Пленница Карателя. Время вспять (СИ)

Устраиваюсь на диване и отвлекаюсь на однокурсников. На мгновение позволяю себе расслабиться и забыть, где нахожусь. Правда, бахающая музыка не позволяет сделать этого до конца.
Переключаю внимание на подплывающего к нам Игоря с подносом в руках и подозрительно милой улыбкой на лице. Приблизившись к столику, он выставляет напитки.
— Что будете пить? — бодро говорит «вожак», скорее всего, уже бывший.
Сегодня он утратил свои лавры, побежденный одним прикосновением Германа. На мгновение даже гордость берет за моего личного сторожевого пса, но я быстро отгоняю от себя это чувство.
Игорь смотрит на меня и подмигивает. Ведет себя на удивление доброжелательно, будто днем ничего не случилось. Не верю в его искренность, поэтому демонстративно беру стакан с соком и подношу тонкую трубочку к губам. Ожидаю, что Игорь начнет склонять меня к алкоголю, но он слегка усмехается, наблюдая, как я потягиваю апельсиновый фреш.
Герман же, в отличие от меня, идей здорового образа жизни придерживаться не собирается. Видимо, слишком нервная «работа» у него со мной. Парень молча выхватывает у Игоря стакан с янтарной жидкостью.
Не хочу даже выяснять, что там. Лишь смотрю на своего горе-телохранителя укоризненно. Нам домой возвращаться вообще-то!
Герман перехватывает мой взгляд, но успевает залить в себя «горючее». Закатываю глаза недовольно, но внутренне ликую. Теперь я знаю, как быстро избавиться от «сопровождающего». Пару слов папочке — и вылетит Герман и из универа, и из моей жизни.
Боковым зрением замечаю, что стакан, который парень поставил на стол, покрыт коркой льда. Не понимаю, как это произошло, поэтому пока что откладываю данный факт в чертоги своего сознания.
Подумаю об этом дома, в тишине и спокойствии. А сейчас, ведомая толпой, иду танцевать. Голова немного кружится, тело двигается в такт музыке, будто я им больше не управляю. Постепенно втягиваюсь во всеобщую вакханалию, и мне даже начинает это нравиться. Ровно до того момента, как я чувствую на себе знакомые холодные прикосновения.
Собираюсь возмутиться, но неожиданно ледяные пальцы впиваются в мой подбородок, а чужие мужские губы накрывают мои. Не чувствую ничего, кроме озноба. А в голове одна мысль: от сильной хватки Германа на коже следы останутся!
Хлопаю ладонями по его плечам. Настолько сильно, как только могу. И сжимаю губы, не желая пускать парня.
Но он не останавливается. Так, телохранителю больше не наливать! Совсем осмелел! Плюс один «проступок» в копилочку.
В последний раз бью нахала и безвольно обмякаю, отчаявшись. В этот же момент над нами взрывается прожектор, осыпая осколками обоих. Герман мгновенно отпускает меня и настороженно оглядывается. А потом вдруг вздрагивает, будто от легкого электроразряда. Пока парень пытается понять, что произошло, я скрываюсь в толпе.
Планирую сначала умыться и взглянуть на себя в зеркало, а потом… Не знаю, что делать. Я в ловушке. Рано или поздно мне придется вернуться к Герману, чтобы вместе отправиться домой. И чтобы он не наболтал отцу лишнего. Надеюсь, он успеет остыть и переосмыслить свои действия.
Чувствую себя отвратительно. То ли всему виной недавний поцелуй с ледышкой Германом, то ли усталость после тяжелого дня, то ли атмосфера клуба, но я с трудом плетусь в сторону уборной. Покачиваюсь на дурацких каблуках, задеваю плечом других посетителей, игнорируя их возмущения, наступаю кому-то на ноги.
Достигаю коридора и вдруг понимаю, что пошла не в том направлении. Сил «перестраивать маршрут» не остается. Поэтому упираюсь руками в стену и часто, глубоко дышу, пытаясь прийти в себя. Но становится только хуже.
— Хм, — звучит над самым ухом. Грубо, хрипло и задумчиво.
Окончательно прекращаю контролировать свое тело и падаю в мужские объятия. В них слишком тепло. Даже жарко. Значит, не Герман. Не знаю, радоваться мне этому или начинать бояться.
Медленно приподнимаю веки, пытаясь рассмотреть лицо мужчины, который сжимает меня в своих огромных руках чересчур сильно, но его черты расплываются.
 
