Проклятье, с*ка! 1 (СИ)
И с чего я вообще взял, что он должен рычать? Я же никогда не садился за руль байка. Или садился? Непонятно… Ладно, но скорость он развивал сумасшедшую! В первые три дня я почти не слезал с него. Объездил все городские трассы и парочку стадионов. Но на стадионе было как-то пресно, хоть и скорость можно развить гораздо большую. Нет того адреналина, а вот на ночных трассах — вот там было где разогнаться!
А через три дня, накатавшись, я поставил его в подземную стоянку. Наигрался. Не насовсем, конечно. Периодически брал его, когда нужно было выпустить пар, выкручивал ручку газа на полную, и гнал. Ну да, «газа»… Откуда в нём «газ»? Где бы раздобыть нормальный бензиновый байк? Хотя, тоже ведь наиграюсь и поставлю в гараж дня через три. Тогда зачем? Тогда и незачем. Махнул рукой на свои непонятные хотелки и на этом успокоился.
И вот сегодня решающий день. Или переломный. Я ведь так и не сказал ни Мире, ни Оле, куда собираюсь поступать. Нет, не прельщала меня ни профессия экономиста, ни преподавательская стезя, куда подбивала меня моя драгоценная соблазнительная учительница, ни что-то другое.
Не знаю, чего я хотел от жизни… Пока не знаю. Но из всего, что знал, решил попробовать профессию следователя, сыскаря, полицейского. Почему нет? Имперская Сыскная Академия, или просто ИСА. Тем более с моими баллами за девятый класс и с моими подросшими физическими данными. Вымахал то я неплохо — теперь по утрам из зеркала на меня смотрел совсем не щуплый пацан.
Да и открывающиеся перспективы, периодически озвучиваемые Олькой, которой только дай волю поболтать об Академии, давали достаточно пищи для размышлений. Офицерское звание, получаемое после окончания Академии, эта самая младшая ступень благородной аристократии в этом мире — Боярина. Самая низшая ступень, не передаваемая по наследству, но дающая ряд преимуществ.
Здесь тебе и повышенная зарплата, пенсия, госжильё, бесплатный проезд и проживание в гостиницах, бесплатная еда в госресторанах и бесплатная медицинская страховка, и не какая-нибудь стандартная, а максимальная из всех возможных. Ну и отношение к тебе окружающих: военных, судей, прокурорских, полицейских и врачей здесь очень уважали. Про аристократов рангом постарше я вообще молчу. Аристократы жили совсем по другим правилам и законам, им позволялось то, что не позволялось простым смертным.
А ещё Боярин — эта самая маленькая, но самая первая ступенька наверх. И реальная возможность со временем получить полноценный благородный титул, начиная от Барона и заканчивая Князем.
Ничего необычного, всё как всегда — вместе с каждым титулом предполагаются определённые преференции: земли, поместья, заводы, пароходы, доступ во дворец Императора. Князья и их семьи вообще владеют целыми городами. Но об это можно даже не мечтать. Пройти путь Боярин-Барон-Виконт-Граф-Маркиз-Князь в одну жизнь вряд ли у кого выйдет. А вот наследники, получившие титул от предка, могут двигаться по этой цепочке, постепенно усиливая мощь, состояние и влияние Рода.
Нет, не ради уважения или мифических поблажек я на это решился, а чтобы не быть с обратной стороны. Чтобы не лебезить там, где лебезят остальные, чтобы не прогибаться ни под кого и ни от кого не зависеть. Не хочу я быть низшим звеном пищевой цепочки. Да и Олька неспроста туда рвётся, она девчонка умная, а выбрала именно это. Значит, что-то в этом есть.
Со временем, если сильно повезёт или удастся хорошо проявить себя перед Отечеством, можно основать свой Род и передать фамилию и титул по наследству, чтобы никогда больше не быть плебеем. Ну и избрание в Законодательное собрание доступно только для аристократии. Аристо решают судьбу не только своей Империи, но и всего Мира. Сейчас меня мало интересует политика и вся эта возня во власти. Но я откуда-то знаю — придёт время, и я всем этим заинтересуюсь. Так устроен человек.
