"Фантастика 2023-97". Компиляция. Книги 1-25 (СИ)
— Так, наркоманище. Не увлекайся. А остальных-то за что? Ну, допустим, пожрал ты из-за нужды мать Олега Игоревича. Остальных то зачем? И почему все они друг на друга похожи?
— Вот тут-то и кроется вторая причина… — Как-то слегка улыбнулся Игожин. — После случившегося я испытал такое…такое… ну, ты помнишь. Я просто и представить с того момента не могу, как хотя бы несколько дней смогу прожить без подобного… это как наркотик… от этого невозможно отвлечься, это невозможно изменить…
— Господи… вот же уроды мефедроновые. То есть, ты настолько возбудился от поглощения престарелых тёток, что с того момента начал убивать только их?
— А… — Вздохнул Игожин. — Нет, просто… женщин такого возраста и такой комплекции легче всего склеить. Они несчастливы в браке, либо у них и вовсе никого нет. И вот в их жизни с ухаживаниями появляется молодой и перспективный учитель. Осыпает их комплиментами, приглашает домой на чай… — Увлёкся Игожин. — Они подпускают тебя максимально близко, и тогда ты…
— Я понял. Не продолжай. — Перебил его. — Но… я не понимаю. То есть, у тебя был шанс подпитываться как-то иначе, но из-за дичайшего удовольствия ты избирал именно этот вариант? И ещё, почему тебя не заподозрили в смерти матери?
— По поводу Алёны Владимировны… всё просто. У неё и так с сердцем плохо было, поэтому списали на обыкновенный инфаркт…плюс я подвязал эту историю к неадекватному парню, что в последнее время по улицам зверствует. Мне и поверили. — Улыбнулся он. — А про… нет, конечно, сначала пытался действовать по-другому. Я догадался, что могу играть на эмоциях чужих людей, вытягивать силы таким способом. Но… но это было так сложно… на какие эмоции может вызвать людей обыкновенный худенький учитель русского? Да с такой внешностью тебя ни за что не будут бояться, не будут на тебя гневаться. Все только смеются, смеются, и смеются. — Поник головой Игожин. — Раньше я ни в чём не нуждался, был хоть и чересчур толстым, ленивым, постоянно жрал да пил, но, тем не менее, меня все ценили и уважали… из-за моего статуса и моих денег. Но теперь… я превратился в жалкое посмешище. В абсолютное ничтожество, которому ничего не остаётся в жизни, кроме как убивать старых баб, и, хотя бы в эти моменты быть счастливым…
— Охренительная исповедь. — Как указкой ткнул я в сторону Игожина штыком. — Ты слабый. Слабый-слабый человек. Что в прошлой жизни, что в этой. Жрал да пил он… вот сколько времени ты посвящал разработке своего дара, например? Чего ты добился в прошлой жизни? А, Игожин-Коновалов?
— Дар… — Насупился Игожин. — Ни секунды на него не потратил… а зачем…? меня и так всё устраивало… — честно признался он.
— Какой же ты… — Замахнулся я на него штыком. — Жалкий…! И беспомощный!
— Уж какой есть… — Промямлил Игожин.
— Ты встречал ещё кого-то, похожего на на…на себя? — Спросил у него.
— Вернее будет сказать, что меня повстречал один… — Как-то напрягся Игожин.
— Так-так-так. А с этого места поподробнее…
Как только речь зашла о том, о другом, похожем на нас попаданце, Игожин тут же изменился в лице. Я почувствовал, как внутри него резко начал расти страх.
— Неделю назад… — Начал рассказывать Игожин, как в дверь постучали.
* * *Андрей Романов — у тебя охренительные очки! Хочу себе такие же…
Глава 19
И снова получается какой-то мексиканский сериал. В самый неподходящий момент в дверь постучали.
Кого же это принесло? Неужто Артём чего-то забыл в этой квартире и решил вернуться? Да вряд ли бы он так поступил, ведь ясно дал ему понять, что мешать не нужно.
Я с прищуром злого китайца уставился на Игожина, требуя объяснений.
— Ты кого-то ждёшь?
Он начал бегать глазами, будто прокручивая воспоминания. Выдал неуверенное — "Нет…"
— Понятно. И сам не помнишь. — Заключил я.
