Проклятье, с*ка! 1 (СИ)

— Да я и сам ещё точно не решил, — признался я. — Мне нужен магазин оружия. Не знаете, есть где-то поблизости?
— Магазин оружия… — задумчиво подёргал себя за усы дед. — Нет такого у нас в городе. По крайней мере, я не помню такого… А я здесь всю жизнь прожил!
Засада… Не кухонным же ножом мне играться.
— Может, подойдёт «Рыболов и Охотник»? Там, кажется, есть какое-то оружие. Правда, охотничье.
— Пойдёт! — обрадовался я. — Поехали!
Машина беззвучно тронулась с места, я откинулся в кресле и задумчиво уставился в макушку водителя. Интересно, почему в таком технологичном и цифровом мире люди всё ещё работают таксистами? Автопилоты ведь давно используются и очень успешно — это обыденность. Хотя, может, есть какая-то квота на работающих людей, чтобы они не жили на пособие. Например, двадцать процентов обслуживающего персонала должно состоять из живых людей. А может, дело в другом. Забавно, а ведь знаменитые фантасты прошлого, предрекающие засилье роботов, работающих на благо и вместо людей, немного ошиблись в прогнозах.
Так и вижу эту картинку перед глазами, которую они предсказывали: люди живут в своё удовольствие, читают книги, гуляют, путешествуют, рисуют картины, пишут стихи, занимаются творчеством и умственным трудом. Живут в раю. А всю тяжёлую и грязную работу делают роботы: носят грузы, убирают мусор, моют, обслуживают.
Да уж…Предсказание получилось с точностью до наоборот. Оказалось, что написать текст для статьи или нарисовать картину для робота, для искусственного интеллекта — раз плюнуть! А разгружать машину с тяжёлыми грузами или выполнять простую физическую работу — дешевле нанять живую рабочую силу, чем использовать для этого дорогостоящую и технически сложную замену.
Люди думали, что сначала роботы оставят не у дел обычных работяг, тех, кто трудится на производстве или шоферит. Затем переключатся на профессии, которые не связаны с физическим трудом, но не требуют высокой квалификации. А затем и на те, что требуют — типа программистов. В последнюю очередь пострадают те, кто занят творчеством. На самом же деле ИИ зашел с противоположного конца. Если не ошибаюсь, всё началось с нейросетей, рисовавших картинки.
Трудяги до сих пор крутят руль, разносят посылки, грузят и разгружают, а вот журналисты, художники, писатели, композиторы и актёры отправились «на пенсию» первыми. Грустно…
— Приехали, — объявил водитель, прижавшись к обочине. — Магазин справа за углом.
— Спасибо! — я коснулся своим браслетом экрана терминала, оплатив поездку, и вышел.
Неприметный вход со скрипучими дверями и древней вывеской пустил меня внутрь магазина. Здесь было не так ярко, как на улице, и, пока глаза привыкали, я растерянно замер на пороге. А через пару минут, освоившись, уже бродил между рядами, осматривая товар на витринах. Ружья, фонарики, сети, силки, головы зверей на стенах, разнообразное походное снаряжение и даже лодки — всё не то. Мне бы что-то компактное, небольшое и не вызывающее вопросов.
В самом дальнем углу магазинчика наткнулся на стеклянный стенд с ножами. Большие, маленькие, разделочные, охотничьи, для рыбалки, складные, выдвижные — Тьма!
— Вас что-то заинтересовало, молодой человек? — вынырнул откуда-то немолодой уже мужчина в камуфляжной одежде.
— Да… — задумчиво пробормотал я и ткнул пальцем в стекло. — Можно посмотреть вот этот?
— Хм, а вам для каких целей? — то ли для поддержания разговора, то ли из профессионального интереса спросил он, открывая замок витрины и протягивая мне небольшой нож с тонкой деревянной рукояткой.
— Для охоты, — ответил я, — чтобы не портить шкурку и убить животное как можно более гуманно и безболезненнее. Милосерднее.
— Хм, — хмыкнул мужчина, — странное решение. Но этот нож точно подойдёт для ваших целей.
Короткий кинжал с 15-сантиметровой рукояткой и точно таким, тонким, расходящимся лепестком лезвием. Похож на нож для колки льда.
