Призраки мёртвого мира (СИ)

Затем, десять лет назад, когда один из новых кораблей-изыскателей, а теперб ужепо сути военных разведчиков, залетел на территорию Союза, взорвалась бомба.
Корабль снова шел по маршруту «Гризвольда». Сложно сказать, что именно хотели найти парни из министерства обороны, но именно в той системе, откуда пришло последнее сообщение от экспедиции, на орбите газового гиганта и был обнаружен мир названный потом в прессе Новым Эдемом. То, что почти четверть тысячелетия искали остатки человечества.
Разведчик не приближался к планете, но зонд-шпион с безопасной дистанци конечно запустил. Именно это устройство смогло запечатлеть и передать невероятные кадры, которые прошлая администрация немедленно презентовала прессе. А чтобы одобрить рискованную военную операцию, были обнародованы данные о полете «Гризвольда».
И представлено в прессе всё тогда было так, будто бы именно представители Альянса наши долгожданную планету с биосферой, а коварные дикари уничтожили героев и присвоили их находку себе. Общество, естественно, сходу голосовало за вторжение. Голоса тех немногих, кто предлагал сначала переговоры, утонули в вое толпы, жаждущей крови и обещанной земли обетованной.
Далее военная операция была с треском провалена, а Альянс понес самые большие одновременные потери в людях и кораблях со времен Первой Межзвездной. Плюс демонстрация силы Союза перед лицом уцелевших в той бойне бойцов пехоты и флотских явно показала, что Призраки будут драться отчаянно. И, как все тогда подозревали, воины в масках точно не стали бы придерживаться общепринятых правил «аккуратной» войны. То есть боестолкновений без бомбежек куполов и промышленной инфраструктуры.
С одной стороны была Конфедерация Драконов, которая заняла выжидательную позицию. С другой стороны неожиданно образовалась угроза, которую до этого просто не принимали в расчет. Разгром на орбите и поверхности Нового Эдема был оглушающим. Кресло под президентом Адамсом зашаталось, но он и его клика сделали тогда всё, чтобы удержаться на плаву. Администрация президента всерьез призывала граждан готовиться к большой войне. Войне, которая, вот ведь номер, так и не случилась.
Именно годы мира, а также повышенные оборонные траты и стали причиной по которой консерваторы теряли позиции в правительстве. Планетарные администрации все больше заявляли о своих правах. Альянс трещал по швам, и лишь внешние угрозы держали его на плаву.
Движение реформаторов все больше набирало силу. И тут по Альянсу прокатилась волна различных заболеваний. В основном по планетам реформаторов, как это не странно. Еще три года назад у руля власти были консерваторы, но неожиданно эпидемия захватила одну из планет, которая поддерживала правящую партию. На Аквитанию обрушилась болезнь Палмера.
Маккензи сделал глоток чая. Руки его дрожали, и когда он поправил ворот рубашки, стали видны напоминающие паутину сине-зеленые отметины от болезни.
Женевьева Матрихт окончила свой рассказ и откинулась на спинку кресла. Взгляд её был направлен вдаль перед собой, она словно ничего не замечала, а её спутница, тоже притихшая, молча долила себе в бокал остатки пива из бутылки.
Именно блондинка и прервала молчание:
— Так что наш нынешний президент у вас давно в долгу. В каком-то смысле. Спасение вами Аквитании после того, как там всех бросили умирать, окончательно похоронило рейтинг партии Адамса. Его приемник, этот никчемный слюнтяй Люмье, получил законный импичмент за приказы, отданные его администрацией в то время.
— Вы, как я вижу, не очень симпатизируете прошлой партии власти, — Москит повернул голову в сторону Гретхен, которая сделала большой глоток из бокала и скривилась, будто от зубной боли.
— Люмье, как и Адамс в период войны, был просто прокладкой для Первых. Их я тоже не люблю. Все мои предки были клонами, и это не делает меня человеком второго сорта, хотя эти и считают иначе.
— Как интересно, что нас считают монстрами те, кто низвел часть своих соплеменников фактически до состояния рабов в колониях или людей низшего сорта в других местах, — усмехнулся Гнус. — Мы не святые, но всегда заботились о своих. Были и среди наших соплеменников редкие уроды, чего скрывать, но они никогда не имели реальной власти.
