Посередине (СИ)
Только было и другое «НО», которой уже представляло более серьезное основание для беспокойства и даже тревоги. Уже несколько раз Марина замечала в нем какое-то странное состояние, когда парень радикально менялся. В моменты стресса или какой-то опасности Максим становился совершенно другим: невероятно собранным, холодно-отстранённым. Казалось, над остальными мелкими и жалкими людишками возвышался огромный великан, для которого все их страстишки и проблемки были крошечными и ничего не значащими. В такие минуты он вел себя совершенно иначе: с легкостью нарушал любые правила, переступал через любые границы, не слушал никаких известных авторитетов. Представал нечеловечески чужим, напоминая безумного хирурга-маньяка, копошившегося во внутренностях еще живых жертв. Как это ни странно, но девушке, в отличие от всех остальных, удалось очень точно подметить особенности того состояния сверхсобранности, сверхпогружения, в котором находится интел в минуты особой потребности.
Именно это ее и останавливало от того, чтобы поступить так, от нее ждали и так, как диктовала местная нормальность. Ведь, интриги и предательство в такой ситуации не были чем-то особенным или ненормальным. Наоборот, среди аристо ради власти были готовы на все.
-Нет… Подожду, — в какой-то момент, затолкнув все свои желания подальше, решила Марина. — Даже попробую помочь…
И уже скоро ей представилась возможность это сделать.
К концу недели, как Максим Скуратов-Соколов уже был главой рода, в офис, который временно стал их штаб-квартирой, пришло извещение от Совета Боярской Думы, принесенное молчаливым молодым господином в черном костюме. Извещение, адресованное лично главе рода, сообщало просто невероятные известия: глава рода Скуратовых, господин Максим Олегович Скуратов-Соколов приглашался на слушания по иску службы имперской безопасности о признании недействительным акт его усыновления боярином Скуратовым Еремеем Ефграфовичем. И это был удар явно посильнее тех, которые наносили по главе рода их совместные родственнички. Тут в дело вступали бюрократические механизмы империи, от которых было не отмахнуться с помощью пули и пистолета. Здесь бороться следовало на очень зыбком административном поле, где все преимущество было у императора, который, понимала и Марина и ее брат, стоял за этим ударом.
— Если иск был подан, то, значит, безы на что-то надеются. У них что-то обязательно должно быть в рукаве — какая-то карта, — Марина подошла к парню, впавшему в глубокую задумчивость. Казалось, тот провалился в глубокую яму, из которой ничего не видел и не слышал. — Знаешь, а я знаю, что мы можем сделать…
Тот очнулся и внимательно посмотрел на нее. Видимо, его зацепило слово «мы», которое она раньше никогда не произносила. Ведь, это была заявка, как минимум, на совместные действия, что было очень ценно в такой ситуации.
— Уверена, они этого хода не ожидают…
Глава 3. ОТветный удар
-//-//-
Уже с самых первым минут стало ясно, что ни о какой случайности или совпадении не могло быть и речи. Это была самая настоящая целенаправленная скоординированная атака по всем возможным фронтам: информационном, экономическом, правовом, политическом и т.д.
Сначала «взорвалась» информационная бомба, рванувшая так, что отголоски взрыва разлетелись по всей сети. Почти по всем главным и не очень информационным каналам почти одновременно появилась новость об иске службы имперской безопасности о непризнании акта усыновления Максима Олеговича Скуратова-Соколова. Эта новость начала муссироваться на все возможные и невозможные лады. Выступали с разъяснениями юристы, разбиравшие на «части» сам акт усыновления, оценивающие сильные и слабые стороны документа. На экранах появлялись «разнокалиберные» историки — кандидаты и доктора наук, академики, приводившие все мыслимые и немыслимые параллели с уже произошедшими историческими событиями. От них не отставали десятки «знатоков» аристо, светских «львов и львиц», на все лады полоскавших «грязное» белье семейства Скуратовых. За ними следовали крупные экономические аналитики, со скоростью пулемета изрыгавшие разнообразные экономические инсайды. Пророчили Скуратовым неимоверные проблемы: банкротства базовых для рода корпораций и предприятий, распродажу имущества, задержку по выплатам дивидендов акционерам и т.д.
