Попаданка за пять монет (СИ)

— Это то, о чем я думаю? — спросила я.
Да, заполучить в союзники целого дворецкого будет очень полезно… Я прямо обрадовалась.
— Думаю, да, ваша милость, — кивнул он. — Мне не велено разговаривать с вами на темы, отличные от хозяйственных. А Махрыне велено держаться подальше от ваших апартаментов. Мы ничего не нарушим, если я расскажу то, что знаю, а потом — где-нибудь в части дома подальше от ваших апартаментов — она перескажет вам. Расстраивает лишь то, что я знаю очень немного… — дворецкий явно погрустнел.
— Да мне любую информацию! Хоть сколько-то! — обрадовалась я. — Кстати, его милость был бы рад, если бы мы с Махрыней прогулялись в саду…
— Великолепно! — с совершенно неанглийской эмоциональностью обрадовался Сэм. И чуть ли руки не потер, предвкушая интересную авантюру. — Милая, пойдем я тебе на ушко кое-что расскажу… Ваша милость, могу я попросить вас подождать буквально пару минут?
  * * *  
А сад здесь был более чем ничего! Речь идет о внутреннем саде особняка Гадора, а не о том пространстве, где мы приземлились.
Подмывало, конечно, вылезти на просторы Академии, но я решила не нарываться, когда между мной и «супругом» только-только установилось шаткое равновесие.
В центре сада бил фонтан, вокруг пролегли засыпанные белыми камешками дорожки между тенистыми деревьями с пушистой листвой. Очень кстати, если учесть, что даже под вечер бесконечного дня было очень жарко.
Листва была разного цвета, прелесть просто! Вот вы когда-нибудь видели почти сиреневое пушистое дерево? Нет. Я тоже раньше не видела.
Цветочков тоже было много: высокие, почвопокровные… И пели птички. Прятались где-то в листьях и пели. Эх… а я бы посмотрела на местную фауну. Особенно на камбезиков — а то уже невозможно любопытно узнать, кто они такие!
Впрочем, сейчас передо мной стояла задача узнать куда более важную вещи.
— Давай, колись, что тебе муж рассказал, — сказала я Махрыне, которая после замужества превратилась чуть ли не в почтенную даму — так важно она выхаживала по белой дорожке.
— В общем, мой господин велел пересказать тебе, Анна, что… я не все поняла, — грустно призналась Махрыня.
— Говори, что поняла, — вздохнула я.
— В общем, есть дырки-порталы, по которым мы сюда попадаем. Но в эти дырки валятся не только разумные существа, туда многое валится, животные, растения, предметы… Иногда они опасные, и это не нравится местным жителям. Но еще хуже то, что из-за того, что сюда все попадает, а наружу ничто не выходит, другие миры как бы…
— Давят на этот мир? — подсказала я.
А сердце опять зашлось в острой тревоге. Жаркий вечер вдруг стал холодным. Я поежилась… «Давят на мир»… и… Дальше не сложно провести логику. Тут и пифией быть не нужно.
— Да, какая ты умная! Хоть и женщина! — восхитилась Махрыня и принялась рассказывать увереннее. — И многие дырки как бы… расширяются. Это выглядит как … такое разжижение… — «домовушка» осеклась, видимо, не зная, какие слова подобрать.
— Стенки между мирами? — вздохнула я.
— Да… В них попадает все что угодно… И маги — драконы, в основном — не всегда могут хорошо починить эту «стенку». В общем, они предполагают, что постепенно, если все также будет сюда падать и попадать, разжижения станут все больше и… этот мир как бы «завалит» другими мирами.
— И он исчезнет, умрет «под завалом»… Как-то так, видимо, — вздохнула я.
Новая волна холодных мурашек.
Это все совсем не смешно!
Выходит, проблема с «попаданцами» намного больше, чем Гадор мне обозначил. Тут даже не вопрос экологичности этого мира, а вопрос его существования! И…
— Ты только не говори его милости господину нашему Гадору, что мы тебе это рассказали! — вдруг со страхом попросила меня Махрыня и схватила меня за руку. — Все же не говори! Хоть мы никаких приказов не нарушили!
— Ладно… — опять вздохнула я, почувствовав себя совсем уставшей.
Вот так. Четвертый день тут, а уже нужно разбираться с вопросами возможного апокалипсиса.
— Еще что-нибудь Сэм сказал? — переспросила я у Махрыни.
 
