Я убил Бессмертного. Том 4 (СИ)

— Возьму Юнджи и уеду отсюда, — коротко отозвался он. — Возьму деньги, выданные тебе, и оплачу остальным провожатых до Хончи. А ты?
А вот этот вопрос, кажется, всерьёз волновал его. Можно смириться с собственной смертью, но репутация Школы… это святое.
— Если прикончу тебя? — я покачал головой. — Ну, пока останусь тут, продолжу делать то, что делаю. Но Юнджи и остальным ничего не грозит — они нужны мне живыми. Хорошее прикрытие, источник информации… Да и к тому же, я не опустился настолько, чтобы убивать детей.
Это его тоже удивило. Не поразило до глубины души, но… да, для мира боевого гуро такие понятия были совершенно чужды. Как если бы в нашем мире кто-то заявил, что не опустился настолько, чтобы носить ботинки и есть хлеб.
— Откуда ты взялся? — процедил он; мы двигались параллельно, почти шаг в шаг, но никто не атаковал; мы оба выжидали и анализировали, понимая, что противник непредсказуем и опасен.
— Тебе же только что было наплевать? — уточнил я.
— Ты слишком необычен, — отозвался он. — Я передумал.
Я еле удержался от того, чтобы пожать плечами, но всё-таки не сделал этого; движение могло открыть ему момент для удара.
— Если ты убьёшь меня, это больше не будет иметь значения, — ответил я. — А если я убью тебя… какая разница, что ты узнаешь перед смертью?
— Справедливо, — согласился Юн, делая выпад слева. Я отпрыгнул сразу на два шага; удары и прыжки Юна были мощнее человеческих — он явно вкладывал силу в руки и ноги. Но что, если…
Вот мы и у деревьев. Миг — и я исчез за одним из них. Ещё четыре шага назад, и я теряюсь в колючей гуще.
Разумеется, это не скроет меня дольше, чем на две-три секунды. Звуки, тени — всё это безошибочно укажет Юну на моё местоположение; особенно если он усилит своё зрение магией Капли Крови…
На это я, строго говоря, и рассчитывал.
Вот что-то тихо сверкнуло в темноте; глаза? Красным цветом? Жутковато и стильно.
А ещё это значило, что пора.
Свет — одно из самых простых заклинаний, какие только бывают; просто выброс энергии, которая светится.
То, что я направил в глаза Юну, было похоже на прожектор; точнее, таким оно было бы для обычного человека. Для того, чьё зрение усилено в разы, и этот свет будет ярче — как Солнце, или, может, как несколько Солнц.
Юн вскрикнул, отшатнувшись и закрывая лицо руками…
Я нанёс удар сбоку — по правой руке. Длинный порез рассёк её от и до, вспарывая рукав; второй удар — по пальцам — всё же заставил Юна выронить клинок; вот так-то.
Впрочем, всё это было лишь прелюдией, подготовкой. Я ведь пришёл сюда не просто так! Это место — я уже видел впереди свою цель, до которой не дошёл каких-то двадцать метров! Оно-то мне и было нужно. Дотянусь?
Щуп магии полетел вперёд, к нужной мне цели. У меня не было времени отвлекаться на всякие фокусы, если бы Юн продолжал атаковать, но в результате той вспышки он практически ослеп, давая мне фору.
Я не обманывал себя тем, что это, мол, уже половина победы. Школа Капли Крови обладала абсолютным контролем над телом, а значит, и регенерацией тоже была не обделена. Так, из раны на руке почти не шла кровь…
Впрочем, если ты направил всю свою силу на регенерацию, значит, на что-то другое её не осталось, или остался самый мизер. Два удара крест-накрест по спине; кажется, позвоночник я всё-таки не повредил, но — клинок царапнул по нему.
— Сильно, — заметил я, когда Юн моментально обернулся ко мне. — Уважаю сильных. Хочу, чтобы ты знал это, кто бы из нас не победил в бою.
Юн, с закрытыми глазами и совершенно спокойным лицом, кивнул — и ринулся ко мне; я попытался уйти с траектории, но теперь он атаковал иначе, всем телом; его рука, как железный самосвал, толкнула меня в плечо, сбивая с ног…
Да он же не смотрит, осознал я. Глаза закрыты не просто так — чтобы не тратить слишком много Силы на восстановление сожжённой ко всем чертям сетчатки, он просто вложился в слух и другие чувства…
…рука Юна, которая грозила раздробить мне череп с мельчайшие осколки, дрогнула и ударила мимо, когда раздался громкий, оглушительный звук. Расчёт оказался верен и во второй раз — если перегрузить органы чувств, будет больно. Оглохший и ослепший, Юн встал на ноги, пытаясь найти меня, но я был уже за три шага от него.
 
