Предначертанная луной (СИ)

— Вы понимаете, что из-за вас пострадали люди?
Юфемия тут же остановилась. Сердце дёрнулось от внезапного озарения. Ещё до того, как прозвучал ответ, Юфемия уже поняла кто собеседница.
— Пострадали? Тоже мне печаль! — Марианна, как всегда, вела себя дерзко и нагло. — Они все получили по заслугам!
— И чем же линкская принцесса заслужила такое жестокое обращение? — Лоубэлика в негодовании повысила голос. — Она же безобидней новорожденного щенка!
— Безобидная? Ну конечно! Её прислали проклятые демоны, чтобы отнять у тебя законное право стать эм-рейм! — горячо возразила Марианна.
— Кто бы её ни прислал, выбор делает эр-хот! — продолжала сердиться Лоубэлика. — Вы не можете решать за него!
— Как будто он что-то может решить сам! — В голосе Марианны послышалось пренебрежение. — Ты посмотри, как он легко поддался на чары Эми и теперь проводит с ней все вечера? А как он вертится возле этой принцесски — матушкиной надежды?! Каждый день свидание! Разве ты не видишь, что эти стервы окрутили его, словно младенца?! Он уже и забыл о тебе!
— Мы тренируемся каждое утро!
— И что толку от этих тренировок, если он больше не зовёт тебя на охоту или прогулку? Очнись, Лоу, я сделала это для тебя!
— Нет, вы сделали это для себя! — отрезала Лоубэлика. — Это подло и низко!
— Думаешь, хоть одна из них стала бы о таком беспокоиться? — не унималась Марианна. — Эта дрянь Эми вчера пыталась соблазнить брата. Принцесска только и делает, что морочит ему голову, не иначе, как с подачи вампирки. А эта новая мямля…. Как будто я не знаю своего брата! Его вечно тянет спасать кого-то обездоленного! Но разве это честный выбор? Полнолуние уже сегодня, а значит, всё вот-вот решится. Тебе благодарить меня надо, что все конкурентки устранены. Одна ранена, на двух других попадают подозрения… Ни одна из них не покинет свои покои этой ночью!
— Я не приму такого выбора! — рявкнула Лоубэлика, и Юфемия нервно заметалась в поисках укрытия, заслышав приближающиеся шаги. Поняв, что до поворота добежать никак не успеет, она прижалась к стене, надеясь скрыться за распахнутой дверью.
— Не глупи! — кинулась ей вслед Марианна. — Лоу! Лоу, куда ты?!
— К эр-хоту! Ему следует знать, что за змея его сестрица! — бросила, стремительно удаляясь, Лоубэлика.
— Предательница! — выкрикнула ей вслед Марианна, а затем, выходя и громко хлопая дверь, зло буркнула: — Вот и вини себя сама за поражение! Ещё никто честно не побеждал на этих дурацких отборах!
К счастью, сестра эр-хота даже и не подумала обернуться, и Юфемия, проводив её взглядом, с облегчением выдохнула. С души словно сняли тяжеленный камень: Арата в самом деле была невиновна! Но в следующий миг Юфемия вновь ощутила беспокойство. Если нет причин скрываться, значит, что Арата и сама могла стать жертвой. Одному вампиру не устоять перед стаей обезумевших от полнолуния оборотней! Подгоняемая тревогами, Юфемия поспешила в свои покои. Крохотный огонёк надежды всё ещё теплился в её душе, рисуя радостные картины. Юфемия представляла себе, что откроет дверь и увидит сидящую как ни в чём не бывало в кресле Арату, услышит её ехидные реплики:
— Я, что, обязана отчитываться? Вампиры вам не какие-нибудь жалкие собачонки, виться вокруг и заглядывать в глаза не станем, мы свободолюбивые создания!
Воображаемая сцена так увлекла, что иного исхода сознание уже не допускало. Однако, войдя в гостиную, Юфемия ощутила всю горечь разочарования. В кресле никого не было. Плед так и лежал не тронутым на столике, а камин совсем остыл. Кочерга одиноко валялась у решётки — ровно так, как и была оставлена ночью. Глаза защипало от слёз. С клокочущим сердцем Юфемия бросилась сначала в спальню, затем добежала до уборной, но всё было тщетно. Ни единого следа, ни одной зацепки! Арата будто бы провалилась сквозь землю!
***
Она так и не появилась ни к полудню, ни к обеду. Юфемия вся извелась от беспокойства. Она бы с радостью бросилась на поиски, но стража отказывалась выпускать кого-то из дворца. Юфемии раз за разом твердили лишь одно:
 
— Идёт расследование. Всем обитателям нужно оставаться на своих местах!
