Предначертанная луной (СИ)

— Поверь, сестрица, я не желала тебе зла, но ты так слаба и наивна, я всего лишь хотела прибавить тебе сил! — убеждала Ярина.
— Я могу обратиться в монстра! — со слезами на глазах воскликнула Торина.
— Не думала, что ты не терпима к другим народам, — с осуждением произнесла сестра. — В любом случае, не вижу ничего плохого, в том, чтобы стать оборотнем. Проявившийся зверь сможет тебя защитить, возможно, даже лучше, чем сила заклинаний, которые ещё предстоит изучать.
— Тогда зачем мне непременно уезжать на Ю? Не лучше ли дождаться, когда станет ясно, кто я теперь?
— Результата можно ждать годами, но ни один оборотень не устоит перед влиянием кровавого Янгоса… Вдобавок Линку не повредят связи с такой влиятельной страной, как Ю!
— Но если я снова потерплю неудачу… — Голос Торины предательски сорвался. В глазах уже стояли слёзы, вот только вовсе не из-за возможного провала. Сердце жгла боль осознания, что главной любови в своей жизни ей уже не добиться. Любая замена казалась просто невозможной и даже бессмысленной — всё равно, что менять драгоценный огранённый бриллиант на блестящую стекляшку. Однако Торина, боясь осуждения, не рискнула поведать сестре о своих истинных чувствах.
— Не стоит об этом переживать! Если эр-хот окажется настолько слеп, что не увидит твоих невероятных достоинств, тогда твоя сестрица найдёт тебе кого-то получше! — с вызовом ответила Ярина и притянула принцессу к себе. — Даже не думай раскисать раньше времени! — добавила она и принялась утешающе гладить Торину по спине.
— А если вовсе не эр-хот окажется слеп, а я? — пожаловалась принцесса. — Сестра, мне обязательно так скоро вновь выходить замуж?..
— Не забывай о своём статусе! — Голос Ярины стал строже и твёрже. — Ты не какая-то капризная девица, а принцесса! И как у всякой принцессы у тебя есть долг перед страной.
Больше перечить сестре Торина не осмелилась. Будучи по натуре излишне скромной и слабовольной, она в очередной раз вынужденно смирилась, надеясь лишь на то, что слухи не лгут и новый жених не окажется таким же чудовищем, как прежний. Впрочем, в этом ей только предстояло убедиться.
Торина покосилась на своего спутника. Тот остановился напротив зеркала и принялся чертить на его глади загадочные символы. Незнакомые письмена вспыхивали алым пламенем, а затем стремительно рассеивались, превращаясь в плотную дымку. Туман быстро заполнял собой пространство, подступая всё ближе к волшебнику. Торина едва успела пару раз моргнуть, как за алой пеленой уже невозможно было разглядеть ни зеркала, ни рундука, стоявшего под ним, ни дощатой стены, ни пола.
— Вам пора, — кивая в сторону поглощённого туманом зеркала, сообщил мужчина и протянул ей конверт.
Торина обреченно подошла к волшебнику и, забрав послание, в последний раз взглянула на него. И снова на его лице была лишь милосердная полуулыбка и нечто нечитаемое в потемневших голубых глазах.
— Прощайте! — отворачиваясь, прошептала Торина и шагнула в густую пелену. Туман тут же облепил её со всех сторон, вокруг всё завертелось и завихрилось. Торина, почувствовал резкое головокружение, зажмурила глаза, а когда открыла, то увидела в рассеивающейся пелене незнакомую комнату и удивленного молодого человека.
— Нэйдж?! — ошарашенно произнёс он, застыв на месте.
Имя царапнуло сознание. Где-то ей уже доводилось его слышать, однако разбираться в этом сейчас было некогда.
— П-п-простите за вторжение, эй-эйр, — торопливо произнесла Торина, заливаясь краской (И о чём только думал волшебник, отправляя её прямиком в покои незнакомого мужчины!). — П-п-понимаю, это против правил и с-с-совсем невежливо, но… п-п-позвольте представиться л-л-лично. Я, — она набрала побольше воздуха в грудь, чтобы без остановки выпалить: — младшая линкская принцесса Торина, прибыла на отбор невест эр-хота! В-в-вот моё р-р-рекомендательное п-п-письмо… — Она, уже сгорая от стыда, поспешно протянула конверт опешившему незнакомцу.
Однако тот настороженно покосился на послание.
— Вас прислали демоны? — с опаской переспросил он.