Конечно, дабы долго не тупить и не играть в угадайку, бесшумно ступая, подошёл к двери. Заглянул в глазок. На коврике перед входом стояла сухощавая бабка. Она безучастно смотрела куда-то вглубь измерений и ждала ответной реакции.
Сделал два шага в комнату и шёпотом обратился к Игожину:
— Бабка. Невысокая. В длинном розовом халате. — Сообщил её приметы.
— А! — Чуть громче, чем было нужно, вздохнул Игожин. Я погрозил ему сосулькой. — Это соседка — Лилия Егоровна. Вечно ей что-то надо…
Ложная тревога. Сейчас главное не шуметь, переждать минутку. Тогда она поймёт, что дома никого нет, и уйдёт. Вот только…
Не выдал бы нас Игожин. Он же полный кретин. Может, и позабыл, что вместе с нами тут трупешник завалялся. Решит, что тюрьма для него — лучший, чем смерть от меня, вариант.
Я сверлил его взглядом, и, кажется, понимал, что на такой шаг он не был согласен. Всё-таки, в этом случае тюрьма для него гарантирована, а со мной ещё ничего не ясно. Может, и отпущу его даже?
Естественно — нет. Может, он там чего-то себе и придумал, но я ещё в тот день возле мусорки понял, что ублюдок должен быть ограждён от людей. И раз я посвящён в неприятную правду — в моей ответственности и покончить с этим делом раз и навсегда.
Слава богу, вскоре Лилия Егоровна утопала обратно к себе. Я выдохнул и вернулся к Игожину. Было необходимо дослушать историю о втором, вернее, о третьем попаданце.
— Ну, продолжай… — Нетерпеливо обратился к нему.
И в этот момент на кухне включился телевизор. Звук от него исходил не очень громкий, но достаточный для того, чтобы я отчётливо его услышал. По лицу Игожина понял, что он тоже сильно удивился произошедшему. А я-то как… и представить страшно! Второй раз уже прерывают историю о странном человеке.
Тем не менее, необходимо было проверить, в чём дело. Да и устранить лишний источник шума не мешало, а то вдруг бабуля вернётся, да услышит. Сделает какие-то ненужные выводы…
Пухлый чёрный квадрат, стоящий на холодильнике, вещал начало какого-то мультика. Маленький синий человечек, болтая ногами на луне, ловил рыбку. Играла приятная, отдающая волшебными мотивами музыка.
Понятно, сейчас стартанёт что-то от Dream Works. Очень вовремя, конечно…
На секунду захотелось всё бросить, и усесться перед экраном. Навалить в пластмассовую чашу чипсиков, и погрузиться в ностальгический сон.
Но, время для мультиков ужасно неподходящее, и даже несмотря на то, что телевизор настаивал на этом, я его отключил.
Когда ткнул пальцем на чёрную кнопку, решил оценить обстановку за окном. Ибо, мало ли что?
Время сейчас было около девяти часов, тьма потихоньку надвигалась на город. В ближайший час включат фонари, и настанет ночь. Но пока что всё было видно совершенно отчётливо.
Сердце, казалось, совершило неудачное сальто. Оно подпрыгнуло в груди, и, запнувшись, свалилось на уровень пяток. Я увидел то, что мгновенно натолкнуло меня на целую цепочку мыслей. И мысли эти в своём итоге дали осознание, что нахожусь в ужасном положении, которое немедленно требует разрешения.
Окно на кухне выходило во двор. В тот самый двор, в котором живу и я. Так вот возле подъезда Игожина сейчас стоял полицейский бобик. Судя по всему, подъехал он только-только. Так как внутри ещё светили своими телами люди в погонах, да и мотор не заглох.
Вся ситуация предстала предо мной как на ладони. Во-первых, правоохранительные органы приехали не по мою душу. И это хорошо. Но нехорошо то, что по душу Игожина они явились слишком уж рано. Я ведь их ещё не вызывал.
Во-вторых, почему они вообще тогда приехали?
Здесь всё просто. Я, конечно, об этом знал, но как-то до конца не осознал эту мысль, да и не верил, наверное, в неё в полной мере. Не верил в оперативную работу местной полиции, да и вообще в работу любых социальных служб.
Тут стоит начать от того момента, как Игожину таки удалось закинуть трупак в мусорный бак. После того, как прямо из-под моего носа вывезли главную улику в деле об убийстве, машина с мусором отправилась…куда? На огромную свалку за городом, правильно!