляции в школах, увеличение разрыва в уровне образования богатых и бедных, рост экономических трудностей населения и снижение доступности высшего образования, снижение инвестиций в гранты на обучение и в качество государственных школ, колледжей и университетов, а также все более конкурентная и нестабильная среда университетов, – список можно продолжать бесконечно, – все эти актуальные проблемы обычно не получают должного внимания. Предположительно, это происходит потому, что, в соответствии с рассуждениями Лэйарда, стоит нам броситься решать их, как образование сразу перестанет быть выгодным.
  
Глубоко укоренившаяся идеология
 
Под эгидой позитивного образования ученые, изучающие счастье, разработали и внедрили множество программ и инициатив с фокусом на концепт счастья. Например, программа «Социальные и эмоциональные аспекты обучения» (SEAL) с первоначальным бюджетом в более чем 41,3 миллиона фунтов стерлингов и введенная в 90 процентах британских начальных школ и 70 процентах средних школ, направлена на обучение учащихся тому, как «управлять своими эмоциями», «поддерживать оптимистичный настрой в отношении себя и своих способностей к обучению», «строить долгосрочные планы» и «хорошо относиться к себе», причем ученые в области счастья утверждают, что эти и прочие методы должны быть включены в учебный план100. В свою очередь, Программа устойчивости Пенна (PRP) рассчитана на североамериканских школьников выпускных классов начальной и средней школы с целью обучить их инструментам, с помощью которых они смогут «выявлять некорректные мысли», «оспаривать негативные убеждения, предлагая альтернативные интерпретации» и «справляться с трудными ситуациями и эмоциями». Ученые счастья утверждают, что программа не должна ограничиваться только школой – ее следует применять и дома101. Аналогичным образом, программа PERMA (Positive Emotion – положительные эмоции, Engagement – вовлеченность, Relationships – взаимоотношения, Meaning – смысл и Achievement – достижения), применяемая как в армии США, так и в школах, отличается от программ, направленных на повышение уровня благополучия путем устранения или снижения негативных факторов (например, программы борьбы с буллингом, «бросай курить» и подавления депрессии), тем, что фокусируется на культивировании положительных эмоций, поведения и представлениях о самих себе102. Программа «Пиннакл» и исследования ГРИТ рассчитаны на студентов высших учебных заведений для выявления и оценки индивидуальных различий в талантах, эмоциональном мастерстве и самомотивации. Полученные данные способствуют развитию их талантов, обучению упорству в достижении амбициозных целей и предотвращению состояния отчаяния103. Отличными примерами104 могут послужить программа «МудДжим», самостоятельная интервенция для повышения жизнестойкости и снижения уровня депрессии среди подростков105, а также программа «Дыхание» для знакомства студентов с преимуществами медитации, релаксации и регуляции эмоций106.