Призраки мёртвого мира (СИ)

Винтерс очнулась от приступа тошноты. Она провела рукой по груди и наткнулась на тугую повязку, охватывающую ребра. Девушкаа вздохнула и не почувствовала такой боли, как после ранения. Её пистолет лежал под рукой.
— Вы очнулись? Хотите пить?
Элис повернула голову в сторону и увидела напротив бледного латиноса лет сорока. Отец Сальваторе, которого она подозревала в связи с бандами в прошлом. Рукава его черной рубашки были подвернуты, а сам священник копался в сумке, убирая туда бинты и лекарства.
— Да, было бы неплохо, — произнесла полицейская пересохшими губами.
Сальваторе повернулся и взял со стола тубу. Отвернув крышку, он налил в кружку ароматный чай. Протянул ей с улыбкой кружку и поставил термос на тумбочку при кровати.
Элис отпила тёплый чай, поставила кружку на тумбу и попыталась сесть. Святой отец молча ей помог.
— Где мы? Что происходит снаружи? — она устало посмотрела на священника. Тот вернулся к столу и вздохнул, сложив руки на груди.
— Мы в старых технических коридорах и помещениях за церковью. Конкретно это бывшая кладовая. Я и отец Бернард в свое время, когда строили храм, договорились с тогдашним руководством о их аренде. Хотели перестроить их, но не хватало средств. Так, развернули что-то вроде резервного пункта для размещения нуждающихся. Так вышло, что о них мало кто знает, и я смог перевести сюда детей из приюта. Они, слава богу, восприняли это как игру и приключение. И я успел забрать Наю Хендрик до начала…
Отец Сальваторе осекся и вздохнул. Винтерс смотрела на него и не знала, что ещё сказать. Они, конечно, в безопасности, но все же ей надо узнать, что снаружи.
— Падре, так что снаружи?
Мужчина с печалью посмотрел на неё.
— Наступила ночь, детектив. Наступила ночь. И кто знает, когда снова придет рассвет?
С его слов ситуация критическая. Этот сектор отрезан, повсюду идут бои. Люди кидаются друг на друга. Слухи один страшнее другого. Сальвсторе тогда, когда нашёл Элис, выбрался в лазарет в поисках союзников и лекарств. Под его началом было четырнадцать детей от шести до пятнадцати лет. Включая осиротевшую Наю.
Там священник такде нашёл одного знакомого пилота с каботажника. Тот был ранен, но добрался до церкви и сейчас помогал ему. Затем, после вылазки в лазарет, Сальваторе нашёл Винтерс и принёс сюда. Она пролежала без сознания несколько часов.
Со слов Сальваторе, связь в этом секторе пропала. Помещения не экранировали сигнал, он проверял ранее. А сейчас кто-то просто вырубил связь.
Винтерс потянулась к коммуникатору. Сети не было, но она увидела в ящике несколько писем. Пара была из рассылки полиции. Стандартные сводки. Одно письмо отражало те сектора, которые ещё контролировала администрация. Прискорбно мало.
Второе письмо было сводкой по погибшим, чьи смерти подтвердили и кого опознали. Список был старым, но тогда, в момент отправки, уже перевалил за сотню.
Элис пролистала его и неожиданно остановилась. Первый кого она опознал — Мигель. Если бы она только не ушла. Может она смогла бы это предотвратить?
Далее ещё несколько знакомых лиц по работе в полиции и из числа обитателей станции. Среди них был и Угорь. Если верить записи, его прирезали до начала этой вакханалии. И недалеко от того клуба с виртуалкой. Вроде ограбление. Да, очень удобно. И как правдоподобно.
Третье письмо было с неизвестного номера, и в нём имелся крупный приложенный файл. Текст был небольшой. Элис прочитала его, не веря своим глазам.
"Решил подстраховаться. Дело явно гнилое и меня кажется, теперь пасут. И явно те самые плохие ребята. Если сегодня не приду поиграть, то это письмо с отсрочкой придёт с почтового сервера. Комм я уничтожу. Но надеюсь, мы сегодня сыграем и я, как всегда, сделаю тебя на треке!
П. С. Первое пиво там за мой счёт".
По щекам катились слезы. Угорь, чёртов ты проныра. Отправил ей собранную информацию, а сам спастись не смог. Хоть и не самый честный человек, но ей он был в каком-то смысле другом.
