Будни самогонщика Гоши (СИ)

Глей был здесь. Он и сам копал, отвлекаясь, чтоб дать указание. «Зачем ему лес? – удивился Пахол. – Здесь колдунам нас не обойти». Он пошагал к глею.
– Вижу, сделал, – сказал тот, когда Пахол подошел. – А, ну, покажи!
Пахол сел на землю и стащил сапог. Глей взял, рассмотрел и, хмыкнув, вернул.
– Молодец! Тест прошел.
Пахол не понял. Это отразилось на лице.
– Руки у тебя на месте.
Пахол с удивлением посмотрел на свои руки. Где ж еще они должны быть? Глей засмеялся.
– Обувайся. И держи! – протянул ему лопату.
Пахол взял и прикинул по руке. Добрый инструмент! Штык железный. Таким только и копать.
– А зачем здесь лес? – не удержался от вопроса.
– Роща, – объяснил глей. – Посмотри! – указал рукой. – Холм, ручей и река неподалеку. Все, что нужно Веруну.
Пахол выпучил глаза. В детстве он носил в рощу еду. Мать собирала узелок, наставляла положить его под деревом и сказать: «Прими, дедушка!» Объясняла: взамен бог пошлет дождь на поля и отведет град. И Верун не подводил – они были с урожаем. Часть его продавали. Подкопив денег, мать отдала хромоножку в обучение кузнецу. В поле он не работник. Кузнец взял мальчика без охоты – у него был сын. Но учил. Пахол схватывал на лету и к семнадцати годам превзошел кузнеца. Тот его невзлюбил и, найдя повод, выгнал. Идти было некуда. Мать умерла, дом унаследовал старший брат. Лишний рот ему без нужды. На свою кузницу нужны деньги. Их не было. Пахол подался в город, ну, а там…
Глей знался с Веруном. Без него святой рощи не посадить. Там деревья не простые. Нужны саженцы, много. Глей получил их от бога. У такого жить можно и нужно. И Пахол рьяно копал…
  
Глава 12
 
Трик взобрался на помост, устроенный в развилке веток, стянул заплечный мешок и застелил жерди шкурой из овчины. Затем сел и привалился спиной к стволу. Удобно. Ему тут целый день сидеть…
Этот соук вырос на пригорке в одной мере [16] от реки Воли. Как и когда занесло сюда его семечко, можно гадать. Никаких других деревьев за рекой в степи не было. А вот соук рос. За века он поднял крону высоко над землей. Нарастил ветви толщиной с человеческую ногу, ствол – в несколько обхватов. Соук-великан будто вышел в степь защищать хрымов от набегов. И они это оценили. Высоко в кроне появился помост, под корнями – вервь с камнем. Наблюдатель, забросив ее на ветку, взбирался наверх. Веревку за собой прибирал, и никто знал, что наверху – дозор. Был случай – кочевье разбило стан на пригорке. Дозорный убежать не успел – так и сидел наверху. Колдуны его не заметили. Простояв несколько дней, ушли в степь. А дозорный слез и побрел в деревню. Отощал, но зато уцелел.
Трик голодать не будет. Мать положила в мешок хлеб, флягу с водой. На день хватит. В сумерках он уйдет, а наутро прибудет другой. За степью надо следить. Это раньше с ней был мир. Колдуны гнали им скот и меняли его на зерно. Брали мед и полотна. Взамен везли шкуры. Овчина у Трика от колдунов. А еще – меховая шапка и кожушок. Мир – это хорошо. Но сейчас в степи замятня. Главный вождь умер, роды делят власть. Колдуны могут сорваться в набег.
Так сказал глава рода. Кодай мудр, ему пятьдесят лет. Это так много! Трику только тринадцать, а считай взрослый! Через год жену можно брать. Но спешить Трик не будет – у него мать, сестры. Пусть они замуж выйдут…
Добрый у них глава рода. Сколько раз спасал от беды! Прошлой осенью прискакал глей. Повелел отобрать лучших девок и прислать в замок.
– Для чего? – удивился Кодай.
– Утешать моих воинов! – рассмеялся глей.
– Не пошлю в непотребство! – ответил Кодай. – Моуи не велит.
– Старый хрым! – разозлился глей. – Ты – мне перечить? Сам возьму!
– А я поеду к судье, – отвечал Кодай. – Ты берешь девок силой. А за это – вира. А еще мы уйдем.
Кодай знал, что сказать. Хрым – не раб. Заплатив глею подать, вправе уйти. Их любой брент примет. Поорал глей, побрызгал слюной и уехал. И другие деревни девок не дали – им Кодай рассказал. Возмутились хрымы. Дочерей на блуд отдавать? Прогневить Моуи? Пусть наемники к непотребным девкам в город едут, там они есть.
 
