Ловушка миллиардера (СИ)

— Тебе что заказать? — пытаюсь докричаться до Алины.
— Давай лучше домой поедем, — неуверенно на мужиков косится.
— Да брось. Ты видела тех мордоворотов у входа? С такой охраной нам ничего не сделают. Расслабься, — усмехаюсь.
— Ладно, — все еще мнется, — но тебе не показалось, что охранники странно на тебя смотрели?
— Не придумывай.
Мы пропускаем по стаканчику и пробираемся к центру. Я тоже хочу поглазеть. Может, научусь чему-то.
Со смешком вспоминаю свою неуклюжесть и просто отдаюсь стихии. За счет полусумрака и беснующихся отблесков неона стеснение напрочь пропадает. Я просто себя отпускаю, решив ни о чем не думать. Хотя бы сегодня. Хоть раз без него.
От мужчин нет отбоя, и это льстит. Я без супер прикида, в обычных джинсах и топе, но люди все равно смотрят. Подходят, предлагают угостить и имена называют. Ни одно не запомнила. Нафиг мне оно надо.
Тешу свое самолюбие, пока сердце в бешеном ритме не заходится. Дыхание перехватывает, и я устало плюхаюсь за столик. Алина рядом.
— Ну что, всех демонов из себя выгнала? — посмеивается подруга.
— Почти, — ближе подсаживаюсь, чтобы музыку перекричать. — Спасибо за сегодня. Я правда благодарна. Круто отдохнули.
— Главное завтра об этом не пожалеть, — хмыкает в ответ.
Внезапно боковым зрением замечаю, как кто-то словно из-под земли вырастает. Сцену загораживает, да еще и тень отбрасывает.
— Эй, мужик, ты не мог бы подвинуться? — грубо зыркаю. Рассудок вообще не включаю. — Смотреть мешаешь.
— А твоя подруга права, — раздается хриплый баритон. — Главное, чтобы ты завтра об этом не пожалела.
С титановым терпением говорит. Его голос будто по кровотоку разносится, посылая стаи мурашек по коже.
Я поднимаю голову и пьяно усмехаюсь.
— А ты чего тут? Тоже пришел на сцене позажигать? Так раздевайся.
Тимур прожигает меня таким взглядом, что я чуть не плавлюсь под ним. Злится, похоже.
Вот и отлично. Усну счастливой, зная, что у него нервный тик вызываю.
Перед глазами долбаные звездочки, поэтому я не спешу вставать. А то еще рухну ему прямо под ноги. До жути стыдно будет.
Раевский оценивает обстановку и, наконец, отходит. Я не успеваю этому обрадоваться, потому что он рядом садится. Да так, что я бедром его ногу чувствую, а загребущие руки на талии устраиваются.
Эх, зря я с кем-то не потанцевала. Было бы еще веселее.
На шее кадык дергается, а тонкие губы в одну линию сжимаются.
— Смотрю, ты навеселе. Завтра также будет круто, когда в моем доме проснешься? – взгляд на руку падает. — И даже без обручального кольца.
— Я же не дура, чтобы с ним мужиков кадрить. Ко мне бы никто и не подошел.
— Я видел. Желающих много, однако.
— Вот именно. Так что проваливай. Сделай милость.
— Это мой клуб, Мирослава, — припечатывает, обжигая горячим дыханием. — Так что вечеринка закончена.
14
Нервный тик не дает мне покоя. Кажется, именно в этот момент я по-настоящему понимаю, что значит задохнуться от злости. В районе груди кожа буквально вскипает, а кровь в жилах стынет.
Нет слов. Хотя чему я удивляюсь. Раевский вряд ли бы ограничился простой недвижимостью. Для него это слишком скучно, вот и скупает то, что самому нравится.
Хорош муженек.
— Какой же ты подлый, — я вообще не соображаю.
Мне горько и обидно. А этот еще сидит с ухмыляющейся рожей и моей реакцией наслаждается.
Ладно. Хочет настоящих эмоций — он их получит.
Дергаю ладонью, чтобы залепить пощечину, но не успеваю. Стальные пальцы смыкаются на запястье и больно дергают мою руку, да с такой резкостью, что я буквально заваливаюсь на него, изо всех сил цепляясь за рубашку.
— В прошлый раз я дал тебе разрешение, но ты им не воспользовалась. Теперь поздно, — скользит рукой по оголенным участкам тела, отчего я тут же вздрагиваю и пытаюсь отстраниться, но он не позволяет. — Долго будешь меня бесить?