— Да… Еще он рассказал, что, в сущности, в этом нет никакого секрета. Все маги знают, что такое происходит. Только обычных людей не пугают этим, в газетах не пишут. А так… В основном, драконы и другие сильные маги пытаются решить проблему. Например, известно, что господин наш Гадор как раз исследует это все… — Махрыня явно не знала, как «это все» назвать по-научному. — И пришел к выводу, что нужно открыть «врата наружу»… Тогда разжижения начнут уменьшаться…
И снова холод. И осознание.
Вот, значит, кто я для него! Одновременно меня охватило понимание важности своей миссии. В смысле, важности пить драконью кровушку с ароматизаторами, идентичными натуральным.
Врата наружу. Один переход наружу — и уже «врата». Путь открыт. Система перестает быть только получающей. Становится и отдающей. И у нее появляются шансы на спасение!
А если много попаданцев выставить «наружу» — апокалипсис совсем остановится.
Только вот не получится у нас с Гадором — и все, привет. Я погибну вместе с этим миром…
Есть еще, правда, небольшая ниточка — обещание Эйнштейна, что мой собственный портал откроется через два месяца. Сам по себе. Может, это тоже может стать «вратами»?
Вообще, мне стоит перестать держать эйнштейнов «козырь» в рукаве и поговорить с Гадором на научные темы. Можно это сделать, даже не подставляя Сэма с Махрыней. То есть, мол, решила рассказать ему историю своего попадания… Почему нет?
А вообще, это все очень страшно.
Мурашки-то мои были не просто так! Мурашки ужаса, настоящего, того, который охватывает, когда понимаешь, что смерть грозит не только тебе, а целой стране, целому миру…
— Я подумала, что наш господин, должно быть, хочет отправить тебя обратно, и таким образом открыть врата! — вдруг сказала Махрыня с гордостью. Видимо, возгордилась своей сообразительностью.
— Да уж точно… — вздохнула я. «Л» — логика. Даже Махрыня связала одно с другим. Только насколько она осознает, что вскоре, если ничего не выйдет, мы все можем накрыться медным тазом… И они с Сэмом в том числе.
А Сэм осознает? Или до бесконечности верит «его милости» и убежден, что дракон решит проблему?
Ладно, не буду пугать счастливых новобрачных. Пусть наслаждаются жизнью, пока можно…
Это у меня «на плечах» теперь целый мир.
Вернее, целый мир на плечах у Гадора. А я — очень важный инструмент, который не имеет права подвести. Увы, но, похоже, именно так.
— Пойдем. У меня работы много, — сказала я тоном, которым Гадор обычно сообщал, что у него много дел и мало времени. И добавила мягче: — Спасибо тебе, Махрынька. И Сэму огромное спасибо…
Просветили.
Узнала — на свою голову.
Что ж теперь с этим со всем делать?
  * * *  
В растерянности я пребывала недолго. Видимо, включилась этакая студенческая способность взять себя в руки перед экзаменом и подготовиться, даже если ты закосил весь семестр (я, правда, так никогда не делала, честное слово!).
К моменту, когда вернулась в апартаменты Гадора, у меня даже созрел некоторый план.
Поговорить с Гадором об «эффекте Эйнштейна», то бишь о том, что мне обещан портал обратно.
Попробовать, и верно, быть пифией. В борьбе за существование этого мира дар предсказаний может очень даже пригодиться.
Поступить на учебу и учиться хорошо. Вдруг, сочетая свои знания физики и теорию местной магии, я смогу найти выход из положения!
В общем, первым делом я решила поработать по пункту 2. То есть попробовать использовать свой якобы существующий дар. Даже убедила себя не ощущать идиотизма ситуации при этом. Заодно к лекции подготовлюсь.
 
Сначала попробовала просто задавать вопросы о будущем и чувствовать «ответы». Но ничего кроме «приятно-неприятно» или «страшно-не страшно» не ощутила. Картинок зловещего или какого другого будущего мне не пришло. В экстаз я не впала, и шаманские пляски не зародились во мне…