Я убил Бессмертного. Том 4 (СИ)

Он улыбнулся.
— Но я не против добрых дел в том случае, когда они выгодны мне самому. Например… когда нужно спасти мир, в котором я ещё собираюсь жить.
Он обвёл трактирный зал рукой.
— Этот мир вот-вот… В общем, я же сказал — то, что вы пришли ко мне, это знак.
— Сигнал, что отсидеться в стороне не получится, — кивнул Алекс.
— К моему большому сожалению. Демоны — всё равно что мелкие насекомые. Вытравить трудно, но и вред от них не так уж велик. Для меня, разумеется, не для обитателей миров, которые они грызут. Но иногда… Да, спасибо большое.
Это грудастая официантка, улыбающаяся самым сальным образом, принесла всем троим тарелки. Дождавшись, пока она уберётся восвояси, Виссарион продолжил:
— Иногда случается что-то более опасное, и демоны предстают уже не насекомыми, а чудовищами, опасными для мультивселенной в целом. И прямо сейчас в этом мире происходит нечто подобное.
— Что именно? — уточнил Ханагава.
— Понятия не имею, — ответил Виссарион, отпивая из кружки. — Я же прибыл вместе с вами и знаю ровно столько же, сколько и вы.
— Но почему тогда мы сидим здесь, а не…
— Потому что я не тупой рыцарь с Мечом Правды наперевес, — улыбнулся Виссарион Алексу. — И действую я иначе. Если лезть в гущу, очень легко можно схлопотать в ответ. Не смертельно — уж для меня точно — но неприятно, муторно и вообще — зачем, если этого можно избежать?
Он продолжил улыбаться, глядя уже на двоих собеседников сразу.
— Много тысяч лет назад демоны провернули со мной одну жестокую шутку. Тогда я был моложе, горячее и рвался мстить им за… все причинённые обиды. Они видели во мне опасность — и не без причины… и, в конце концов, меня застали врасплох.
Он подцепил из миски что-то, похожее на кусок вяленого мяса, и, прожевав, продолжил:
— Демоны не могли меня убить. Я… как бы это поточнее выразиться… бессмертен. И тогда они решили сыграть на этом.
Кажется, он был знатным любителем потянуть интригу и нагнать саспенсу; даже Ханагаве с его любопытством все эти паузы казались излишними.
— В общем, — кивнул Виссарион, — они заперли меня.
— Где? — не понял Алекс.
— В одном из миров, — Виссарион пожал плечами. — При мне было всё — мои силы, моё могущество, моё бессмертие. Я мог даже призывать демонов или людей извне. Но вот покинуть тот мир я не мог.
Ханагава моргнул раз, другой…
— Дайте-ка угадаю, — пробормотал он. — Покинуть тот мир было возможно, только… умерев?
— Совершенно верно, — согласился Виссарион. — Как вы понимаете, непростая задачка для бессмертного. Первые века я пытался найти способ самостоятельно — и чего я только не творил!.. Зрелище было не для слабонервных. А затем наткнулся на одно пророчество — о том, что убить меня сможет только мой ученик.
— Как-то очень пафосно, — заметил Алекс, налегая на еду.
— Я тоже так подумал, — кивнул Виссарион. — Но в пророчестве сомневаться не приходилось. Ну, решил я, это будет просто — и выбрал себе ученика из наиболее талантливых местных.
Он скептически улыбнулся.
— Ученик достиг великих высот, стал королём и привёл свою страну к благоденствию, какого там не ведали прежде. Но убить меня… увы, не смог, как ни пытался.
Виссарион отпил пива.
— После трёх провалов я подумал, что, может, местные бесталанные идиоты и решил брать учеников из других миров. Тогда я понятия не имел, на сколько времени это затянется…
— Но вы не прекращали этим заниматься, — ответил Ханагава. — Почему?
— Во-первых, — задумчиво протянул Виссарион, — как я и сказал, предсказания не врут. Если было сказано, что меня убьёт ученик — то так тому и быть… и кто ж знал, что это будет тысяче-с-лишним-какой-то ученик по счёту?
Он вновь потянулся за закуской.
— А во-вторых — это не доставляло особых хлопот и не отнимало много времени.
Ну, ещё бы, подумал Ханагава. Время вообще не проблема для бессмертных.
— Первых учеников я взращивал буквально как цветы, ведя за руку по шагам. Но чем дальше, тем проще это становилось… С другой стороны, когда делаешь что-то в тысячный раз, то особо не задумываешься над этим.
 