— Элис, с вами все в порядке? Вы… плачете?
 
— Просто я сейчас узнала, что мой друг погиб. Но он смог мне помочь. Правда, поздно.
— Это насчёт того дела, с которого все началось? — сказал Сальваторе и протянул ей салфетку, чтобы вытереть глаза.
— Увы, все это уже бессмысленно.
— Ваш друг, наверное, считал иначе, раз прислал вам это письмо. Изучите его. Может там есть решение данной проблемы, вы не думали?
— Честно, я, например, вообще не думала, что попаду в такую ситуацию. Никогда не видела ничего подобного. Это кошмар.
Сальваторе нахмурился и сделал глоток из своей кружки. Он резко покрутил головой. Будто отгонял неприятные воспоминания.
— А я видел однажды, много лет назад. Правда, последствия. Но это так, похоже! — произнёс неожиданно Сальваторе. Его взгляд упёрся в дверь, а руки подрагивали. Элис внимательно на него посмотрела.
— Это было в период одного из голодных бунтов у планетян? Когда вы были в банде? — произнесла Элис, твёрдо, глядя священнику в глаза. Тот повернул к ней удивлённое и слегка испуганно лицо.
— Откуда вы это знаете? Я же никогда…
Элис успокаивающим жестом остановила мужчину:
— Падре, без паники, я вам точно не враг. И не осуждаю вас. Я детектив и не могла не заметить следы сведения татуировок. Как и тот специфичный сленг, когда вы общались с трудными подростками. Ваше прошлое не моё дело, если вы не разыскиваемый маньяк-убийца. Но не думаю. Вы планетник, я родилась в Пространстве. И могу сказать точно, что вы хороший человек, — произнося это, она позволила себе слегка улыбнуться.
Отец Сальваторе лишь вздохнул:
— Верный вывод. Только стёр я их в армии Альянса. Там же я видел и последствия такого безумия. Потому и спрятал детей, — он вздохнул. — Но я не знаю, как их увести отсюда. Порт блокирован, все суда заблокированы парковочными фиксаторами.
Он снова сделал глоток чая, а затем посмотрел на Винтерс.
— Я не был святым. Я сейчас лишь старался исправить тех ошибки прошлого. Помочь ребятам в беде. Но, сейчас, я в отчаянии, детектив. Корабль Хрома, моего знакомого пилота, также заблокирован. Да он всех и не поместит.
— Я вас понимаю, святой отец. Но не думаю, что сейчас время впадать в отчаяние. Кстати, о том, что вы были в армии, падре, я и предположить не могла?
— Это почему же? — спросил тот заинтересованно.
— Армейский имплант для интеграции мысленного управления с разным оборудованием. Начиная от скафа и заканчивая крейсером. Его и после службы не убирают. Резервисты.
Сальваторе потёр шею и основание черепа, смущённо улыбнувшись.
— Мне помог от него избавиться старый друг. Джим. Я, — тут он замялся. — Да чего уже скрывать. Я когда-то дезертировал с парой друзей.
Винтерс отхлебнула чаю, удивлённо хмыкнув при этом.
— Падре, да вы полны сюрпризов. Вы часом не перед Новым Эдемом решили сделать ноги?
Тот улыбнулся, слегка приподнял уголки губ.
— Нет, это было раньше той резни. Как и открытие церкви здесь, детектив. Хотя, хорошо помню, как многие, я в том числе, боялись, что Призраки перейдут в наступление, высадятся здесь и вырежут гарнизон, а потом и население, — мужчина отхлебнул ещё чаю. — Я молился о тех, кто там погиб. Помню, как ждали здесь войны, после их победы тогда.
Винтерс помрачнела. После эпичнейшего провала сил МЗА все тогда ждали прибытия армады завоевателей из-за линии Рубеда. И армада потом действительно пришла в мир Альянса. Но не с целью завоевания, вот ведь ирония судьбы.
— Падре, а как вы думаете, почему они спасли тот мир? Они же всегда только убивали и прогоняли тех, кто сталкивался с ними. А три года назад просто взяли и остановили эпидемию на Аквитании.
Священник задумался, морщил брови, крутил в руке кружку с чаем. Винтерс подумала, что тот, возможно, сам задавался этим вопросом. Беседа отвлекла её от печальных событий. И ей почему-то очень хотелось получить ответ.
Наконец Сальваторе хмыкнул и посмотрел на неё: