Собирай меня по осколкам (СИ)

Стоило только скинуть фартук, вместе с майкой, как дверь открылась, и Авдеев нагрянул собственной персоной. Секунду другую я прибывала в оцепенении, потом резко отвернулась и закричала.
- Выйди! Тут сюрприз!
- Да уже вижу, классный сюрприз, - игриво протянул Тим, явно не планируя выходить. Я отчетливо слышала его шаги, ощущала, как сокращается, между нами, расстояние.
- Тимур!
- Что такое? – его руки коснулись моих плеч, заставляя каждую клеточку вздрогнуть.
- Ты не выйдешь?
- Без вариантов, - ответил он, резко разворачивая меня к себе. Прошелся оценивающим взглядом, облизнув нижнюю губу. Я опять смутилась, умеет же.
- Что? – прошептала, припуская ресницы.
- Бомба замедленного действия.
- В смы…
- Пошли! Буду наказывать тебя, - прикрикнул в игривой форме Тимур. Начал расстегивать ремень, стаскивать его с брюк.
- Это что за ролевые игры? Ты с ума сош… эй… не смей! – засмеялась я, когда он махнул ремнем по своим ладоням, и топнул ногой.
- А ты как думала? В рай попала? Нет, любимая!
Мне было смешно, и в то же время душа заливалась щенячьей нежностью. Тим все-таки умудрился легонько проехаться своим кожаным ремнем, потом, правда откинул его, и принялся покрывать меня поцелуями.
Этим вечером мы любили друг друга слишком громко, страстно и едва не задыхаясь от безумных эмоций. Ели остывший ужин, пили вкусное вино и смотрели в открытое окно на маленькие снежинки, которые медленно падали на землю. Этим вечером я открыла коробку со страхами из прошлого, а еще, наконец, подарила те самые майки.
Наверное, впереди нас ждет много разных моментов, от которых точно будет захватывать дух и убиваться нервные клетки. Ведь жизнь не состоит из сплошных розовых полос. Однако мы вместе, мы любим друг друга, мы обязательно построим надежный мост, который не сломается ни под одной бурей.
  
Эпилог
 
Лето
Июль выдался жарким. Хотелось дождей, хотя в июне их было достаточно, и мы мечтали о солнышке. Тимур лежал у меня на коленках, разглядывая, как возле одинокой березы порхает красивая бабочка. Я перебирала пряди его волосы, медленно протирая их между подушечек пальцев. Вокруг никого, только мы и эта необычная алая бабочка. Большая поляна, усыпанная цветами и зеленой травкой, голубое небо без единой тучки и звуки ветра.
- Тим, ты не уснул? – тихонько спрашиваю, замечая, что его глаза прикрыты. Такой беззащитный, спокойный, родной. Кажется, не было трех лет нашей разлуки, кажется, мы были вместе всю жизнь.
- Все может быть, - отвечает Авдеев, подглядывая. Я улыбаюсь, и треплю его по голове, однако не спешу скинуть с коленей.
- Знаешь, вспоминая сейчас школу, думаю, какой была дурой.
- Почему ты вдруг об этом вспомнила? – он открывает второй глаз и теперь уже разглядывает не бабочку, а меня. Теплый ветерок раскидывает пряди моих волосы, и Тим тянется заправить их за ушко. От каждого его прикосновения в груди разливается нежность.
- Не знаю, мне вдруг показалось, что все это было не с нами. – Размышляю вслух. После Нового года мы старались не поднимать тему прошлого, не сказать, что осознанно, скорее не видели в этом необходимости.
- Когда я впервые увидел тебя, где-то в голове скользнуло, что могу пожалеть о своем решении.
- О каком решении? Изводить меня? – говорю с улыбкой, потому что больше меня не кусают воспоминания.
- Угу, - вздыхает грустно он. Поднимается с моих колен, подтягивает ноги к себе и задумчиво смотрит куда-то вдаль, словно пытается подобрать правильные слова.
- Тимур…
- Я виделся с твоим отцом на прошлой неделе, - сообщает неожиданно Тимур. Поворачивается, внимательно скользя глазами. В них отражается слишком много, в них отражается небо. Рядом с Авдеевым я ощущаю себя той бабочкой, которая может летать, которая свободна и тянется к теплу.
- Зачем?
- Покаялся.
- В смы… серьезно? Боже, Тим! Я… - растерянно мямлю. – Я давно простила тебя за все, я очень люблю…
- Поэтому и пришлось, увидеться. Он дал мне подзатыльника, - усмехнулся Тимур, усаживаясь в позу по-турецки.
 
