Выживший: Зима близко. Том 2

Но и физическое наказание устраивать ему тоже не есть хорошо. Такое создаст неприятный прецедент. И добавит страха, а я не хотел, чтобы жители Рассвета меня боялись. Они не должны меня бояться в принципе – достаточно того, что они сейчас ко мне чувствуют.
Вероятно, отношение людей ко мне тоже нужно прописать в какой-то отдельно взятый параметр. Пока я думал, Эйрил стоял, сложив руки на груди, и притопывал ногой.
– Пойдем, поможешь, – я сделал шаг в сторону полей. – Или ты можешь привезти еще?
– Я? Еще… – растерялся Эйрил.
– И, если сможешь, то когда?
– Не знаю, быть может, неделя… если меня пустят.
– То есть, пустят? – нахмурился я. – Или ты расстроил настоящих владельцев этого зерна? Украл его?
– Я… – Эйрил растерялся еще больше. – Нет, я ничего такого не делал…
– Тогда, – я сунул руку в сумку и извлек оттуда одну из уже немногочисленных серебряных монет, кинул ее Эйрилу и спросил еще раз: – так когда ты сможешь привезти еще телегу зерна?
– Два дня! – тот ловко схватил свою «награду».
– Прекрасно. Столько же?
– Столько же! – повторил он. – Куда везти?
– Пойдем-пойдем, – ответил я. – Веди свою лошадку.
По дороге пришлось подцепить пару человек из строительных бригад. Взяв в руки шнурок и колышки, мы отправились размечать поля. Под посадки полей у меня еще не было. А следовало бы озаботиться этим заранее.
Беда в том, что весов у нас не было и по поводу массы всего груза, который привез Эйрил, пришлось попросту довериться ему. Триста – так триста. От объема зерна, как я представлял себе процесс высадки, зависит и площадь будущего поля.
Зерно мы прямо в мешках сгрузили на траву. Подошел Отшельник, заинтересовавшийся новой деятельностью в Рассвете.
– Пшеница? Рожь? – спросил он меня, когда Эйрил укатил с серебряным в кармане.
– Я не смотрел, – севшим голосом ответил я, а строители посмеялись:
– Лишь бы не камни!
При всех я развязал несколько мешков, сунув внутрь руку по локоть. Нет, зерно. Без камней.
– Рожь, – оценил Отшельник. – Пойдет. И немало ее. Еще будет?
– Будет, – уверенно ответил я. – Только сколько же из этого всего потом будет хлеба?
– Поживем – увидим, – пожал тот плечами. – А сейчас надо сажать.
– Сажать не пересажать… – протянули строители, посмотрев на заросшее травой поле. – Тут ведь еще косить. И пахать.
– У нас же есть плуг? – спросил Отшельник. – Если не знаете – пройдитесь по Рассвету и спросите. Лучше найти два или три, хотя удивлюсь, если найдется хотя бы один.
Скептицизм старика был понятен – инструмента в Рассвете хоть и было достаточно, но полноценной упряжи с плугом мне на глаза до сих пор не попадалось.
– А мы с тобой пока границы очертим.
И вдвоем мы определили четырехугольник, который, помимо ограждения веревкой, дополнили еще и скошенной по периметру травой – косу нам принесли, как только увидели, что наконец-то появляется полноценное поле для посадки.
– За день-то не успеете, – посетовала женщина, которая поделилась с нами инструментом. – Вам бы помощников!
А помощников нам набирать – равносильно уничтожению любого другого дела. Камни добываются, лес рубится, чистится, пилится. Рассвет строится – до сих пор доделывают рабочий квартал, склад уже почти готов, застилают скаты крыш в жилых домах.
Кто не занят в этом – пасут скот, возят товары между точками производства и Рассветом. Брать в целом некого.
Забрать из любой сферы хотя бы пару человек – и все процессы встанут. Причем встанут намертво.
У меня на каменоломне шестеро должны работать. К примеру. Из них один возит, один – разгружает, четверо добывают.
Уполовинить производство? Камни активно идут в фундаменты домов. А впереди еще рывок до морозов, чтобы все легло, как надо.
С лесопилки? Я ведь не знаю, сколько работников у меня там… надо исправиться.
– Да за плугом ходить – много сил не надо. Лошади же есть, – продолжала неугомонная дама. – Да хоть сына моего возьмите, он сейчас же с лошадью и придет.
