После развода. Дойти до края (СИ)

– Вы долго были вместе… Не понимаю. Это ведь тот человек, с которым ты уехала?
Опустив глаза, я медленно крутила вокруг свои оси чашку.
– Нет, Горан. Мы встретились и поженились позже. Много позже. Жене было десять лет. До этого я жила и воспитывала ее одна. Меня обманули. И тебе моя мама тоже сказала неправду.
Он сжал пальцы в замок, несколько раз бессильно стукнул о скатерть. Злится. И переживает, что всё так вышло, что не помогал. А с другой стороны, как бы он это делал? Рассказала семье, что у него есть внебрачный ребенок? А я? Приняла бы я такую помощь?
  
Скорее всего, нет. Посчитала бы подачкой. Ведь он для меня был предателем.
– Ладно, Горан, - я легонько прихлопнула ладонями по столу, - это всё в прошлом.
Он быстро поймал мою руку, сжал пальцы, взгляд стал тяжелым.
– Джулия, но это же шанс! Наш с тобой шанс. Раз так вышло. Раз мы встретились. Я ведь старался забыть тебя, Джулия. Но ты всегда была у меня здесь, - он прикоснулся ладонью к сердцу.
Горан смотрел на меня с такой настойчивостью, что у меня закололо в груди. Глаза его горели, притягивали, заставляя забыть о том, что произошло много лет назад. Я вспомнила, как мы смеялись, делились мечтами и строили планы, которым не суждено было сбыться. Но затем пришло разочарование, и всё рухнуло, как карточный домик.
– Ты не понимаешь… Я не могу без тебя. Все эти дни, каждое утро я просыпаюсь и чувствую, что мне тебя не хватает. Пока я тебя не увидел, не узнал, что ты, оказывается, свободна.
Я вздохнула, пытаясь справиться с эмоциями. У меня были свои причины, чтобы держаться подальше от него. Я не хотела быть той, кто разрушит его жизнь, даже если он сам этого не осознает.
– Горан, - произнесла я, стараясь говорить спокойно, - мне кажется… у нас разные пути.
– Я свободен, Джулия… Для тебя я свободен. У меня есть сын. Кристиан. Ему двадцать три. Он заканчивает Университет. Юрист. Мы познакомим их с Женей.
Он помолчал и заговорил с большим жаром.
– Я понимаю твои страхи, но разве ты не чувствуешь, что между нами всё еще есть связь. Я это понял, как только тебя увидел.
Он закрыл глаза, словно пытался подавить чувства. Я не знала, что сказать. Да, искра, возможно, и была. Но она грозила сжечь нас обоих. Возможно, если бы мы встретились при других обстоятельствах, я смогла бы лучше разобраться в своих эмоциях. Но пока тревога за дочь не оставляла мне шансов.
Глупо было бы предполагать, что увидев Горана, я беззаботно кинусь ему на шею и снова стану наивной юной девчонкой.
– Мы можем начать сначала, Джулия, - и в голосе его звучала надежда. – Я готов изменить свою жизнь ради нас.
– Ты не понимаешь, – сказала я. – Я не могу быть причиной твоих изменений.
Горан наклонился ближе, его дыхание стало горячим. Я почувствовала, как моё сердце забилось быстрее, но в то же время внутри росло сопротивление.
– Что, если я скажу тебе, что готов на всё? – прошептал он.
Я отстранилась, не зная, как ответить. Мы оба знали, что наши чувства не могут быть просто забыты. Но я не могла позволить себе снова уйти в эту бездну. Что-то останавливало. Может быть, груз событий, что навис на мне за эти годы?
Поднялась из-за стола, стараясь не смотреть ему в глаза.
– Мне нужно время, - произнесла я, чувствуя, как теряю уверенность. – Сейчас я думаю только о Жене.
Горан кивнул, но я видела, что на лице промелькнуло разочарование.
Мы вышли из кафе, попрощались, и я решила прогуляться несколько остановок пешком. Нужно было проветрить голову и подумать. Слишком далеко я зашла.
Оказавшись перед почерневшей от времени дверью в прошлое, я повернула ключ в ржавом замке и заглянула в щелку. Затем зачем-то приоткрыла шире и на меня, как черные летучие мыши обрушились тайны – про маму, про семью Горана. Это разрушило мой покой и причинило боль. Поэтому я решила ничего не говорить Горану про Мирко и про деньги, за которые он купил наше порушенное счастье.
Зачем ему знать о предательстве близких? Вот я узнала и что? Стало мне легче? Нет. Только добавило боли, что родные люди так со мной поступили. Я не хочу, чтобы Горан жил потом с этим знанием. Пусть скелеты, тем более не мои, продолжают тихонько лежать в шкафу. Я выбрала путь молчания.
А Горан сам того не желая, предлагает отправиться вспять. Только ведь человек должен идти вперед, но не назад.
За размышлениями не заметила, что рядом со мной медленно катится черный автомобиль. Очнулась, только когда какой-то парнишка толкнул меня рюкзаком. Извинился на ходу и побежал дальше, лавируя среди прохожих.
Стекло медленно поползло вниз и до меня долетело:
– Такой красивой женщине не следует ходить под дождем. Тем более без зонтика. Садись. Подвезу, куда скажешь.
Я возмущенно повернулась и… рассмеялась. Виталий потянулся и открыл мне дверь.
– Прыгай. Замерзла совсем.
Я забралась в салон, передернула плечами от теплого воздуха и почувствовала, как натянутая внутри струна дрогнула и обвисла.
– Откуда ты здесь?
– Соскучился. А ты почему бродишь неприкаянная?
Я отвернулась и посмотрела в окно. Мимо проплывали заплаканные светофоры и блестящие от влаги дома.
– Я была в больнице. А потом разговаривали с Гораном. Я тут узнала кое-что о прошлом, о том, как это всё было…
Рука, сжимающая руль, напряглась. Губы расползлись в ухмылке, которая могла показаться и злой, и огорченной.
– И?
– И ничего.
Мы замолчали, но я чувствовала, что между нами возникло напряжение. Тугая невидимая прослойка воздуха разделила не хуже стены.
– Ты ревнуешь? – рассмеялась я, надеясь превратить всё в шутку.
– Да. Я ревную, Юль. И еще я не хочу, чтобы тебя снова обманули.
Он резко перестроился и погнал по мосту. Замелькали натянутые стропы, удерживающие пролеты.
– Я надеюсь, он сказал тебе, что женат?
Это вопрос ударил меня прямо в солнечное сплетение, я тихо выдохнула и продолжила смотреть в окно.
  