- Ого, да папа крут.
- Он сказал, что за свои косяки я обязан до конца дней своих заботиться о тебе и дарить цветы.
- Так и сказал? – смеюсь я, представляя этот диалог. Папа тот еще советчик, до сих пор пытается, вернуть расположение мамы. Они даже недавно устраивали нечто похожее на свидание.
- И что ты ему ответил?
- Я озадачился.
- Нашел решение сложной задачи? – игриво спрашиваю, ощущая как теплый ветерок, задувает под майку. Плечи обжигают солнечные лучи, но мне нравится. Давно не было так тепло, как сегодня, сейчас.
- Было сложно, но ты знаешь, для меня не бывает невозможных задач. Твой отец мне в этом помог кстати.
- Вот как? И где мои цветы? Я готова получать их каждый день.
- Маша, - Тим вздыхает прикусывая губу. Никогда не видела его таким, кажется, словно он волнуется. Непохож на моего уверенного парня. Он закидывает руку в карман шорт, но не вытаскивает ее оттуда. Вновь поднимает бирюзовые глаза, в которых отливаются яркие блики. – В день нашей первой встречи, в день нашего первого поцелуя я не думал, что мы будем вместе. Но той ночью, когда ты покорила меня, я был уверен на сто процентов – не отпущу тебя. Ты единственная девушка, которая способна так отменно выносить мне мозг.
- Что? - смеясь, говорю.
- Погоди, я еще не закончил.
- Ладно, ладно.
- Знаю, мы начали путь не с правильной ноты. Знаю, что я неидеальный, да и ты тоже. Мы оба немного ненормальные, но… черт! – он отводит взгляд, не скрывая улыбки. Опять прикусывает губу, выглядит чертовски милым.
- Тимур, - нежно зову его по имени. – Благодаря тебе я научилась мечтать и смотреть вперед, без страха, что могу оступиться.
- Это были мои слова, - бурчит он, но по-доброму.
- Звучит так… ванильно, - не могу удержаться от смеха. Тим хватает меня за руку и резко тянет к себе. Прижимаюсь к его груди, скользя ладошкой под майкой, обнимаю.
- Ты права, это отврат. Скажу без дурацкого заученного текста.
- Заученного? – удивляюсь, смотря на него снизу вверх. Авдеев, наконец, вытаскивает руку из кармана и протягивает мне золотое колечко, в центре которого расположился маленький серебряный цветок и переливающийся камешек.
- Ч-что… - почти шепотом произношу, разглядывая украшение. Безумно красивое, я таких никогда и нигде не видела.
- Ну… - мнется он.
- Это подарок?
- Нет, догадливая моя. Это… разве непонятно? – смущается Тим. Мой любимый Тимур смущается. Кажется, грядет конец света.
- Ты… - я тоже отчего-то смущаюсь, продолжая разглядывать кольцо.
- Хочу, чтобы моя ненормальная всегда была со мной. Как там… в горе и радости, пока… смерть не разлучит.
Я улыбаюсь, а с глаз скатывается слеза. Сердце лихорадочно прыгает, пальцы покалывает. Мне хочется кричать, смеяться и плакать. А он продолжает смотреть, держать в руках подобие маленького цветка, и терпеливо ждать ответа.
- Давай примерим? – шепчу, протирая тыльной стороной ладони маленькую слезинку с щеки.
- Это самый странный день в моей жизни. Почему ты плачешь? Я отказываюсь понимать женщин. Если у меня будет сын, я скажу ему…
Однако договорить Тим не успевает, потому что я накрываю его губы поцелуем. Говорят, у любви есть три стадии: неверие, принятие и желание никогда не отпускать. Когда мы впервые видим человека, думаем, ни за что не влюбимся в такого. Мы разные. Мы не подходим друг другу. Однако проходит время и появляется яркое осознание – влюбились. И тут вроде надо радоваться, но вместе с радостью приходит непонимание, обиды, недосказанность. На этой стадии многие расстаются, не выдерживают. Но если преодолеть тяжелую бурю, вы попадаете в тихую гавань.
Нам с Тимуром понадобилось много времени, чтобы проплыть этот рубеж, сломать корабль и построить вновь.
- Маш, ты не ответила, - прерывает Авдеев наш поцелуи и бушующий ураган эмоций в моей груди.