 
— Н-н-не с-с-совсем так… м-м-моя с-ст-таршая с-сестра — л-л-леди Ярина, ж-ж-жена агни Н-н-найлуса, — начала нервно объясняться Торина, не зная куда деваться от неловкости. Её лицо пылало, а голос то срывался, то стопорился. Больше всего на свете ей хотелось немедленно провалиться сквозь землю. За что только ей это испытание?!
Незнакомец нахмурился и неохотно взял письмо. Он быстро вскрыл конверт и, вытянув послание, углубился в чтение. По мере продвижения взгляда по скупым строчкам, его густые брови постепенно поднимались всё выше и выше, почти спрятавшись за длинной чёлкой иссиня-чёрных волос.
— Здесь написано, что вы побывали в Храме Трёхликого. Но как такое возможно? — отводя в сторону послание, недоверчиво перепросил незнакомец. — Разве это не выдуманная легенда? Или же демоны изволили пошутить над вами и Ю?
— Б-б-боюсь, я не-не смогу д-д-дать вам от-т-вет, — проговорила слабым голосом Торина и стыдливо опустила глаза. Пол был устелен ярким узорчатым ковром из пушистых нитей — явный предмет роскоши, намекавший на то, что незнакомец точно не какой-то слуга.
— Тогда, быть может, вы назовёте мне имя того, кто, несмотря на защитный барьер, сумел открыть портал? — Молодой мужчина с трудом скрывал беспокойство.
— Лекарь демонов — Маркус Слайнор, — упавшим голосом, ответила Торина.
— Что ж, — понимающе хмыкнул незнакомец. — Это многое объясняет.
Он на миг замолчал, явно что-то обдумывая, а затем, кривовато улыбнувшись, заговорил чуть мягче:
— Раз уж мы с вами оба оказались в столь неудобном положении, позвольте и мне тоже представиться лично. Эр-хот Марселу, наследник Ю. Приветствую вас в моей резиденции, Ваше Высочество!
Торина едва не хлопнулась в обморок, заслышав имя незнакомца. Да как Маркус мог поступить с ней столь бесчестным образом?! Мыслимо ли это нагрянуть нежданно-негаданно прямо в покои жениха!
— Буду предельно честен, — тем временем продолжал Марселу. — Ваше появление создало для меня серьёзные трудности и вызывает слишком много вопросов, но, прежде чем мы с вами побеседуем, будет уместно сначала выделить вам покои…
— Б-б-благодарю за оказанную любезность! — Торина тут же склонилась, а Марселу стремительным шагом направился к двери.
Принцесса проводила его взглядом и невольно сравнила с Маркусом. Марселу был несколько ниже и шире в плечах, гладкие шелковистые волосы цвета вороного крыла доходили почти до лопаток. Походка скорее пружинистая, чем легкая и почти невесомая поступь волшебника. И лицо эр-хота, как у ребёнка — чистое, одухотворённое, ещё лишённое той необъяснимой ей пока мудрости, какая встречается у тех, кому довелось приобрести богатый жизненный опыт.
«Вероятно, это и отличает меня от возлюбленной Маркуса», — с грустью осознала Торина, внезапно поняв, что в глазах волшебника выглядела столь же наивным ребёнком.
— Эр-хот довольно красив, — всё же признала она, хотя сравнение получилось не в его пользу. Да и вряд ли могло сложиться иначе: Маркус оказался прав, пока её мысли заняты им, места для кого-то ещё в сердце просто не могло быть! Торина бросила печальный взгляд в окно, как раз выходившее на море. Яркое солнце золотило безмятежную водную гладь. Торина подбежала к широкому подоконнику, опершись на который, она прижалась носом к тонкому стеклу в надежде увидеть у горизонта уходящий корабль, но залив был абсолютно чист.
«Мы больше никогда не встретимся», — с горечью подумала она и закусила губу, надеясь прогнать набегающие слёзы. Однако расплакаться ей не дали вовсе не собственные усилия, а появившиеся две служанки, которые, войдя в комнату, попросили следовать за ними.
Идти пришлось долго. Гостевое крыло дома отделялось от основного несколькими крытыми галереями и длинными террасами. Торину поселили в милой башенке, словно нарочно отделив от других постояльцев. Возможно, то было ложным представлением, однако по пути наверх принцесса не встретила никого, кроме слуг, и потому сочла данное обстоятельство хорошим знаком. Признаться, её весьма тревожила конкуренция. О диких нравах оборотней Торина знала лишь по любовным романам, и хотя едва ли те могли быть надежным источником, принцесса им безоговорочно верила. И теперь её сердце всё больше сжималось не только не от тоски и грусти, но и от нехороших предчувствий. Если уж эр-хот был встревожен её появлением, то от других кандидаток и подавно ждать улыбок не стоило.