О тщательной подготовленности атаки говорило и качество выбрасываемого в сеть контента, которые аналитики Скуратовых оценили, как «очень высокое». Все было добротно скроенное, с двойным, а то и тройным дном. Наблюдалась строгая направленность, в зависимости от субъекта, на которого было направлено информационное воздействие. Для основной массы людей, которые сутками зависали в сети и особо ни в чем не разбирались, выбирался очень простой контент с максимально яркими картинками и экспрессивным сюжетом. Транслировался настоящий сериал с его неизменной атрибутикой в виде страстей, эмоций, постоянного движения. Здесь ничего не объяснялось, а просто констатировалось: черное и белое, правильное и неправильное. Для немного меньшинства профессионалов, которые имели какой-то вес обществе, рассказывалась совсем другая история с иными акцентами и героями. Тут давался очень серьезный и взвешенный контент, который, правда, подводил к аналогичному выводу — «Скуратовы идут ко дну».
Чуть позже, когда информационная атака набрала свою мощь и оказала первое воздействие на общество, незамедлительно начался второй этап — атака на экономические активы рода Скуратовых.
В какой-то момент многочисленные мелкие держатели акцией крупных скуратовских корпораций начали избавляться от своих активов. На рынок одномоментно было выброшено столько ценных бумаг, что их стоимость в несколько раз превысила их недавнюю цену. Одновременно к представителям скуратовских концернов обратились внушительная часть держателей залоговых облигаций для их обналичивания. Их не смутило даже то, что они оказывались в значительном проигрыше из-за потери процентов. Последнее тоже указывало на то, что род собирались «сливать».
Собственно, это и послужило основной причиной развернувшейся паники на бирже. Слух о том, что на род Скуратовых началась мощная атака, которая приносит свои плоды, мгновенно разнесся по всем заинтересованы лицам. И реакция не замедлила себя ждать. Подавшиеся панике трейдеры начали в массовом порядке избавляться от все ценных бумаг, так или иначе связанных с родом Скуратовых. На рынок было выброшено еще акций на сотни и сотни миллионов рублей только по самым скромным подсчетам.
Уже к концу дня, получившему наименование «Черный вторник», перед родом Скуратовых открыто замаячила финансовая бездна, которая должна была поставить в его судьбе окончательную точку. Вкупе с военным поражением экономическое даже не поставило бы род на колени, а просто растоптало бы его.Можно было забыть о месте в Золотой десятке боярских родов империи, оказавшись самым обыкновенным захолустным имперским родом. Последнее, едва ли не автоматически означало бы потерю большей части предприятий, земель, людей и, естественно, влияния.
Естественно, Скуратовская команда «не спала» и как могла пыталась противостоять этой атаке. Были задействованы все возможные и невозможные средства защиты. Во всю мощь заработала пропагандистская машина на подконтрольных роду медийных холдингах, где пытались побороть общую новостную повестку с негативной на позитивную.
-//-//-
Огромный конференц-зал «Скуратовский башни» едва вмещал приглашенных, которые сейчас олицетворяли собой всю элиту рода — экономическую, политическую, военную и медийную. Все ответственные за крупные активы рода сейчас внимательно смотрели на главы — черноволосого парня с невероятно тяжелым пронзительных взглядом, которым сейчас тот буравил очередного выступающего:
— … Это конец, Максим Олегович, — уныло подытожил свою почти получасовую речь глава всего финансового сектора Скуратовых, невысокий холеный мужичок с аккуратной бородкой и общиной плешью на макушке. Вся его неказистая внешность вдобавок гармонично дополнялась трагичным выражением лица из категории «все пропало». — Мои люди испробовали буквально все, что могли. Мы выкупал свои акции, пока была возможность. Пытались договариваться с держателями облигаций. Умоляли, намекали, грозили им судом, в конце концов. Бесполезно. Тренд все равно не удается переломить. Идет слишком сильное давление. Это точно конец.