Я покрутил его в руке. Лёгкий, острый, металл очень прочный на изгиб, рукоятка хоть и гладкая и тонкая, но хорошо лежит в руке и ни капли не скользит.
 
— К нему ещё такой чехол в комплекте идёт, — протянул продавец мне небольшой деревянный футлярчик.
Я вогнал нож в чехол, залюбовался получившейся аккуратной тридцатисантиметровой палочкой и покрутил её в своих пальцах вертолётом. Элегантно.
— Возьму три штуки, — определился я с выбором.
Один в любом случае потеряю, второй сломаю, с моим-то везением. А третий… Надеюсь, третий никуда не денется и послужит мне верой и правдой. Ну или просто послужит.
— Три? — удивился продавец.
— Три, — подтвердил я.
— У нас есть только два.
— Хорошо, заверните.
Два тоже хорошо. Потом ещё прикуплю. Где магазин — я теперь знаю.
— Гарантия на ножи десять лет, — торжественно объявил продавец и, не моргнув, озвучил мне цену. — С вас триста пятнадцать рублей, вместе с налогом.
— Почему так дорого? — слегка, а может и не слегка, удивился я.
— Ножи не определяются металлодетекторами и не светятся на сканерах.
— Что за ножи такие? — проворчал я. — У вас же, вроде, обычный охотничий магазин, а не шпионский.
— Охотники такие люди, — пожал мужчина плечами, — которые не любят отдавать свои вещи посторонним и расставаться с ними надолго. А нож — это вообще личное, почти интимное.
— Ясно… Ладно, беру. Давайте терминал, пока я не передумал. 
Дороговато, но нужно.
Я оплатил покупку и вышел на улицу под яркое весеннее солнышко. Ну что ж, дело сделано! Один нож в кармане курточки, второй в заднем кармане брюк. Они почти ничего не весят и не ощущаются, так что мешать не будут, а вот послужить, может, и послужат ещё. Может, я зря переживаю, и ситуации, в которой мне придётся их использовать, никогда не возникнет. Но лучше быть готовым ко всему.
Мой первый мизерикорд. Забавно. А ведь и правда похож. Мизерикорд, кинжал милосердия. Его использовали для добивания поверженного противника, для быстрого избавления от смертных мук и агонии, либо для убийства коня противника, бесполезного с точки зрения продажи.
Удар таким оружием назывался «ку-де-грас» — «удар милосердия». В Японии такое оружие известно под названием «ёрои доси» — «сокрушитель доспехов». Наибольшее распространение мизерикорд получил у рыцарского ордена госпитальеров, у которых подобное оружие входило в обязательную часть вооружения.
Откуда я это всё знаю, интересно? Не важно, главное — я всё сделал, что задумывал. Осталось проверить Узор Сурка. 
«Может не нужно?» — предательски пискнуло где-то на задворках сознания моё чувство самосохранения.
«Нужно!» — ответил я ему, загнал подальше и пошёл бродить по городу в поисках подходящего для моей затеи места.
Место я нашёл через час блужданий. Хорошее такое место — как раз, как я люблю. Долго смотрел на сто пятьдесят метров пустоты под собой. Пятьдесят этажей — это высоко. Пять секунд, как я однажды сказал Оле. Пять секунд полёта.
Страшно будет только в первый раз, пока я точно не узнаю, работает Узор или нет. Должен работать, он же полыхнул при активации. Но правильно ли он работает, всё ли я рассчитал и учёл? Вот в чём вопрос. Не попробуешь — не узнаешь.
И испытать его нужно — кровь из носу, чтобы знать свои возможности. Чтобы точно знать и быть уверенным в них — не сомневаться, не медлить, не колебаться. Наверное, я псих! Нормальный, обычный человек не будет этого делать. Возможно, я не обычный человек.
Я отошёл от края крыши и принялся расхаживать по ней. Нет, я уже не колебался — я принял решение. Просто нужно всё точно рассчитать. Даже время, тем более время. Включил десятиминутный таймер на часах и принялся ждать.
10 минут… 7… 3… 0.
Таймер противно запищал, сигнализируя об окончании отсчёта, я растянул губы в улыбке психопата, разогнался, оттолкнулся от края крыши и прыгнул. Пять секунд свободного падения, и мир вокруг меня погас. Погас, чтобы через секунду снова загореться ярче обычного.