Глава 60
 
Глава 60
Юлия 
– Поговори с ним!
– Я не стану! Операция послезавтра. Я не хочу устраивать глупые разборки, когда на кону стоит жизнь двух людей! Одна из них - жизнь моей дочери!
Мы сидели в машине перед больницей, куда приехали утром. Это стало уже традицией. За эти дни я выучила здесь каждую трещинку на асфальте и знала, что ровно в девять из-за угла появится дворник, закончивший уборку.
Тощая папка с бумагами, которые Виталик отдал мне в день нашей встречи, так и лежала на заднем сидении. Я не стала ее даже открывать. Не видела смысла. Женат и хорошо. Надеюсь, он успел обсудить с семьей свое решение.
Представила на секунду, если бы ко мне заявился Рома и сказал, что ему нужно отдать часть печени своему ребенку, о котором он не знал двадцать пять лет. Вряд ли я бы радостно его поддержала.
Бывший муж оказался легок на помине. Сначала звонил, а когда я не ответила, прислал сообщение, что Таня в больнице, а ребенок в реанимации. Я нахмурилась: получается, преждевременные роды? Зачем он мне об этом сообщает? Я должна их всех пожалеть? Радости, конечно, я не испытываю, но и переживать мне некогда. Остались бы силы выдержать Женькину операцию. Еще и Катя почти без присмотра.
Набрала дочь, думала, не ответит, но она отозвалась после первого же гудка. Будто специально ждала.
– Мам, папа совсем уже. Сначала напился. Мне страшно было. Теперь всё время в больнице пропадает. Я тут вообще одна! На доставке живу. Купальник порвался. И ты в чат вообще заглядывала, там новую форму обсуждают. И взнос за гран-при пора вносить. Я же поеду? И вообще, ты когда вернешься? – вывалила она тираду.
  
В голосе звучала обида на весь мир.
– Катя, - попыталась я в очередной раз донести до дочери, - ближайшие две недели точно нет. За Женей нужен уход. Дальше – посмотрим.
– И что мне делать? Вы все меня бросили!
– Попробуй стать самостоятельнее. Или поезжай к бабушке. Купальник ты можешь заказать сама, форму тоже. Деньги возьми у папы. По реквизитам перечислить взнос тоже, думаю, сможешь.