Комплекс Героя (ЛП)

Всхлипывая, я прищуриваюсь, когда он убирает пальцы. Положив голову между моих грудей, он улыбается мне, и я открываю рот, чтобы вырвать ему кадык, когда он смеется и наклоняется, балансируя на руках возле моей головы и углубляя поцелуй.
Отстраняясь, он оставляет меня задыхающейся и все еще жаждущей освобождения, когда смотрит на остальных.
— Итак, я думаю, мы нашли два способа заткнуть ей рот. Член или поцелуй, — шутит он, и остальные смеются.
Обхватив ногами талию Шпика, я впиваюсь ногтями в его плечи и заставляю его снова посмотреть на меня. Он улыбается, его глаза сверкают, при взгляде на меня.
— Тебе что-нибудь нужно, Дробилка? — он трется головкой члена о мои гладкие складки, и я удерживаю свой возмущенный взгляд.
— Клянусь, я собираюсь… потрахаться, — я издаю блаженный стон, когда он медленно входит в меня, растягивая мою киску своим огромным членом.
Выгнув спину, я обхватываю ногами его талию, мои ногти слегка царапают его спину. Он дрожит, прижимаясь ко мне, когда выходит и буквально вдалбливается в меня снова. Схватив меня за бедро, он приподнимает его над плечом, ударяясь под углом в то место внутри меня, которое заставляет меня стонать и почти умолять его о том, чтобы он кончил. Через его плечо я вижу, как двое других смотрят на меня с довольными улыбками на лицах, и это только еще больше заводит меня.
Оказываясь выше меня, Шпик прижимает меня еще глубже к полу, когда своими быстрыми, жесткими движениями доводит меня до точки кричащего блаженства.
Возвращаясь на бренную Землю, я трясусь в его объятиях, пока он ругается и прокладывает себе путь через мою узкую киску.
— Один, — подмигивает он.
Наглый ублюдок, мне понадобится, по крайней мере, три, чтобы компенсировать два других.
Я мысленно шучу, а он ухмыляется.
— Я подарю тебе четыре, ты будешь считать каждый.
Я, блядь, буду бегать по улице голая с кремом на сосках для него, если он подарит мне четыре… черт, может быть, он на что-то и сгодиться.
Убрав руку с моего бедра, Шпик встает между нами и начинает растирать мой клитор быстрыми, решительными движениями, пока я снова не задыхаюсь, моя киска сжимается вокруг него.
— Нужна помощь? — комментирует Потрошитель, а сам падает на колени и ползет к нам, его член уже снова твердеет между бедер.
Шпик продолжает свой жесткий ритм и щелкает мой клитор, пока я не извиваюсь под ним, так близко к краю, но я не падаю, пока Потрошитель не наклоняется и не засасывает один из моих сосков в рот.
— Считай! — Шпик скрипит зубами, медленно проталкиваясь внутрь, пока моя киска пульсирует вокруг него.
— Два! — Я задыхаюсь, мотая головой из стороны в сторону от силы накатившего оргазма.
Он замедляет темп, когда я падаю на пол, тяжело дыша. Мои глаза фокусируются на нем и ухмылке на его лице. Шпик резко выходит из меня, и я вскрикиваю, когда он крутит меня, пока мое лицо не прижимается к полу, а моя задница не оказывается в воздухе. Одним быстрым, плавным движением он снова входит в меня, снова наращивая темп.
Я скольжу вперед на деньгах с силой его толчков, когда его палец движется вниз по моей киске, оставляя мой бедный, сверхчувствительный клитор в покое. Обводя свой член, он смачивает пальцы и проводит ими по моим ягодицам, обводя мою вторую дырочку и заставляя меня откинуться назад.
Его палец погружается внутрь, просто отдыхая там, пока он продолжает свои размеренные толчки, но я чувствую грубую хватку его другой руки на моем бедре и его хриплое дыхание. Он долго не протянет, но твердо намерен довести меня до четырех оргазмов.
Я слышу шум рядом со мной и вижу взгляд Потрошителя на моей заднице, его зрачки расширены, когда он смотрит, как Шпик входит в меня, и его рука играет с моей дырочкой. От одного взгляда на него что-то во мне шевелится, и я чувствую, как начинает нарастать новый оргазм, я не думала, что это возможно. Я полностью за множественные оргазмы, но давайте будем честными, как часто мы действительно получаем больше одного? Даже один получить не так-то просто… если только не наедине с самой собой или с игрушками. Давайте посмотрим правде в глаза, некоторые парни долбят так, будто хотят продолбить золотое дно, но при этом ожидают, что ты кончишь от одного прикосновения.
