Кислотой под кожу (СИ)

Приказываю идти за мной. Уже заметил, что приказы выполняет беспрекословно. Ей сила нужна, а мне нужно узнать о ней побольше, чтобы понять, что делать.
Не спешу заводить разговор. Давлю ментально, наблюдаю. Ей неуютно, может, даже страшно. Силу мою чувствует, власть. Послушная девочка, уверен в этом. Представил ее в своей постели и внизу живота разряды пошли, а член встрепенулся. Лежать, приятель. Рано голову поднимать.
- Какие у вас были правила? - начинаю разговор, ради которого ее сюда привел.
- У кого? - голос подрагивает, боится. Сбавляю обороты, делаю мягче взгляд.
- У тебя и твоего доминанта, хозяина, господина?
- Я не понимаю... - вижу, что не понимает.
- Та мразь... Парфенов, кажется, - моментально меняется, оно и понятно, за живое задел.
- Леша был моим парнем! - вздергивает подбородок.
- Даже так, - ухмыляюсь. - Понятно. Игрушки, наручники, плетка, флогер, стек, хлыст, ремень? - задаю следующий вопрос. Был уверен, что тот ублюдок ее бьёт. Замечаю, что на последнем слове дёргается. Нужно запомнить. - Что использовали?
- Что? - ее глаза округляются, наконец-то хоть какие-то эмоции. - Нет, мы не извращенцы, - возмущается.
Становится смешно.
- Так у вас любовь была? Поэтому ты сидела без еды, пока он другую девушку держал в клетке? - по больному – да, но мне нужно ее вывести.
- Я... - ротиком воздух хватает, глазами хлопает.
- Пчёлка, я думаю, ты сама понимаешь, что ваши отношения были далеки от нормальных. Так какие были правила? - строго говорю, снова приказываю, показываю, кто здесь главный. И это работает.
- Полное послушание, - тихо бормочет она.
- Наказание?
- Он не давал мне... - замолкает, краснеет. - Какая разница? Вам какое дело? - пытается дерзить. Смешная, значит, не до конца сломлена.
- Не давал кончить? - засмущалась, отвела глаза. Значит, прав. - Понятно. Ещё?
- Не позволял прикасаться к нему, сидеть рядом или спать. Игнорировал.
- Сплошное унижение, больной придурок, - прикуриваю новую сигарету.
- Как проходили сессии? - докурив, возвращаюсь к разговору.
- Что? - снова непонимающе смотрит.
- Сессия – это такая сексуальная игра. Так во что вы играли?
- Мы не играли.
- Хорошо, задам вопрос по-другому. Что он делал?
- Я... Я не буду об этом говорить... - отводит глаза.
- На меня смотри! - приказываю, и она снова слушается, поднимает глаза. - Что было твоей обязанностью?
- Подчиняться, слушаться во всем и выполнять все просьбы. Делать ему приятно.
- Что ему нравилось?
- Мое послушание.
- В постели?
- Не только, всё... Всё время...
- А если ты не слушалась?
- Я слушалась. Старалась. Я его люблю... Любила... - губы начинают дрожать.
- Он связывал тебя? - переключаю ее внимание.
- Да. Иногда.
- Что ещё?
- Иногда использовал игрушки. Вибратор, например, - говорить ей сложно, она вжимается в диван и все крепче пытается обхватить себя руками.
- Бил?
- Нет. Никогда, - мотает головой.
- Но тебя били?
- Отец, когда был пьяный... Воспитывал ремнем... - вот теперь становится понятна реакция.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ 
- А что из того, что он делал, нравилось тебе?
- Зачем Вам все это? Почему я вообще здесь? Я не понимаю.
- Я хочу тебе помочь.
- Просто помочь? - смотрит внимательно, вглядывается в глаза, игнорирую вопрос.
- Что ты знаешь о БДСМ?
- Там причиняют боль, - выдает она версию. Это и понятно, ведь у большинства это первая ассоциация.
- Нет, детка, там доставляют удовольствие. Иногда – да, через боль. Но главное – это удовольствие. И важно, чтобы все происходило по обоюдному согласию.
- И Вы... Вы этим занимаетесь?
- Чем именно? - я-то ее, конечно, понял, но то, как она смущалась, мне нравилось. Поэтому я не отказывал себе в удовольствии видеть ее пылающие щёчки.
- Причиняете боль?
- Нет. Я не садист. Этого дерьма мне хватает в жизни. Причинять боль женщине, чтобы получить кайф, мне не нужно. Но я люблю доминировать, подчинять, иметь полную власть, полный контроль над партнёршей.
 