– Давайте, – опередил меня Отшельник, а потом, когда женщина спешно ушла, сказал: – Я решил, что ты можешь отказаться, поэтому позволил себе ответить вместо тебя.
 
– А я и не против был, чтобы хоть кто-то поработал, – шепнул я в ответ, глядя вслед уходящей женщине. – Хоть даже и ее сын. Но мне кажется, что на наше поле… одного человека маловато будет.
– На самом деле уложиться в день – надо человека четыре, – Отшельник присел на травяную кучу. – Знаешь же, как это все делается?
– Не-а.
– Чего же ты знаешь, Бавлер? – хитро прищурился старик. – Я в правители пойду, пусть меня научат?
– Я б… хм… куда-то там пошел, пусть меня научат, – я запнулся, но повторил строчку, которая у меня долго крутилась в голове. – Ведь это же что-то известное, да?
– Не знаю, поговорка такая. Давнишняя. Про неучей.
Мне отчего-то показалось, что все далеко не так просто.
– Мы ведь до сих пор не разобрались, откуда я.
– А ты хочешь? – с грустью спросил Отшельник. – Мне кажется, тебе сейчас новая жизнь нравится. Или ты уже запутался в ней?
– Нет, не запутался, – уверенно ответил я.
– Это пока все идет по порядку.
– Не стоит пугать меня проблемами. Посмотри вокруг. У нас должно быть, – тут я заговорил тише, – двадцать с лишком стражников. А ходит всего два-три. Но ничего страшного не происходит.
– Многие, кто сюда приехал, живут не больше двух недель в Рассвете. Как ты думаешь, бросив родной дом, они сразу же начнут куролесить? Сперва пройдет немного времени перед тем, как они свыкнутся с новой жизнью. Потом начнут испытывать ее на прочность.
– То есть? – не понял я. – Испытывать на прочность?
– Не будут выходить на работу, например. Я смотрю на то, какую ты придумал систему. Она интересная, но в ней сплошные пряники. К тебе приезжают люди, ты им даешь жилье и еду. Сейчас большинству этого всего предостаточно. Но весной захотят большего. Если ты сможешь им это предоставить – здорово! Правда, я не отговариваю тебя от твоей задумки. Мати и другие кормят людей. Строители создают им жилье. Пока основная масса – это добыча ресурсов и их реализация в Рассвете – все так и будет работать.
– Примерно на год этого хватит, – заверил я.
– Уверенности бы твоей… – покачал головой старик. – Понимаешь ли, Бавлер, когда дети будут? Что ты будешь делать?
– Ты про…
– Как минимум, я говорю про пеленки. Сейчас у нас нет младенцев. Когда они появятся… Хотя нет, о чем я. Даже не о младенцах речь. У нас элементарно нет тканей. С овец можно настричь шерсти, но из шерсти не все получается.
– Я понимаю, но сейчас хочу сделать самое необходимое.
– В твоем представлении необходимое, – дополнил старик.
– Да, – подумав, ответил я. – И еще я думаю, что надо бы все же сделать праздник. Ахри подстрелит кого-нибудь в лесах, зажарим, добавим к празднику тех покупок, которые я сделал у Арина. Но после того, как засеем поле. Не раньше. Сегодня предупрежу Мати.
– Ехать ты уже никуда не собираешься? – удивился Отшельник.
– Нет, почему же. Собираюсь. Но нам надо выгадать немного времени, – я начал пояснять старику новую позицию. Пока никто не вернулся помогать нам с посадкой, можно было говорить и говорить. – Сейчас надо сажать. Иначе можем не успеть в сезон!
– Это верно. Хотя я в сельских делах не силен, но даже я это знаю. И насчет праздника тоже верно, – хотя тут Отшельник вздохнул. – Про безопасность все равно подумать надо. Стражи у нас маловато.
– Забор, стража, башни, – начал я. – Все помню. Но хочу подготовиться, чтобы не аврально собирать ресурсы. Не отправлять на валку леса толпы людей. Лесорубы сейчас заготавливают нормально – больше месяца древесина не пролежит. Как только я вернусь из путешествия, у нас уже будет прилично новых переселенцев.
– Ты так уверен в этом? – вновь засомневался Отшельник. – Что людей будет много?
– Да. Думаю, да.
– Мне кажется, что, если строители займутся новыми домами в твое отсутствие, у нас будет массовое переселение. Каждого надо закрепить. Документально.