Сначала игры в песочнице, потом игры повзрослее, мальчишки бьют носы соперникам за господство в прайде. Потом мы открываем для себя секс, потом игры в войнушку и справедливость. А затем наступает такой период, когда хочется власти, хочется править и повелевать. У одних он наступает раньше, у других позже, но наступает. Даже у тех, которые говорят, что им ничего не нужно, только домик в деревне и покой. А ты заслужи этот домик и покой! Стань тем, у кого никто не посмеет отобрать это. А вот для этого уже нужна власть. Минутка философии и планов на далёкое будущее объявляется закрытой!
Оля стояла на углу нашего дома с маленьким чемоданчиком и нетерпеливо поглядывала на часы. Красивая, как всегда. Нарядная, фигуристая, яркая, привлекающая чужие взгляды, словно магнит. Яркая помада, синие волосы, чёрная кожаная косуха, короткая юбка, чёрные гольфики до колен и чёрные кожаные ботинки. И дерзкая жвачка во рту. Ну да, куда же без жвачки!
Я резко дал по тормозам, оставив за собой чёрный след, взвизгнул на весь двор (хоть какой-то звук могло издавать это «травоядное»!) и остановился напротив неё как вкопанный. Откинул зеркальное забрало мотоциклетного шлема и оглядел девушку с ног до головы ещё раз, уже поближе.
— Привет, модница! Прокатить с ветерком? — стянул я чёрный шлем с головы.
— Макс?! — сменилось выражение на её лице с раздражённого на радостное. — Ты купил байк?
— Ну да, — похлопал я своего «жеребца» по бочине, — деньги девать некуда было.
Это, отчасти, было правдой. Половину я оставил Мире, три тысячи спустил на байк и экипировку, и тысячу оставил на своём счету на чёрный день и мелкие расходы. Вот и все деньги от, казалось бы, большого выигрыша.
— Чемодан? — вопросительно кивнул я на багаж за её спиной. — Оль, а ты с концами или как?
— С концами, — вздохнула она и отвела глаза в сторону. — Не хочу сюда возвращаться — этот этап позади. Поступлю и сразу заселюсь в общагу.
— А если не поступишь?
— Тогда найду там работу и сниму комнату у какой-нибудь старушки.
— Хм, звучит как план, — задумчиво хмыкнул я и снова посмотрел на её чемодан. — Ты ведь даже не попрощалась.
— Не хотела разводить сопли.
— Эй! Не будь к себе так строга. Ты же крепкая девчонка, уверен, сдержалась бы.
— А я не о себе, вообще-то, — фыркнула моя подруга и с вызовом посмотрела на меня.
Понятно. Снова прячет чувства за пассивной агрессией. Тяжело ей, видимо, далось такое решение. Ладно, не стоит тогда и наседать, а то и правда начнёт беситься, и мы поссоримся.
— Так как, прокатить? — похлопал я ладонью по широкому кожаному сиденью.
— Ну поехали. До автовокзала подбросишь? — улыбнулась Оля, кинула чемоданчик на багажник, перебросила ножку через седло, наверняка обрадовав дворовых мальчишек, наблюдавшими за нами, взлетевшей вверх юбкой и открывшимся на секунду видом, обхватила меня руками за талию и крепко прижалась к моей спине всем своим телом.
— Держи! — протянул ей девчачий розовый шлем с ушками (специально купил для пассажирки, ну не парней же мне катать, ей богу!), дождался её недовольного фырканья и тронул байк с места.
— Я не люблю розовый, — не удержалась она от комментария, натягивая шлем на головку.
— Я в курсе!
Сделал небольшой круг по территории комплекса, давая ей попрощаться с родным домом, и не спеша поехал в сторону пропускного шлагбаума.
— Почему не телепортационной Аркой, Оль? Так ведь в миллион раз быстрее?
— Ты знаешь, сколько междугородний переход стоит? — прошептала она мне в ухо, заставив бегать мурашки по шее.
— Не-а. Никогда не интересовался.
— Три сотни рублей. А автобус всего пять.
— Ну да, есть небольшая разница.
— Могу подбросить до конечной остановки, — предложил я, хотя повёз бы её до конца в любом случае, нам всё же по пути. Правда, Оля этого пока не знает.
— Четыре сотни километров, Макс!
— Да что я, лучшую подругу не довезу, что ли? Что я за друг такой?!
— Лучшую? Наверное, единственную?
— Ну, так-то да… — не стал спорить я, натягивая шлем на свою голову.
— Тогда поехали. Грех не воспользоваться твоим предложением и сэкономить пять честно выигранных рубчиков.