— Прошу прощения за тупой вопрос, — заметил Алекс с набитым ртом, — но вы, как я могу заметить… Живой, не так ли?
— О, — согласился Виссарион. — Ну, видишь ли, тут всё просто. Я воскрес.
Алекс похлопал глазами, даже прекратив жевать.
— Вот так запросто? Воскрес — и всё?
— Может, это было сложнее, чем кажется, но… да. Взял и воскрес.
— А в чём разница? — уточнил Ханагава. — Готфрид рассказывал нам о своих попытках. Он убивал вас и раньше, но вы всегда воскресали, а…
— Не-а, — покачал головой Виссарион. — Не воскресал. Точнее, он не убивал меня. Он крошил меня на части, превращал в месиво, сжигал, резал и ещё делал чёрт знает что — как и тысяча учеников до него. Вот только это не убивало меня.
— А зачем Готфриду удалось?
— А затем Готфриду удалось, — подтвердил Виссарион.
— Но… как?
— Если бы я знал, — Виссарион пожал плечами. — Встречу его — первым делом задам этот вопрос. Свои слабости всегда нужно знать.
Он вновь улыбнулся.
— Так вот. К чему я это. Вы спрашивали, почему я не несусь, сломя голову, сокрушать местное зло… Всё просто. Я не буду этого делать. Я разберусь, что вообще происходит в этом мире — разберусь издалека — и, если сочту, что всё действительно плохо…
— Запрёте его в этом мире, как это сделали с вами демоны? — сообразил Ханагава.
— Бинго! — Виссарион щёлкнул пальцами. — Именно так. Только — для надёжности — я запру не зло, а сам мир. И без дурацких условий вроде чьей-либо смерти — просто кристаллизация отдельного измерения, без возможности войти или выйти для кого-либо.
— Кажется, я знаю, откуда Готфрид набрался своих манер, — проворчал Алекс. — До встречи с вами он не был таким.
— О! — Виссарион поднял бровь. — Так бы знал его раньше, до того, как он попал ко мне?
Он хлопнул в ладоши.
— Что ж, я на ваши вопросы ответил. Пора и вам рассказать мне то, что меня интересует. Про Готфрида, про вас и про то, почему мы встретились. Скорее всего, оно как-то связано с происходящим здесь — хоть я пока и не знаю, как.
Алекс и Ханагава вновь посмотрели друг на друга.
— Ладно, — вздохнул Алекс. — Я начну, пожалуй, а док подхватит, если что. В общем, убив вас, Готфрид вернулся к себе домой — вот только прошло двадцать лет, и многое безвозвратно переменилось…
Хлопнула дверь трактира; Широ Ханагава машинально поднял голову — и, не найдя в вошедшем высоком мужчине ничего интересного, вновь перевёл взгляд на Виссариона.
…как он всё-таки воскрес? Нужно будет вызнать поподробнее. Точная информация о загробном мире произведёт настоящий переворот в науке!
  
Глава 26
 
— Что может пойти не так?
Голос Алекса был полон и сарказма. Виссарион не нравился ему — это твёрдый факт, и, в принципе, Ханагава мог бы его понять. Бессмертный маг себе на уме, живущий по совершенно странным законам и принципам…
С другой стороны, столько вопросов ещё можно задать! Такой простор для исследования!
— Ты их слышал, Док? — Алекс ткнул рукой в направлении слова в другой стороне трактира, вокруг которого уже собралась приличная толпа самых разных людей. Говорили они не то чтобы в полный голос, но всё-таки обрывки фраз долетали и до них. — Похоже, Готфрид тут, в этом мире.
— Да, но… — Ханагава поправил очки, — как, и зачем…
— Ой, да не всё ли равно? Мы вон тоже не гадали оказаться здесь, — Алекс махнул рукой и вернулся к еде.
— Что, если Готфрид получил наши сообщения в Тумане и пришёл за нами, вытащить нас, но пока не нашёл нужный мир? — предположил Ханагава. Алекс замер на пару секунд, а затем расхохотался.
 
— Готфрид? Спасти? Не смеши, Док. Может, когда-то он и сделал бы так, но этот, новый Готфрид — законченный эгоист, и теперь я вижу, откуда в нём это. Учитель-то передал ему не только знания!