Собирай меня по осколкам (СИ)

Я не успела обмолвиться, как Денис отскочил. Довольный, улыбчивый. А мне хотелось ему врезать. И врезала бы, уж больно распирало, но все оборвалось, когда заметила в дверях Тимура. В глазах его что-то сверкало, похожее на злость, граничащую с непониманием. Сердце внутри сжалось от этого взгляда, сделалось не по себе. Словно я предала его, словно обидела.
Утром, когда увидела Тима спящим, во мне проснулась нежность. Авдеев вдруг показался таким родным, таким нужным. Моим. Как раньше. Все обиды ушли на второй план, вмиг забылись. Я пыталась напомнить себе, пыталась цепляться за воспоминания, но никак не могла. В голове крутился миллион и один вопрос: почему. Нужно, наверное, спросить. Поговорить, даже если буду выглядеть дурой без гордости.
И тут Денис с его вниманием, которое в последнее время стало раздражать еще больше. Но хуже то, что со стороны мы реально походили на пару. Я не сразу об этом подумала, а потом вспомнила, как Романенко заявил Тиму, что мы встречаемся. Слова и намеки Авдеева обрели смысл.
Нет, не хочу, чтобы он полагал, будто это правда. Даже если прошлое навсегда останется прошлым, даже если в те дни, только я отдавала себя на сто процентов. Ненавижу ложь. И играть в нее не намерена. После физкультуры подойду и скажу, пусть знает. А дальше неважно.
Первую часть пары, физрук что-то вещал и пробовал заставить народ заниматься спортом. Потом плюнул и разрешил мальчишкам играть в баскетбол, кто не захотел, мог просто позаниматься на турниках. Нам же, девочкам, выдал обручи, прыгалки, резинки. Мы кучковались в конце зала. Но без особой активности. Многие просто глазели, как парни на другой площадке закидывают мяч в кольцо. Они носились, взмыленные, красные, живые. Одним словом, смотреть на мальчишек было интересней.
- Какой он секси, - донеслось до моего уха. Мы с Сонькой пытались крутить обруч на животе. Я перевела взгляд в сторону восторженных возгласов.
- Новенький наш, - ответила другая.
- Закатайте слюну, девочки, - заявила Инга, которая до этого с Милой сидела на лавке.
- Интересно, о ком они, - шепнула мне Соня. В другой раз, я бы сказала без раздумий – о Денисе. Но сейчас терялась в догадках.
- Машка, ты там на кого глазеешь? – фыркнула Малиновская, замечая направление моего взгляда.
- На игру, - сухо отозвалась.
- Как думаете, - спросила одна из девчонок довольно громко. – В постели он ого?
После этого вопроса одна половина женского коллектива мечтательно вздохнула и засмеялась, а другая, в том числе и я, смущенно выдохнула.
- А о ком речь, если не секрет? – оживилась вдруг Сонька. – Вон о том мальчике? – показала она в сторону Тима.
- Тимурчик наш, - сладко произнесла Инга.
- Думаю, в постели он хорош, - заявил кто-то.
- Инга, а вы с ним уже что ли? – щебетали девчонки открыто. Так запросто обсуждали парней, как будто это нормально. Нет, может оно и нормально, но мне слушать было противно. Не хотелось знать о том, как Тим там с кем-то в постели…
- Он никого к себе не подпускает, - ответила за Малиновскую Люда. – Видимо в отношениях с кем-то.
- Бред! – отмахнулась Инга.
- Согласна, - поддакнула какая-то брюнетка. – Парни в отношениях нет-нет, но со своими девочками милуются. А Тимурчик у нас ни-ни.
- Слушайте, как думаете у него… - договорить у блондинки в розовом костюме не получилось. Послышались крики, шум, беготня. Я повернулась, и заметила: Авдеев сцепился с Романенко. Схватили друг друга за грудки. Парни побежали к ним, начали разнимать, вернее пытались разнимать.
- Тебе не жить! – кричал Дэн.
- Слышь, рожу поправь, а то весь пафос потек! – разжигал Тимур.
Дальше я уже не вслушивалась, тоже помчалась в сторону потасовки. Поскользнулась, упала. Счесала кожу на ладошке. Но не стала заострять на этом, кое-как поднялась и вновь пошла, прорываться сквозь толпу.