- В чем тогда разница, чем Вы отличаетесь от Лёши?
- Тем, что это происходит только на сессии и только по согласию обеих сторон. Я не переношу это в жизнь. Я не унижаю партнёршу... Если ей этого не нужно.
- А бывают такие? - смотрит, будто не верит, что такое возможно.
- Бывают. Но подробный экскурс в субкультуру БДСМ я сейчас проводить не намерен.
- Ваня, Вас ведь так зовут?
- Ваней меня могут называть всего несколько человек. Ты в их число не входишь, - говорю строго, чтобы дошло с первого раза.
- А Денис входит?
- Денис входит. Это имя из прошлой жизни, - зачем-то объясняю я. - Теперь я Лимон. Для всех и для тебя.
- Хорошо, Лимон... Вы можете мне объяснить, чего Вы от меня хотите? Я, правда, не понимаю, зачем я здесь...
- Хочу посмотреть, как ты доставляешь себе удовольствие, - ее глаза становятся на пол лица, брови ползут вверх, а щеки начинают пылать.
- Нет, - бормочет она и для убедительности качает головой.
- Почему? - с ухмылкой смотрю на неё. Я заметил, как она сжала бедра. Возбудилась?
- Я не могу...
- Все могут...
- Но не так...
- Раздевайся, пчёлка Майя, - приказываю я.
  
5 глава Майя
 
Майя
Я его боюсь, особенно такого властного. Вообще не понимаю, как он так делает, вроде обычный... Хотя нет, его нельзя назвать обычным... А потом что-то незримо меняется. Энергетика? Не знаю, но не подчиниться невозможно, и этот взгляд... Наводит ужас, подчиняет, парализует, лишает воли... Возбуждает. Это неправильно, ненормально... Но я чувствую возбуждение... Разве так бывает?
- Раздевайся, пчёлка Майя, - приказывает Лимон.
Не могу. Ослушаться не могу, но и выполнить приказ не могу. Он медленно поднимается и делает шаг ко мне. Внутри все сжимается то ли от страха, то ли от предвкушения. И между ног пульсирует. И самой от себя противно. Я ведь люблю Лёшу. Да, его больше нет. Но это ведь не значит, что я могу, что имею право его предать и захотеть другого.
А Лимон уже навис надо мной. Упёрся одной рукой в спинку дивана у моей головы, а второй начал расстегивать мои джинсы. И при этом в глаза смотрит, словно гипнотизирует. Я и правда даже возмутиться не могу. Глядя в глаза, он запускает руку в трусики. Они мокрые. Мне зажмуриться хочется, но глаз я отвести не в состоянии. Просто не могу... Он проходится по складочкам и ухмыляется:
- Потекла...
Потом резко приникает в меня двумя пальцами, выгибаюсь навстречу.
- Этого не хватало? Это тебе нужно? - спрашивает, а голос спокойный, как будто он о погоде говорит. А мне стыдно, что он прав.
Ещё несколько движений, а затем пальцы исчезают, он подносит их к моим губам. Проводит по ним, размазывая мои соки, а потом проталкивает внутрь. Облизываю, чувствую свой вкус.
- Хорошая пчёлка, - говорит Лимон. И мне от его похвалы так хорошо становится.
Резко все меняется. Он отстраняется. А я словно из транса выхожу. Что это было? Стыдно... Хочется сбежать, закрыться, спрятаться. Ненавижу себя.
- Ела сегодня? - вырывает меня из моих мыслей. Киваю. - Я не про завтрак.
В этот раз отрицательно качаю головой. Все ещё не могу прийти в себя. И лоно пульсирует, что тоже не даёт возможности ясно мыслить.
- Готовить умеешь?
- Да, - выдавливаю из себя.
- У тебя полчаса, я есть хочу.
Он возвращается в свое кресло и переключает внимание на телефон. Застегиваю ширинку и иду на кухню. Осматриваю холодильник и шкафы. В холодильнике нахожу кусок свинины, не замороженный, замаринованный. Нарезаю его и обжариваю с каждой стороны буквально по минуте, тогда мясо внутри остаётся розовым и сочным. Оставляю его доходить от собственной температуры. Разогреваю гречневую кашу на гарнир, опят гречка, усмехаюсь. Из листьев салата и помидор делаю салат, заправляю оливковым маслом и сдобряю специями. На это время отвлекаюсь и мои мысли заняты только готовкой. Ни Лёши, ни Лимона в моей голове нет. Но вот все готово. И мне, наверное, нужно позвать его. Оглядываюсь на дверь. Или не нужно? Сам придет?