— Да плевать мне на тебя, — жадно глотаю воздух, тщетно пытаясь сохранить спокойствие. — Мир не крутится вокруг твоей задницы, понятно?
Хотя он прав. Все мои действия продиктованы желанием ударить. Да побольнее, чтобы хоть чуть-чуть в моей шкуре побыл.
 
— Мира, — голос Алины с трудом до меня добирается.
Ей снова неловко, и всё из-за меня. Ну почему я такой магнит для проблем?
Ерзаю, пытаюсь слезть и тут же каменею, услышав нарочито хриплое:
— Ты бы не дергалась так сильно, а то мысли не в ту сторону уходят.
Краска бросается мне в лицо, когда я понимаю, к чему он клонит. Но взгляд не отвожу, рассматривая жесткие черты лица, в которых нет ни капли того, что я хочу увидеть. Тимур не имеет никакого права злиться и все же продолжает это делать. Теплым дыханием касается губ, ладонью фиксирует тело, а второй рукой с какой-то меланхолией поглаживает щеки.
Уловив аромат знакомого одеколона и кислого привкуса вина, я снова теряю точку опоры. От него, как и от меня, разит алкоголем, хотя вначале я этого и не почувствовала.
— Уже отпраздновал? — сквозь зубы выдыхаю.
Бесит, что он продолжает наслаждаться жизнью, в то время как я собираю себя по кусочкам.
А к черту.
Бессильно бью его по груди, будучи уверенной, что он снова не поддастся, но на удивление Раевский ослабляет хватку. Голова идет кругом.
Я поднимаюсь, слегка пошатываясь, и сквозь муть в глазах пытаюсь отыскать выход. Удачно, что тусовку и правда прикрыли, а я этого даже не заметила. Стихла музыка, сцена опустела, а вместо мутного неона включили нормальный свет.
— Алин, пойдем.
Вероятность того, что меня просто так отпустят, составляет ноль процентов, но я из чистого упрямства иду дальше. Главное не упасть.
И почему я не замечала, что здесь так много ступенек?
Рехнешься пока дойдешь.
На улицу выходим втроем. В воздухе стоит туман, уже светает. Глаза жжет из-за влажности, тело мгновенно покрывается холодной коркой.
Что-то теплое опускается на плечи. Кажется, пиджак, насквозь пропитанный его запахом.
Я не отказываюсь, потому что еще такси ждать, а у меня и так зуб на зуб не попадает.
У знакомой тачки стоит Сергей. При виде нас он открывает заднюю дверь внедорожника, отчего у меня из груди вырывается истерический смех.
— Какая неожиданность, — голос сочится сарказмом.
Чувствую себя мышью, для которой везде расставили ловушки.
— Я вас отвезу, — говорит Тимур, красноречивым взглядом окидывая мою неуверенную походку.
— Алин, вызови такси, пожалуйста.
Полностью его игнорирую. Уже не знаю, какими словами докричаться.
— Залезай, — цедит Раевский и подталкивает меня к двери, — я не предлагал. Все же ты тоже моя ответственность.
Вот оно что. Чертовски похоже на обузу.
— Окей, — раздраженно отвечаю.
Пусть несет свою ответственность.
Залезаю внутрь и тщетно пытаюсь убедить себя в том, что это не похоже на уступку. Я просто выбираю самый удобный вариант и сокращаю время на споры.
Рядом приземляется Алина, у которой на лице написано, что лучше бы мы пешком шли, а следом и Тимур залезает. К счастью, на переднее место.
Возможно, это мой шанс порвать со всем. В доме Тимура еще остались мои вещи, да и паспорт тоже нужно забрать, чтобы потом никогда с ним не встречаться.
С трудом приоткрываю глаза, пытаясь отогнать сонливость, и отрешенно роняю.
— Давай сначала к тебе заедем. Мне нужно вещи собрать.
Меня окутывает такая дикая слабость, что ответа я не жду. Веки слипаются, и под размеренную скорость машины я проваливаюсь в сон.
Сквозь темноту слышу какие-то голоса и вроде бы даже хлопки дверей, но глаза не открываю. Мне тепло, спокойно и удобно.
А как приедем, Алина разбудит.
Не знаю, сколько проходит времени. Прихожу в себя от тепла ладони, которая прикасается к лицу и сползает ниже, доходя до шеи. И в моменты, когда ласка становится особенно явной, возникает ощущение, будто по коже проходится ток.
Мне невероятно жарко. Тело будто в огне горит.