Мозг отказывается работать, перед глазами мелькают мушки, в ушах шумит кровь. Теряю сознание, погружаясь в спасительную тьму…
  
Глава 5
 
Анжелика. Тогда
Ощущение полета, а потом — бесконечного падения.
В бездну.
Оказываюсь в своем ночном кошмаре.
Вишу вниз головой, перекинутая через плечо Карателя.
Сон продолжается…
Слез не осталось, как и сил сопротивляться и кричать. Какой смысл, если меня все равно никто не услышит в этом богом забытом захолустье.
Разве что моя галлюцинация-двойник, что померещилась в роще. Но судя по ее совету, она добить меня хочет, а не спасти.
Довериться Карателю? Как? Если он и есть мой похититель! И я очень сомневаюсь, что преследует какие-то благородные цели.
Карим заносит меня в дом, быстро шагает по гостиной, предолевает коридор. Я даже обстановки и размещения комнат рассмотреть не могу из-за неудобного положения.
Молча вздыхаю, чувствуя, как к горлу подкатывает тошнота, а перед глазами появляются мушки. Я знаю это состояние — так бывает перед обмороком, что случаются у меня время от времени.
— Мне плохо, — обреченно шепчу я, не надеясь, что кто-то прислушается.
Карим неоднозначно хмыкает, а потом перехватывает меня так, что я оказываюсь у него на руках, импульсивно обвивая шею палача и впиваясь пальчиками в его мышцы. Твердые, каменные, как и весь мужчина.
Растерявшись, некоторое время рассматриваю его волевой профиль, замечаю, как недовольно сжаты губы, как нахмурены брови, как напряжены скулы. Весь вид мужчины не обещает ничего хорошего.
Каратель зол, хоть и утверждает, что у него нет эмоций.
Как только голова прекращает кружиться, а разум проясняется, я слегка ерзаю в цепких объятиях палача.
У меня нет намерения освободиться, ведь мне четко дали понять, что это невозможно: от машины не сбежать. Но мы находимся так близко, что я чувствую зверя всем телом, ощущаю его обжигающие руки на себе.
И от этого становится неуютно.
— Будешь брыкаться, брошу на пол, — сквозь стиснутые зубы цедит Карим, даже не глядя на меня.
Замираю, потому что верю: он выполнит свою угрозу и глазом не моргнет! Боюсь даже лишний вздох сделать.
Не двигаюсь до тех пор пор, пока Каратель не заносит меня в знакомую спальню. На удивление осторожно укладывает на постель, однако я в панике тут же подскакиваю и сажусь, поджав по себя ноги.
Загнанным зверьком смотрю на мужчину. Он возвышается надо мной, словно скала, высокий, нерушимый, опасный. Обводит всю меня мрачным взглядом, хмыкает неоднозначно и вдруг взмахивает рукой.
Лампа и электроприборы в комнате начинают дико мигать, а позади меня будто коротит что-то.
Какая отвратительная проводка в этом доме!
Терпеливо дожидаюсь, когда закончится эта светомузыка, но уже не так боюсь, как в первый раз.
Однако глаза зажмуриваю. На всякий случай.
Через пару минут техника умолкает, в спальне становится ярко — и я выдыхаю с облегчением. Однако все равно слышу звук искрящейся проводки. Оборачиваюсь и ошеломленно смотрю на окно.
Через все стекло проходит электрическая сеть. Это технически невозможно! Что за бред!
***
Окно сверкает и переливается, будто оформлено к новогодними гирляндами.
Это даже… завораживает.
— Но как? — сипло выдаю я, а сама не замечаю, как тянусь рукой к стеклу.
Но цепкая хватка на запястье не позволяет мне коснуться чарующей картины. Моя ладонь застывает буквально в полуметре от желанной цели, а потом и вовсе отлетает прочь.
— Совсем дура? — неожиданно рявкает Каратель, отбросив мою руку. — Я установил электрический щит на окно для того, чтобы ты не сбежала, а не для того, чтобы самоубилась!
— Я не понимаю! — восклицаю, забыв, где я и с кем разговариваю. — Как ты это сделал?