 
— В самом деле? Мне было бы интересно узнать о вашем обществе больше. Его основатели, судя по всему, были не политиками и бизнесменами. И кто же это был? — произнесла блондинка и хитро прищурилась, беззастенчиво рассматривая облаченных в броню воинов.
Вдруг Призраки повели себя очень странно. Гиганты вдруг резко вскочили и склонили головы будто бы… в почтении? В помещении повисла почти физически осязаемая тишина. Раздался скрип двери, и альянсовцы дружно повернули головы в ту сторону. Дверь открыл давешний боец, который приносил угощение для Гретхен. И он также склонил голову в поклоне.
Первым в гостиную вошел Ворон всё ещё в своей броне Опустошителя. Офицер встал рядом с Черепами и также склонил голову.
— Что вы головы повесили, отроки? — раздался не искаженный динамиками шлема сильный голос, и его обладатель вошел в помещение. Это был высокий мужчина, судя осанке, широким плечам и мощной фигуре, которую не мог скрыть даже темный балахон с капюшоном. Кисти его рук закрывали темные перчатки, на ногах были тяжелые ботинки.
Неизвестный подошел к столу и встал сбоку, так что по правую его руку сидели женщины и Маккензи, а по левую стояли гиганты в броне.
— Древний! — произнесли гиганты с невероятным трепетом, и кажется, склонили голову еще больше.
Реакция собравшихся за столом также была различной. Маккензи вскочил на ноги, беззвучно хлопая ртом, глаза Матрихт стали невероятно широкими, а руки задрожали. Гретхен Фицрототен, например, и вовсе сжалась, будто пытаясь стать незаметной и сложила руки на груди, словно закрывшись.
От незнакомца словно исходила волна силы, которая подавляла окружающих. Каждый присутствующий в комнате вдруг понял, что это он — настоящий Лидер. Лица мужчины, которого воины назвали Древним, не было видно. Под капюшоном будто клубилась непроглядная тьма, и облик неизвестного нельзя было разглядеть.
Капюшон повернулся сначала налево, а потом направо, и мужчина рассмеялся:
— Садитесь, дети. В ногах правды нет. Да и выше порой тоже, — произнес он странную фразу. Воины как по команде рухнули вниз, но головы так и не подняли. Неизвестный только покачал головой.
— Теперь я чувствую себя дремучим стариком и ходячей древностью. Хотя, что я и мои соратники такого сделали? — развел руки в стороны неизвестный и поднял голову вверх, будто задавая вопрос небу. Затем он перевел взгляд на представителей Альянса и те, хоть и не могли видеть его глаз, будто физически ощутили на себе пронизывающий насквозь взгляд Древнего.
— Ничего не меняется с годами. Меняются лица, а ваши люди, будто те же, что и почти триста лет назад. И ничему они не хотят учиться. Лишь бы урвать кусок у ближнего, малейшую кроху. Все так же их потомки стараются держать людей в узде, опуская их до уровня скота и навязывая им лживые идеалы и ценности. Свобода без свободы идет рука об руку с правом быть лишь глупым, жадным и потерявшим самого себя.
Древний опять покачал головой, а альянсовцы вдруг почувствовали горечь, услышав легкую печаль в его голосе. Казалось, голос мужчины был пронизан силой, которая влияла на окружающих.
— И оружие их по-прежнему искажение и извращение истины, обман, убийство, завуалированный грабеж. Ну, и управляемые болезни, как вы сами догадываетесь. Люди вы явно не глупые. Хотя и сильно наивные. Но это чувство нивелируется вашим же страхом. Иначе вы явно не смогли бы жить в этом мире.
Неожиданно он посмотрел прямо на Гретхен, от чего та судорожно вздохнула.
— Эх, был бы я лет на сто, а то и сто пятьдесят моложе, — произнес неожиданно Древниц с легким весельем в голосе, чем снова привел всех в шок. Как неожиданной переменной темы беседы, так и озвученной цифрой. Никто больше не закашлялся, но вниманием представителей Альянса мужчина завладел полностью.