Все семьдесят человек столпились, а потом физрук использовал свисток. Заставил народ резко замолчать. Каким-то чудом Тима с Денисом разняли, а может они сами разошлись. Однако Авдеев не остался в зале. Он развернулся, показательно отряхнул белую майку, а затем направился к выходу.
 
Тимур не увидел меня, зато увидел Романенко. Я так злилась. В груди полыхало пламя ярости и негодования. Ну почему Тим вечно влезает в подобные ситуации. А если пострадает. Ох, об этом и думать не хотелось.
- Машка, ты чего здесь? – разорвал мысленный поток Дэн. Подошел ко мне, поправляя одежду. Волосы взъерошены, грудь вздымается.
- Ничего, - я развернулась и думала, тоже уйду из зала. Догоню Тимура, спрошу, как он. Но Романенко не дал, дернул меня за локоть, поворачивая обратно.
- Да не переживай ты, я этого придурка уделаю в два счета, - хвастался Дэн.
- Я не переживала, и вообще отпустил. Ты забыл? – произнесла достаточно жестко. Откуда-то взялось раздражение. – Я не правильная девочка, не невинная девочка. Нам не по пути. И прекрати ко мне лезть. И целовать не смей больше меня. Понятно?
Слушать ответ Дениса не стала. Пошла прочь, желая поскорей выйти из этого душного зала. А еще все-таки нагнать Тимура. Однако в коридоре его не было. В раздевалке тоже. Он снова испарился. Как и три года назад.
Я вытащила телефон, открыла галерею. В самом низу, в самой старой и дальней папке было фото, наше совместное фото. Которое я почему-то не удалила. Не смогла, не получилось. С глаз скатилась слеза.
Черт! Кажется, все было напрасно. Кажется, Тимур умудрился сломать меня второй раз.
18.2 Тимур
Я выскочил из зала, из ушей так и валил пар. Жаль, нас остановили. Романенко будто красная тряпка для меня. Ладно, в этот раз он не виноват. Просто перед глазами маячило, как этот недоумок целует Машу. Хотелось стереть это воспоминание. Три года назад, я бы сломал его, не раздумывая. Но с тех пор немного остепенился. А зря. Некоторых надо ставить на место.
Разгоряченный, я не стал переодеваться, схватил вещи, и пошел в машину. Решил, подышу воздухом, успокоюсь. На худой конец, позалипаю в комп. Может, в Израиле прогулять пары было большим грехом, но факультет МО меня никак не интересовал. Ничего полезного в нем не видел. Пофиг.
И я честно отсидел два часа в тачке с включенной печкой. Работал, кликал по клавишам. Пытался отвлечься. А потом Егор прислал сообщение, что на последней паре нас ждет важная контрольная. Пришлось идти. Я не фанат бегать за преподами хвостиком.
В коридоре столкнулся с Денисом, этот полудурок показательно отвернул морду, типа меня не существует. Правильно. Отворачивайся. А то ж не ручаюсь за себя. Реально подправлю фейс. И Маше устрою разнос. Какого черта происходит. Неужели они правда того… ох, нет. Мозг, без этих подробности, прошу. Не выдержу.
После пары, я взял рюкзак, но уже, будучи у дверей поймал на себе взгляд Романенко. Смотрел он так, ну словно меня за стенами аудитории ожидал капкан. Такие вещи не видно, но инстинктивно чувствуешь их. Можно, конечно, списать на пареною. И я бы списал, если бы никогда не влипал в неприятности. Уж не с моим багажом драк.
- Тим, Тимур, - Егор нагнал у выдоха, когда я натягивал куртку.
- Чего тебе? – буркнул. Настроения не было вообще. Ревность слишком конченая штука.
- Вот, Лисица просила передать тебе.
- Что это? Очередная фигня на подпись? Она уймется когда-нибудь или нет?
Мы вышли из корпуса. Холодный ветер проникал под одежду, пробуждая во мне еще большее чувство раздражения.
- Ладно, спасибо. Увидимся, Егор.
Я поежился, закинул руки в карманы куртки и пошел в сторону парковки. Тачку еще, как назло, оставил не на основной территории, а за зданием дворе. С неба срывался снег, свинцовые тучи нависали. Вокруг тишина гробовая, хотя утром здесь торчали курильщики.
А потом я остановился. Не доходя метров десяти до машины. Там вокруг нее паслись пять незнакомых лиц. Оглядывали, обхаживали, словно бабу в ночном клубе. Какой-то особо одаренный пнул по колесу, но сигналка не сработала.