Глей обиду не забыл. Весной некий брент убил его сына. Глей отправился воевать, а подмогу взял из деревни.
Отказать было нельзя – он в своем праве. Хрым обязан помогать глею на войне. Плач стоял! Бабы выли, провожая мужей. И что вышло? Все вернулись обратно. На войне сгинул глей и его воины, а вот хрымы уцелели. Да еще пригнали добрых быков, запряженных в новые повозки. И добра привезли. Все Кодай. Хитер глава рода. Ночью люди брента подожгли обоз. Пока одни хрымы тушили пожар, другие таскали добро в лес. Оттащили туда мешки с мукой, копья и щиты. А кароссцам сказали, что сгорели. Те забрали уцелевших быков и повозки. Но Кодай сумел выпросить у купца Гоша – он сидел в замке брента – денег в возмещение. И тот дал! Прикупив быков, хрымы не отправились домой. Покатили к замку, где забрали ухоронку. Рисковал Кодай, но зато привез хлеб. Вся деревня его ест.
А потом были чудные дела – прибыл новый глей. Оказалось, что он Гош – тот, что дал денег Кодаю. Гош велел угостить хрымов. Чтобы прежний глей так… Гош привез железную соху, показал, как ей пахать. Сам ходил за быками. Хрымы, слыша это, не верили. Но Кодай сказал: «Было!» А потом привезли соху, да еще с бороной. Настоящие, из железа. Трик попробовал их поднять, да куда там! Борону еще кое-как, а соху – шиш. И другие пробовали. А потом пошли огороды пахать, первым делом – вдовам. В том числе Трику. Их отец год как умер. Как жалели соседи! Они себе деревянными сохами пахали. Помогать вдовам не спешили. Прогадали. Потому что земля после железной сохи с бороной стала мягкой, как перина. В такой зерно прорастет быстро и даст больший урожай. А еще хрымы привезли странные серпы. Надевали их, словно копья, на большие ручки. Кодай назвал это «коса». Траву этот серп резал широко, забирая много. Хрым с косой заменял десять баб с серпами. За косой встала очередь. Кузнец отковал несколько штук. И железо для них дал глей. Хрымов это взволновало. Почему глей так поступил? Нет ли умысла? Чтобы глей им помогал? Никогда так не было!
– Успокойтесь, хрымы! – усмехнулся Кодай. – Глей умен. Мы даем ему долю с урожая, так?
Хрымы закивали.
– Если больше урожай, больше доля?
Хрымы подтвердили.
– А с железной сохой урожай выйдет добрый. Сами видели землю. В такой все прорастет. А еще глей велел навоз по полям разбросать. Мы спросили: для чего? Отвечал: урожай будет больше.
– Никогда так не делали! – заворчали хрымы.
– А вот он – да! – отвечал глава рода. – Скажете: блажит глей. Но я видел, как он пахал. Борозда ровная, без огрехов, глубина одинакова по длине. Так без опыта не пройдешь. Понимает глей в нашем труде, да и знает много. Так что сделаем, как велит. А еще косы… Бык, корова и овца – все зимой едят сено. Серпом много не заготовить. Режем скот. А теперь представьте, что у нас много быков. Больше вспашем и посеем. И опять доля глея возрастет.
Хрымы закачали головами – умен глава рода. Вон, как разложил.
– Повезло нам с глеем, мужики! – заключил Кодай. – У других таких нет. Так что делаем, что велит. И про степь помним. Упаси нас Моуи от набега!
Хрымы закивали – это ясно. Налетят колдуны – все пойдет прахом. Уведут скот, молодых в рабство. Стариков и детей вырежут. Колдуны жалости не знают.
Потому Трик влез на соук. Колдунов он заметит издалека – в степи спрятаться негде. Трава поднялась не высоко. Вид с помоста – на пять мер. Незаметно не подобраться. Углядит Трик колдунов – и в деревню. К ней – единственная дорога от реки. Стороной не пройти – лес. Сквозь него даже пешему не пробраться. Колдуны же воюют верхом… Прибежит Трик, упредит хрымов, те возьмут топоры и завалят дорогу. Колдунам сходу не пройти. А тем временем деревня уйдет, у нее есть, где схорониться. Колдунам останутся пустые дома. Пока будут искать, подойдет глей с войском. Судья помощь пришлет… Да и сами хрымы просто так не дадутся. Рядом с лесом живут. Есть охотничьи копья и луки. В лесу хрыма взять трудно. Потому колдуны нападают врасплох…