Мои магические щупы нашли свою цель. Двадцать метров — немного, а мы были у самого кладбища.
Человек разроет старую могилу за час, может, за два. Но это человек. Мертвец сделает это за пару минут, и это при том, что ему-то рыть сверху!
Я отступал от Юна, медленно, шаг за шагом. К его клинку, упавшему на траву, я не прикасался — чужое оружие в этом мире может быть смертельно опасно. Мало ли, какая магия крови на него завязана!
А вот скелету, что вылез из могилы, это не было страшно. Подобрав клинок, он махнул рукой…
Прощай, Юн. Ты был достойным противником.
Голова, катящаяся по траве, остановилась только через метров пять. Я поглядел на него и хмыкнул.
— Как же я скучал по этому, — выдохнул я. — По старой, доброй некромантии!
У меня вышло — а значит, будет выходить и дальше. Нужно только не прекращать восстанавливать силы!
А пока — можно возвращаться домой. Перед этим нужно лишь подчистить следы — но тут, рядом, метрах в двадцати с небольшим, как раз была разрытая могила.
То, что нужно.
***
Ино Сонним проснулась посреди ночи — так, как никогда прежде не просыпалась. В холодном поту, с пронзительным вскриком. Страх? Чего может бояться дочь самой Матери Рока?
Только саму Мать Рока.
«Дочь», — заговорила она. Ино зажмурилась; она ненавидела, когда мать так делала. Особенно она ненавидела, когда мать так делала по ночам; собственно, это был первый подобный случай, но она уже ненавидела это — за кошмарное пробуждение, за липкий пот на простыне.
— Я слушаю, мама, — спокойно и тихо отозвалась она. Охрана слышала вскрик, но не посмеет зайти; все прекрасно понимают, что они тут для мебели и статуса, а не для реальной охраны. Кто может навредить ей, и как?..
«Ты вовремя оказалась в Тансоне, дитя моё», — сообщила мать мёртвым, замогильным голосом.
— Что случилось?
«Кто-то использовал искусство некромантии», — мать была… удивлена?! Ну, ничего себе…
— Что ещё за?..
«Воскрешение мёртвых. Кто-то, пришедший из-за грани миров — в этом мире никто не мог использовать это искусство».
Ох. Звучало сложно; Ино покачала головой.
«И этот кто-то в Тансоне», — продолжила мать. — «Великие Мастера велели найти его».
Пауза; Ино хотела задать вопросы, но ничего не шло на ум.
«Найди его», — приказным тоном подытожила Мать Рока.
  
Глава 11
 
Проснулся я в хорошем настроении — но слегка разбитым.
Даже если в тебе течёт море Силы, и ты чувствуешь себя готовым на любые свершения — это не помогает чувствовать себя бодрым, когда ты не спал половину ночи.
— Полцарства за кофе!.. — простонал я, разлепляя глаза. — Ну или что тут у вас есть!..
Ох. Сколько я уже был в мире боевого гуро? Неделю, полторы? Немного сбился со счёта. И до сих пор не нашёл какой-нибудь замены своему любимому напитку. Там, у Виссариона, я за двадцать лет перепробовал сотни вариантов. Некоторые — например, напиток из вытяжки драконьего глаза — были очень даже неплохи.
Ладно. Разлёживаться некогда — сегодня первый день турнира.
За окном пели птицы; чудесный день, если вдуматься! Ни мрачно стоящего над душой Юна, ни пучеглазика-шакала… Вчера я избавил мир сразу от двух источников заразы.
Согретый и взбодрённый этими мыслями, но всё ещё лохматый и зевающий, я потянул на себя дверь…
 
…тяжеленная балка пролетела в сантиметре от моего лба и врезалась в доски пола, взметнув пыль. Я прикрыл глаза рукой — не хватало ещё, чтобы какая-нибудь щепка попала — и лениво огляделся по сторонам.
Коридор был пуст. Точнее, казался пустым.
— Я выжил, если что, — заметил я, перешагивая через упавшую притолоку. — Попытка интересная. Безнадёжная, конечно — таким убьёшь разве что комара — но правда интересная.