— Потрогай себя, — требую я, и глаза Потрошителя встречаются с моими. На мгновение я думаю, что он не собирается этого делать, прежде чем легкая ухмылка трогает линию его губ, а затем он своей большой ручищей накрывает свой член, плавно двигаясь вдоль всей его длины.
Стон слетает с моих губ, когда я смотрю, и отталкиваюсь от Шпика, чувствуя, как его толчки начинают ослабевать.
— Т-в-о-о-о-ю мать, я долго не протяну, если ты будешь продолжать в том же духе.
Его хватка на моем бедре становится кровоподтеком, когда он входит в меня, а я оказываюсь за краем от накатившего третьего по счету оргазма. При этом я сгребаю деньги руками в охапки.
— Ты слышал, как она считала? — спрашивает Стрикер со своего места на диване, я даже не заметила, как он пошевелился, но закатываю глаза, его голос звучит строго, заставляя мою пульсирующую киску сжаться.
— Три, — выдыхаю я, качаясь на волнах удовольствия, и чувствую, как Шпик находит свое собственное освобождение, когда он замирает внутри меня.
— Черт, — ругается он и стонет, наклоняясь так, что его голова касается моей спины.
— Я думала, ты сказал четыре, — поддразниваю я, мое запыхавшееся дыхание немного портит момент. Честно говоря, я не уверена, что смогла бы достичь четвертого оргазма, но ему это знать не обязательно.
— Я никогда не говорил, что это будет только мой член, — защищается он, отталкивает меня и выскальзывая из меня. Перевернувшись, я смотрю ему в лицо, ухмыляясь решимости, которую вижу там.
— Потрошитель, присоединишься? — спрашивает он.
Потрошитель хрюкает, отталкивает Шпика с дороги, хватая меня, заставляя взвизгнуть. Он притягивает мои бедра ближе, закидывая обе мои ноги себе на плечо, когда подстраивается и резко толкается в меня.
Мои руки тянутся вверх, и кто-то хватает их. Глядя вверх широко раскрытыми глазами, я ухмыляюсь Стрикеру, когда он крепко сжимает их, прижимая к деньгам.
— Что ж, это похоже на командные усилия? Вперед Злодеи? — шучу я, задыхаясь, когда Потрошитель улучает момент, чтобы выскользнуть и впечататься обратно.
Шпик подходит ко мне, его руки бегают вверх и вниз по моему потному телу, не останавливаясь слишком долго, пока он меня заводит. Это опьяняет, когда я не могу прикоснуться ни к одному из них, когда Потрошитель трахает меня, а Шпик трогает, они могут делать все, что хотят, и я не смогу их остановить.
Шпик задевает мои соски, заставляя меня хныкать. Все мое тело сверхчувствительно, и он, кажется, знает это, его пальцы легкие и быстрые, когда он поворачивает их и двигается дальше.
Не сводя глаз с Потрошителя, я наблюдаю, как его мышцы сжимаются, а тело колышется от толчков. Он действительно шедеврален, точная копия Тора.
Шпик продолжает мягко касаться меня, контраст между этим и жесткими движениями Потрошителя медленно заставляет меня вернуться назад, пока Потрошитель не толкается раз, другой и не начинает вихлять бедрами, крича от своего освобождения, а я следую за ним. Крича от напряжения, я падаю обратно на деньги, вся в поту, с бешено колотящимся сердцем.
Охуеть.
— Ты не считала, — хмурится.
— Четыре, — бормочу я. Твою же мать. Я думаю, они убили меня.
Потрошитель вырывается из меня и падает рядом со мной. Мы все лежим, пытаясь восстановить дыхание. Вздохнув, я перекатываюсь и растягиваюсь на груди Потрошителя, Стрикер играет с моими волосами, а Шпик прижимается ко мне сзади. Моя повязка срывается, заставляя меня стонать. Подняв ее, я вскакиваю на ноги в ярости, шатаясь от насилия, которое только что выдержало мое тело… Я имею в виду, это было здорово в тот момент, но, черт возьми, все мое естество саднит так будто я срала кровью весь гребаный день.