И это ужасно раздражало! Ей было невыносимо торчать в четырёх стенах и страдать от вынужденного бездействия. Сколько бы она ни нарезала кругов по комнатам, сколько бы ни вглядывалась в туманную даль, сколько бы ни прислушивалась к шуму осеннего дождливого дня — всё было попусту.
«Неужели Лоубэлика струсила и не стала выдавать эр-хоту правду?» — недоумевала Юфемия, и решимость, наконец, разобраться в этом деле, в ней только росла. В отличие от Лоубэлики, у неё не было никаких причин покрывать бесчинства Марианны, скорее, даже напротив, истина избавляла её и Арату от ложных обвинений. Эта мысль буквально прожигала сознание, и Юфемия не выдержала. Поддавшись порыву, она стремительно направилась к двери и едва не столкнулась с пришедшей к ней с подносом служанкой.
— Обед отменили, Ваше Высочество, — проворно посторонившись, залепетала незнакомая девица. — Меня просили отнести вам несколько закусок и блюд.
Юфемия с трудом подавила рвущий наружу вздох разочарования. Пропустив в гостиную служанку, она печально поплелась назад.
— Вероятно, ужина тоже не будет, — пропищала девица. — Все слишком обеспокоены из-за произошедшего. Вдобавок сегодня полнолуние, так что всем следует соблюдать осторожность!
«Может, Араты нет именно из-за полнолуния?» — провожая служанку, подумала Юфемия. Эта мысль немного успокаивала: всё же и оборотни, и вампиры слишком подвержены луне, и в канун могли вести себя непредсказуемо. Достаточно было вспомнить утреннюю несвойственную для эр-хота вспыльчивость и его совершенно неподобающий внешний вид!
— Всему можно найти объяснение, — в очередной раз безуспешно пытаясь отогнать тревоги, пробормотала себе под нос Юфемия и открыла крышку подноса. Дразнящие ароматы тут же заполнили комнату. Как и в обед на подносе теснилось несколько изящных тарелок, соусников и чаш с разнообразными яствами. Взгляд Юфемии скользнул по аппетитно запечённым овощам, тонким, похожим на паутину, лепёшкам, зажаренной до хрустящей корочки утиной ножке, и внезапно уткнулся в свернутое в трубочку запечатанное сургучом послание. Неожиданная находка вызвала беспокойство. Недолго думая, Юфемия схватила послание и, поддев ногтём ещё тёплый сургуч, развернула. Впившись в округлые элегантные буквы, она не сразу осознала суть:
Ваше Высочество принцесса Юфемия!
Простите, что извещаю вас письмом, а не лично. Вынужденные разбирательства по утреннему делу задерживают меня, потому, к огромному сожалению, вынужден отменить нашу условленную послеобеденную встречу. Однако считаю своим долгом честно признаться вам, что моё сердце пребывает в смятении и требует непременно увидеть вас снова. Надеюсь на ваше понимание, и потому прошу: не сочтите за грубость и неуважение моё предложение увидится с вами сегодня на закате у заброшенной пристани.
Искренне восхищённый вами эр-хот Марселу
Ровные красивые строчки прожигали насквозь. Сердце неистово забилось, словно норовя выпрыгнуть из груди. Юфемия, пытаясь восстановить дыхание и сбившийся разом ход мыслей, зажмурилась. Разве это может быть правдой? Или её разум настолько измучался от переживаний, что теперь она бредит наяву? Резко распахнув глаза, Юфемия вновь направила взор к посланию. Лишь перечитав его ещё трижды, она смогла развеять все сомнения. Её не просто звали на свидание — эр-хот, наконец, сделал выбор!
От волнения Юфемия позабыла о еде и тревоге об Арате. Сжав материнский медальон, она едва не расплакалась от нахлынувших разом чувств.
— Я смогла! Матушка, у нас всё получилось! — радостно прошептала, а затем, словно одержимая принялась кружить по комнатам. Нужно было подобрать платье, продумать причёску и вызвать кого-то на помощь! На вечерней встрече она должна была блистать!
***
Небесно-голубой атлас придавал её лицу свежести и мечтательности. Подчеркивая изящность и хрупкость фигуры, жесткий корсет крепко обнимал узкую талию. Накрученные тугие кудри рассыпались по плечам, кокетливо прикрывая нескромный вырез. Подведённые сурьмой глаза казались больше и ярче. Юфемия, с интересом рассматривая себя в зеркале, склонила голову набок и мягко улыбнулась. Результат ей нравился: она выглядела будто сошедшая с восхитительной картины прекрасная принцесса. Оставалось добавить только одну, самую важную деталь. Кончиком ногтя Юфемия подцепила крышку медальона и достала оставшиеся ягоды. Их было всего три, и они слегка скукожились, обещая в скором времени испортиться совсем. Покрутив пальцами одну из ягод, Юфемия решила использовать все. Лучше избавиться от возможных улик, чтобы не навлечь на себя лишних подозрений.